С 8 сентября по 6 ноября в Санкт-Петербурге проходит XIV Международный театральный фестиваль «Александринский». Программа Фестиваля включает спектакли национальных театров из Сербии, Армении и Чеченской Республики. Три премьеры покажет Александринский театр, Валерий Фокин представит серию избранных спектаклей, посвящённых 20-летию его художественного руководства Александринским театром.
Спектакли Чеченского драматического театра имени Героя Советского Союза Ханпаши Нурадилова, безусловно, стали жемчужиной фестиваля. Питерские зрители, к сожалению, не избалованы репертуаром этого удивительного театра, равного которому нет в России хотя бы даже потому, что руководит им Хава Ахмадова – единственная на Кавказе женщина художественный руководитель и директор театра.
Театр представил две пьесы – шекспировского «Отелло» в постановке Романа Мархолиа и «В горы за тобой» - история любви, преодолевающей национальные различия, идеологию, время. Действие спектакля начинается в 1943 году и описывает события длиною в десять лет. В пьесе Олега Михайлова использованы документальные материалы. В главных ролях заслуженная артистка РФ Ольга Кабо и народный артист Чеченской республики Сулейман Ахмадов.
Хава Лолиевна Ахмадова тоже по-своему легенда чеченского народа. Советская и российская актриса, театральный режиссёр, телережиссёр, телеведущая, поэтесса, певица, художественный руководитель и директор Чеченского государственного драматического театра, ранее — основатель, художественный руководитель-директор Чеченского государственного Молодёжного театра «Серло» («Свет»). Заслуженный работник культуры Российской Федерации, Народная артистка Чеченской Республики, Заслуженный деятель искусств Чеченской Республики… Вот далеко не полный перечень её званий и заслуг. В Санкт-Петербурге она предстала не только в качестве руководителя театра, но и как актриса, исполнив одну из главных ролей в «Отелло», и как режиссёр – именно она автор идеи и режиссёр-постановщик спектакля «В горы за тобой».
Нашему корреспонденту удалось побеседовать с Хавой АХМАДОВОЙ.
Корр. Хава Лолиевна, что значит ваш театр для Вас лично и для чеченского народа?
Хава АХМАДОВА. Очень долго можно говорить о театре, я готова рассказывать неделями. Когда тебе есть что сказать, то трудно уложиться в несколько минут. Но скажу сразу главное: наверное, мало на свете театров, которым приходилось столько раз возрождаться из пепла. И после Великой Отечественной войны, и после выселения в Казахстан в 1944 году, и после возвращения на родину из Казахстана. И, конечно, после первой и второй военной кампании 1995 – 2009 г. г. Наш театр много раз стоял на грани жизни и смерти. Но любовь к родине, любовь к чеченскому народу, любовь к чеченской литературе и чеченским традициям в народе настолько высока и глубока, что у нас не было никаких шансов потерять театр! И поэтому мы возвращались, возрождали, держались друг за друга и тесно общались, даже находясь в других городах, в других регионах. Мы и тогда ощущали себя НАШИМ театром. Даже тогда, когда теряли здания, и одно, и второе, и когда вообще негде было работать, мы всё-таки находили выход из положения. Искали какие-то помещения, репетировали и выступали, радуя людей, пусть даже маленькими одноактными постановками. Потом мы возвращали людей и актёров, разъехавшихся по другим городам, искали и находили друг друга, по крупицам собирая по всей России.
Корр. Мы находимся в плену стереотипных представлений о мусульманских женщинах. И для нас немного неожиданно, что чеченская женщина не просто руководитель сложного проекта, но также руководитель театра! Театральное искусство и в христианстве считалось долгое время греховным, а уж у мусульман…
Хава АХМАДОВА. Чеченские женщины очень отличаются от других женщин Северного Кавказа. .Хотя мы все на Кавказе живём, но у нас разный менталитет. Наши женщины очень сильно изменились после тех трагических лет, после войны. Думаю, это потому, что война заставила нас быть сильнее, взять на себя тяжкую ношу, и ответственность мы тоже взяли на себя. И мы стали другими.
Что касается мусульманских традиций, скажу твёрдо: ничего из того, что запрещено исламом, у нас в театре не происходит. А стереотипы – они всегда были, есть и будут.
Что касается меня лично, то я всегда хотела работать в театре, но никогда не хотела быть руководителем, не мечтала о карьере и о том, чтобы возглавлять театр. Это мне ни в каком страшном сне не могло присниться. Но после того, как республика начала возрождаться, наступила мирная жизнь, мы стали заново строить свои дома, тогда, я, как и большинство нашего народа, задалась вопросом: что делать дальше? Где работать? Как помочь своей республике? И я поняла, что без театра не представляю своей жизни. Меня назначили художественным руководителем Театрально-концертного зала. Тогда я собрала коллектив и поставила спектакль «Волчий хвост». Это было в марте 2009 г. На премьере был Глава нашей республики Рамзан Кадыров. Он пригласил меня к себе и спросил: «Ты можешь поставить ещё такой спектакль, как «Волчий хвост»? Я сказала, что для этого нужен театр и обратилась к нему с просьбой о создании молодежного театра. Рамзан Ахматович подписал указ, и мы создали Молодежный театр «Серло» («Свет»). За пять лет существования театра, в котором я была художественным руководителем —директором, было поставлено очень много спектаклей, и мы постоянно ездили на фестивали. А в 2014 году Главой ЧР было принято решение об объединении двух театров. Молодежный театр «Серло» удачно влился в Чеченский государственный драматический театр имени Ханпаши Нурадилова, а ряды ветеранов пополнила молодая поросль. Я была назначена художественным руководителем – директором театра.
И всё завертелось- закрутилось. Наверное, это было правильное решение. Хотя для меня был стресс, потому что молодёжный театр был очень успешным, популярным в республике, и вот нас присоединили к национальному чеченскому театру. Но мы все понимали, что национальному театру не хватало молодой крови, а нам не хватало мудрости и опыта корифеев национального театра. А сейчас в театре соединено и то, и другое.
ФОТО где группа артистов на сцене
Корр. Репертуар вашего театра разнообразен: и Шекспир, и русская классика, пьесы национальные, иностранные, современные… А кто Ваш любимый драматург?
Хава АХМАДОВА. Мой любимый драматург – Муса Ахмадов, это мой супруг. (СПРАВКА РЕДАКЦИИ: Муса Магомедович Ахмадов - чеченский писатель, поэт и драматург, член Союза писателей Чечни, Заслуженный работник культуры Чеченской Республики, Народный писатель Чеченской Республики, президент Клуба писателей Кавказа, Народный писатель Кавказа, главный редактор литературно-художественного журнала «Вайнах», лауреат премии «Серебряная сова»). И до того, как пришла я в театр, его пьесы очень много ставили и в Чечне, и в Ингушетии. Его пьеса «Волки» была поставлена в театре «Дом восточно-европейской пьесы» во Франции в Париже, поставил Доминик Долмье. Надо сказать, что во Франции «Волки» получили большую популярность и даже несколько раз переиздавались. А я как раз самый молодой режиссёр в его жизни.
Но если говорить глобально, то, конечно, мои любимые авторы Шекспир, Чехов, Гоголь, Ибсен... Много!
Корр. По поводу Шекспира: на мой взгляд, российским театра не удаются его пьесы. Я смотрела Шекспира грузинского, армянского, и вот ваш… Это потрясающие постановки! Как Вы думаете, почему?
Хава АХМАДОВА. Мне кажется, очень схожи шекспировские страсти и эмоции с нашими, кавказскими. Несмотря на то, что вероисповедания разные. Но всё-таки любовь, зло и добро – это общечеловеческие ценности. Другое дело – как это сыграть? Как это прожить? Что касается нашего, чеченского театра, то, наверное, мы более близки к реальности, потому что есть в нашем народе, и в нашем национальном театре, конечно же, некий открытый природный наив. Или природная естественность. Какие вот мы есть, такие и есть. Но при этом за такой первозданной простотой может скрываться глубина. Наверное, поэтому нам удаётся Шекспир. Когда Роман Михайлович Мархолиа приехал в Грозный, он поговорил со мной, посмотрел наших актёров и сказал мне: «Вы как хотите, но я вижу ваших актёров в спектакле «Отелло».
ФОТО ГДЕ ЖЕНЩИНА В КРАСНОМ ПЛАЩЕ ДЕРЖИТ ЗА РУКУ МУЖИКА
Корр. Русский и чеченский зритель отличается чем-то?
Хава АХМАДОВА. Все зрители разные. Но отличие чеченского зрителя в том, что он более эмоциональный, более шумный. Что не всегда хорошо, кончено, для нас, актёров. Конечно, приятно, когда зрители громко реагируют и аплодируют, но это не всегда удобно. Чеченский зритель неусидчивый. Всё ему надо быстро. Он не будет смотреть спектакль, который идёт пять часов – это точно. Поэтому наши спектакли идут не больше двух с половиной часов с антрактом. У нас просто такой характер – надо туда пойти, сюда пойти, здесь что-то сделать, кого-то выручить, там что-то построить, кого-то пригласить в гости так далее.
Ещё, я думаю, это связано с тем, что мы очень спешим жить. Мы не всегда были такими. Мы очень много лет жизни потеряли. Было время войны и разрухи, когда мы хотели, но не могли ходить в театры, на концерты. А ведь это могло быть время созидания! На самом деле мы отброшены лет на двадцать назад, и поэтому у нас сейчас такой ускоренный «американский» темп жизни: мы всё быстро-быстро-быстро… Мы торопимся жить, потому что нам многое надо успеть. Но для театра это плохо, так как театр – это место, где надо остановиться и задуматься. Но мы стараемся своего зрителя воспитывать. И я скажу вам, что, каким был чеченский зритель пять лет назад и какой сейчас – это небо и земля. Он сейчас совершенно другой: более спокойный, более усидчивый, более терпеливый… Культура - она обязательно воспитывает, но это работа непростая и процесс небыстрый.
Корр. Вы много гастролируете. Как воспринимают вас зрители регионов?
Хава АХМАДОВА. Зритель очень разный. Не так давно мы были на гастролях в Красноярске – там совершенно другой зритель! И предположить реакцию зрителей совершенно невозможно, даже учитывая различный менталитет. Например, мы показываем в Красноярске спектакль на русском языке – бурная реакция! Потом – на чеченском языке спектакль «Выше гор», это эпическая драма, где представлены чеченские традиции, быт, обычаи, кровная месть, прощение, свадьба – и они ещё более бурно реагируют. На самом деле между нашими народами не так уж много различий. Мы все прежде всего – люди, и именно это нас объединяет. И это только кажется, что мы разные. Различия не настолько большие, как мы думаем. У нас одного цвета кровь, одинаковые слёзы, одинаковый смех… Мы любим, переживаем и чувствуем в принципе одинаково. И даже внешне мы особо друг от друга не отличаемся. Ну а то, что у нас разные обычаи, традиции, религия – так это же хорошо! На самом деле именно разнообразие и есть украшение мира!
Корр. Вы ставите русскую классику?
Хава АХМАДОВА. Конечно! В прошлом году я поставила спектакль «Женитьба Бальзаминова» Островского на чеченском языке. И зритель в восторге! У нас вообще очень любят эту комедию. Мы ставим и Островского, и Чехова, и Гоголя на чеченском языке. Много было спектаклей по русской классике за все эти годы! Для нас это важно, ведь это уникальная возможность изучать и развивать родной язык за счёт русской классики. Потому что переводчики, которые переводят эти пьесы на чеченский язык, работают очень тщательно над переводом. Они подбирают слова, они ищут их в нашем языке. Есть, например, у Островского названия предметов, которые мы в быту не используем, и переводчики таким образом пополняют и наш словарный запас, и словарный запас зрителя. И язык развивается. Это уникальная возможность театра. И, конечно, не только русская классика пополняет наш язык, но и зарубежные пьесы, и я очень рада, что у нас такой богатый репертуар - и зарубежная классика, и русская, и современные пьесы, и национальная драматургия. Но, конечно же, чеченская драматургия занимает сегодня 80 процентов репертуара. Ну а как же иначе! Мы же должны развивать свою культуру, должны рассказывать о своей родине, о своих чувствах, о своих взаимоотношениях, понятных нашему народу. И о своей истории, конечно, о своих героях. Это же естественно! Язык будет жить, пока будет жить национальный театр! И важно ещё, что на телевидении говорят на чеченском языке, в школах говорят на чеченском. Пока это будет, язык не исчезнет. А если исчезнет язык, исчезнет и нация, которая называется чеченцы, даже не надо будет физически уничтожать. Поэтому прежде всего мы должны сохранить свой язык, свою культуру.
Корр. У вас часто идут патриотические пьесы, спектакли о войне. Сейчас и в России-то их мало ставят. Наверное, это потому, что вы много пережили?
Хава АХМАДОВА. На самом деле таких спектаклей не очень много, но мы их показываем регулярно, но не часто. У нас две серьезных пьесы о войне. Это пьеса «Дети в ночи» о чеченской войне, точнее, не о войне, а о жертвах этой войны, о мирном населении, попавшем в переплёт войны. Ведь всегда страдает народ, кто бы ни был прав или виноват. Эту пьесу написал Муса Ахмадов - о детях, которые прятались в подвале о бомбёжке, и меня это так зацепило, так задело… Я эту картинку просто увидела, и мне захотелось поставить спектакль…
ФОТО ДЕВОЧКИ С ВЕРЁВКОЙ
Спектакль о Великой Отечественной войне «Горы за тобой» посвящён 75-летию Великой Победы. Конечно, это святое, вообще нельзя такие вещи забывать. Но именно поэтому мы такие спектакли не часто показываем, мы не показываем их каждый месяц, примерно раз в три месяца. Потому что наш зритель пока ещё тяжело реагирует на военные темы, ведь память о чеченской войне жива. Поэтому мы щадим своего зрителя. Но такие спектакли обязательно должны быть в репертуаре, дабы не повторилось никогда то, что было. Если мы забудем про это, мы можем не заметить, как оно опять подползёт. Французы говорят: кто забыл свой прошлое тот переживёт его заново. Но всё должно быть в меру, дозированно.
У нас есть ещё небольшие спектакли, которые мы приурочиваем к определённым датам, мероприятиям республиканского уровня. Например, «Командор Андре» - о национальном герое чеченского народа Алавди Устарханове. Он участник Великой Отечественной войны, герой французского Сопротивления, кавалер Ордена Почетного Легиона Франции. Также у нас есть спектакль – постановка о первом президенте Чеченской республики Герое России Ахмаде Кадырове. Это тоже спектакли, но мы ставим их к определённой дате, делаем несколько показов – и всё. Потому что это спектакли, на которые нельзя продавать билеты и показывать просто так. Это статусные спектакли, мы приглашаем на них студентов, старшеклассников, педагогов – в принципе, всех, кто сможет прийти, двери открыты. Но мы не можем делать их каждодневными и зарабатывать на них – это для нас святое.
Корр. И, кстати, ваш театр носит имя героя Великой Отечественной войны, что редко для театров России. Почему?
Хава АХМАДОВА. Да, наш театр носит имя Героя Советского Союза Ханпаши Нурадилова. Это пулемётчик, командир пулемётного взвода, ещё одна легенда и гордость чеченского народа. Он уничтожил более 920 немецких солдат, 7 пулемётных расчётов, взял в плен 12 солдат противника. Он погиб в сентябре 1942 года, а в декабре нашему театру было присвоено его имя. Наверное, для того, чтобы поддержать дух нашего народа. Да, у нас много писателей, драматургов, имя которых мог бы носить театр. Но решили так! И когда были в начале 1990ы-х попытки переименовать театр, то все актёры единогласно проголосовали за то, чтобы оставить имя Ханпаши. Во-первых, театр и прославился с этим именем, во-вторых, мы очень гордимся подвигами Ханпаши, ведь ему было всего 18 лет, когда он совершил свои подвиги и погиб! Ну а в-третьих: почему театру непременно нужно носить имя драматурга или актёра? Это тоже всего лишь стереотип.
Корр. Тогда уж ещё раз о стереотипах. Ваш супруг драматург, вы актриса. Не пришлось вашей семье ломать стереотипы.
Хава АХМАДОВА. Что Вы! Мы живём и работаем в полной гармонии!
Корр. Какие города из тех, где театр гастролировал, Вам особенно понравились?
Хава АХМАДОВА. Каждый раз на гастролях я выбираю себе «лучший» город, а потом приезжаем в другой – там уже другие впечатления, и мне кажется, этот город лучше. И так постоянно. Поэтому к каждому городу у меня своя особенная любовь, или, лучше сказать, влюблённость. В Красноярске были - мы в восторге! Какой зритель чудесный, какой замечательный город! И они нас опять зовут, и мы сами очень хотим туда вернуться. В Крыму были – тоже великолепная реакция. Недавно были впервые в Казани – потрясающие эмоции! Мы показывали «Выше гор» в рамках фестиваля «Навруз». И в следующем году мы уже планируем к ним на большие гастроли, а они к нам приедут. Не так давно вернулись из Мордовии, из Саранска, возили спектакль - трагикомедию «Свой дом или дорога домой» по пьесе Муссы Ахамдова. Тоже прекрасно! Кстати, сейчас в Санкт-Петербург мы впервые не привезли спектакли по пьесам Мусы. Но зато несколько лет назад мы с успехом выступили на театральной олимпиаде с его пьесами в «Балтийском доме»…
В 2018 году впервые за 33 года мы выехали в Москву! Мы выступили в РАМТе (РОССИЙСКИЙ АКАДЕМИЧЕСКИЙ МОЛОДЕЖНЫЙ ТЕАТР). Это был для нас настоящий стресс! В хорошем смысле, конечно. Потому что театр, который не выезжает, просто чахнет, варится в своем соку.
ФОТО ЗРИТЕЛЕЙ В ЗАЛЕ
В этом году у нас уже третий выезд. А после Питера в ноябре нас ждёт Южная Осетия, Цхинвал, потом Москва и так далее. Конечно, всё время гастролировать мы не можем. Во-первых, это дорого, а, во-вторых, нарушается постановочный процесс. То есть, мы работаем, ставим спектакль, и вдруг его приходится ставить на паузу, собираться и вывозить театр. Мы бы, кончено, хоть каждый день выезжали! Но тогда кто будет ставить спектакли? И что будет с нашим репертуаром? Да и наш зритель соскучится. Вот и сейчас в Питере мы даже не успели посмотреть город - нам надо к 15 ноября выпустить спектакль…
Так что ещё раз скажу: везде хорошо, везде нас принимают с любовью.
Наталья ИЛЬЮШЕНКОВА
журнал "Мой трамплин"