«Комок» — сколько ярких воспоминаний дарит человеку, заставшему 90-е, это слово. Особенно если этот человек раньше отоваривался в госмагазинах, которые и названий не имели, только цифры. У нас в «Девятом» продавали товары народного потребления, в «Тридцать шестом» продукты питания. И в «Двадцать четвертом» продукты питания — те же самые, что и в «Тридцать шестом».
В 90-е «комки» открыли нам новый чудный мир, олицетворяли собой невиданное изобилие. Справедливы воспоминания соотечественников, рассказывающих, как они ходили в появившиеся коммерческие магазины, как в музей.
Читала, что в некоторых регионах, например, в столичном, «комками» называли комиссионные магазины. Для нас же это совершенно точно был новояз, рожденный новой эпохой с проблесками капитализма.
Разумеется, были и те, кто крыл «комки» на чем свет стоит, мол, спекулянты, как земля вас носит. Но общего настроения такая критика не отнимала: «Комки» — это Mars, Snickers, Fruit & Nut и Wispa, это химический Yupi и «элитный» Zuko — по особым праздникам.
Окно в новый мир. В нашем поселковом «комке» я впервые увидела многообразие заморских жвачек.
Очень люблю читать впечатления рожденных в СССР и впервые получивших вожделенный дефицит. Кого-то переполнял восторг, впервые переступив порог московского Макдональдса. Кто-то никогда не забудет вкус проникшей в Союз «Фанты». Кто то — как на городской площади с рук покупал у цыган первые жвачки с вкладышами. Сколько они стоили? Как назывались?
В наш военторг однажды завезли «Дональды». Дайте мне снова вкусить или хотя бы понюхать этот вкус детства, я узнаю его из тысячи.
Что характерно, мы — малолетние обитатели небольшого поселения для военных, возможно, в числе первых узнали, что такое жвачка. На прилавках всегда в достатке были отечественные жвачки «РотФронт». Самая вкусная кофейная, потому что запрещенка. Часто покупали апельсиновую с Незнайкой, клубничную и малиновую, были еще мятные пластинки. А вот кофейная — дикий дефицит.
Как и бананы. Вернее спелые бананы. Мне кажется, их я попробовала только в относительно зрелом возрасте. В детстве мы все были уверены, что бананы должны быть зелеными. Серьезно. До желтых они не дозревали, потому что съедались сильно раньше. Бабушка хранила их в комнате под солдатской койкой, которую дед приволок из какой-то казармы. Особый ритуал — каждое утро лезть под койку, а потом доканывать бабушку вопросами: «Ба, созрели?», «Ба, можно?», «Ну ба!?». К полудню бабушка сдавалась, а я получала вяжущий рот свой неспелостью банан. Идеально.
С игрушками в нашем военторге была напряженка. Хотя дети, выросшие в военных городках в разных концах страны эпохи позднего СССР-ранней России, говорили, что им завозили и «Лего», и Барби.
Последних мы доставали чаще всего на рынках райцентров. «Доставали» — вот не помню, было ли в ходу это слово в зарождающуюся эпоху товарно-рыночных отношений на наших базарах?
Но как-то мне действительно «достали» там джинсы. Страшно красивые. Родители покупали их без меня, минуя примерочную на картонке, и ошиблись размера на два. Малы оказались. Но я не приняла сего факта и до последнего упаковывала в них свое пухлое тельце, страдая от пояса и ниже.
Я уже писала, что Барби мы называли любых кукол на длинном теле. Чаще всего моим подругам перепадали абсолютно нелепые дутики: с редкой прошивкой, с головой, которая практически сидела на туловище без шеи. Но мы их любили безусловной любовью. Они казались безупречными. А как берегли те три волосины, которые страшно лезли! Закрывали проплешины незамысловатыми прическами, самодельными шляпками, чтоб никто не догадался о прогрессирующей алопеции наших любимец.
Мне десятый год, а Барби у меня до сих пор нет. Помню, как мастерила из поролона и проволоки своих Барби. Помню, как гнула им ноги, воображая, что это плотный винил. Так сказать, сублимировала.
А в году 93-м, наверное, мне-таки купили мою «идеальную» куклу. Слез не хватит ее описать 😅
- И все же, сколько стоили тогда Барби? А дутики?
- И где решали проблему с дефицитом граждане исчезающего Союза?
- И стихийные толкучки на площадях, чем там фарцевали в ваших городах?