Страсти вокруг воды в парижской реке не утихают.
В среду на Олимпийских играх прошли соревнования по триатлону. Красота и сложность трассы, подготовка и даже результаты ушли на второй план, уступив место одной из главных достопримечательностей Парижа — Сене. Можно ли купаться в центре французской столицы — обсуждали несколько месяцев до старта Игр, все дни накануне триатлонных соревнований, во время и после.
Чемпионка с газировкой и хот-догом
Купание мэра Парижа Анн Идальго, потраченные 1,4 миллиарда евро на очистные сооружения, отмена тренировочных заплывов и перенос мужской гонки накалили обстановку до предела. Вопрос про воду задавали в смешанной зоне каждому спортсмену и тренеру.
В трансляцию попал эпизод, как канадскому триатлонисту Тайлеру Миславчуку стало плохо после финиша, а еще пара ярких снимков содержимого его желудка облетели весь мир. О плохом самочувствии рассказала и представительница Казахстана Екатерина Шабалина.
«Получив по голове несколько раз, я захлебнулась водой из Сены, после чего меня начало тошнить всю оставшуюся часть плавания. И вырвало уже после первого круга велосипедного этапа», — рассказала она Sport24.
В то же время победительница Кассандра Богран просто была в восторге от Сены. «Это было волшебно! — сказала спортсменка в интервью АР. — Это одна из лучших трасс, которые я проходила в последнее время!»
Восторг можно списать на выигранное золото, но буквально через час после гонки Богран стояла вдоль фан-барьеров и громко болела за мужчин-триатлетов с газировкой и хот-догом. У мужчин было больше недовольных, но не качеством воды, а переносом гонки и возникшей из-за этого неопределенностью.
Рвоту можно поймать даже на тренировке
Во всем ли виновата вода Сены? В видах спорта на выносливость перегрузки — распространенное явление. Спортсмены рассказывают, что переутомление и последующую рвоту можно поймать даже на тяжелой тренировке.
На массовых забегах и триатлонных стартах любители нередко не справляются с темпом, жарой или сложностью дистанции, а еще с неправильным выбором питания. Как следствие — вырвать может прямо по ходу забега. Такое, в частности, случалось со мной.
— Вода в Сене действительно была не самой приятной. Мало кому она понравилась, — с улыбкой рассказал тренер и врач команды Мексики Луис Мигель Чавес. — Но причин, по которым может стать плохо на дистанции, множество — плавание здесь контактное, то есть можно легко получить удар. Перегрузки тоже могут быть колоссальными — особенно на Олимпиаде.
Кишечная палочка проявит себя через пару дней
Тут еще важно понимать с медицинской точки зрения, что на состояние может повлиять что угодно. То же питание, к примеру, сочетание воды, именно местной воды, с гелями, изотониками и прочим. Кишечная палочка? О ее присутствии мы если и узнаем, то только через пару дней. Инфекция за полтора часа гонки проявиться не может.
В Мексике вопрос качества воды, ее очистки и профилактики кишечных инфекций остро стоит уже не первый десяток лет, и к словам Чавеса есть определенное доверие.
— Конечно, вода на Олимпиаде была не лучшая, но, по моему мнению, инциденты со спортсменами преувеличены, — добавляет призер первенств Европы по триатлону Роман Минеев.
Если вспомнить Игры в Токио, олимпийский чемпион Кристиан Блумменфельт после финиша тоже лег на ковер и из него начало все выходить.
Питание на гонке гелями и обезвоживание, бывает, вызывают рвоту.
Поэтому шум вокруг воды, я считаю, неоправданно большой.
Все это не снимает ответственности с организаторов, которые точно должны были иметь план Б для проведения соревнований. Тем более что у Франции есть практика проведения классных стартов в Эвиане, Виши и Ницце. К организаторам есть масса вопросов по работе транспорта, кондиционирования и прочего. И все же не покидает ощущение, что яркие, пусть и некрасивые, кадры с гонки провоцируют скандал на специфике вида спорта, а не на халатности тех, кто разрешил старт в мутных водах Сены.
Французы боялись, а мы сделали! Журналист «СЭ» проплыл в Сене без гидрокостюма — и выжил
Ужасы олимпийского триатлона: все жалуются на грязную воду, спортсменов рвало после финиша
Мария Маркова, «Спорт-Экспресс»