- Чего они меня все боятся? - снимая свой темный плащ, говорил высокий мужчина, одетый как граф из 18 века.
- Я не несу им боль, страдания. Я помогаю им перейти с одного уровня на другой, несу знания и понимание, как это сделать и не уничтожить себя. А они бегут от меня как от чумы! - мужчина уже снимал свою обувь ведя диалог. Именно диалог, т.к. в комнате с ним был еще кто-то.
Там в углу с ошалевшими глазами сидел молодой человек в руках у него была какая-то посуда, не то таз, не то кастрюля. Он смотрел на мужчину и не мог вымолвить слово. Его лицо было таким, как будто он находился внутри фильма ужасов, где по всем проехались бензопилой.
- Ну чего ты молчишь? Хоть сказал бы чего? - мужчина смотрел на молодого человека, который просто не двигался.
Эти двое находились в каком-то помещении, похожим на замок, точнее в одной из его комнат. Лучи солнца в эту комнату проходили плохо, поэтому все лица и обстановка была в полутьме. Но все же можно было рассмотреть, что вся комната превратилась в поле битвы. На полу лежали тела: растерзанные и окровавленные. Все орудия и оружия, вещи были разбросаны. Все так, как после погрома.
Молодой человек наконец-то отошел от ступора. Он медленно встал, осмотрелся вокруг.
- Ты спрашиваешь, почему тебя боятся? - его голос звучал так, как будто он не пил сутки.
- То, что я сегодня увидел... После этого нет сомнений почему...
Мужчина нахмурил брови и продолжал слушать молодого человека.
- Ты их всех отправил на тот свет! - крикнул он. - И спрашиваешь почему тебя боятся? - его губы дрожали, а в глазах показались слезы.
Брови мужчины все больше хмурились.
- Кто эти люди? - он показывал на всех, кто бездыханно лежал на полу, — Кто?! - рявкнул он.
Молодой человек даже пригнулся от крика.
- Что они сделали с твоим, моим миром? - продолжал мужчина и с каждой фразой делал шаг, приближаясь к молодому человеку.
- Разве не они расплодили здесь болезни, — еще шаг, — войны, нужду, похоть? - мужчина уже вплотную подошел к молодому человеку, который вжался в стену и защищался своим "щитом" - не то тазом, не то кастрюлей.
- Это сделали они, они вас отправляют в забвение, играют вами как хотят! - его желваки ходили от злости.
- Я же пытаюсь спасти, — голос мужчины становился менее громким, звучал ровнее, — информацией, делом, поступками. Но вы шарахаетесь от меня как от чуземца. Я то свой, я тот, кто вам помогает.
Молодой человек смотрел мужчине прямо в его серые глаза и видел, как гнев сменялся болью.
- Мы... мы просто вас забыли... - тихо произнес парень.