Укрыться ищет скиф за Танаисом. Бунчук зовет тотемного шатра. Там ледяная чаша ждет кумыса И отдых для коня, не знавшего седла. Огнепоклонники позором умывались, Таврида брошена к ногам царей. По берегу реки курганы насыпались Героям, уходящим в мир теней. Уставшему ветра доносят, Что там, на севере, в неведомых лесах Из белых камней города возносят И бог живет в причудливых церквах. *** Передают в окопах тихо вести Израненным, не спавшим долго, Что частота есть 49 точка 200 И позывной спасенья - "Волга". И там, на северо-востоке, Там люди молятся в церквях за совесть, не по страхам. Там хлебом делятся, последнею рубахой, Там той реки священные истоки.
Укрыться ищет скиф за Танаисом.
Бунчук зовет тотемного шатра.
Там ледяная чаша ждет кумыса
И отдых для коня,
не знавшего седла.
Огнепоклонники позором умывались,
Таврида брошена к ногам царей.
По берегу реки курганы насыпались
Героям, уходящим в мир теней.
Уставшему ветра доносят,
Что там, на севере, в неведомых лесах
Из белых камней города возносят
И бог живет в причудливых церквах.
***
Передают в окопах тихо вести
Израненным, не спавшим долго,
Что частота есть 49 точка 200
И позывной спасенья - "Волга".
И там, на северо-востоке,
Там люди молятся в церквях за совесть,
не по страхам.
Там хлебом делятся, последнею рубахой,
Там той реки священные истоки.
