Все части книги "Судьба ученого. Откровенные диалоги с профессором А. Н. Ежовым" по ссылке: https://dzen.ru/suite/77df2f26-9e66-40c7-906e-e60137f693b4
Литература
С начала 2000-х годов Вы активно публикуете не только научные, но и художественные работы. Как пришло понимание того, что это важно?
Первый толчок к этому дали друзья и приятели, говорили: «Вот, у тебя есть сборники стихов…» Я отвечал, что они слабые, мало кого интересуют. Но они настаивали, возражали, что это история, останется детям, внукам. У меня в свое время было пять больших тетрадей, а в течение жизни они растерялись. Остались только две. И поэтому решил: ну а почему нет? Раньше материальной возможности опубликовать не было, а сейчас появилась. Раз товарищи так настаивают, то надо опубликовать, чтобы и это не потерялось.
В итоге появились три первые книги – «Зовут тебя мечта…», «Дальние дали» и «Дорога к храму», которые вышли в 2002 году. Стихи в них соседствовали с моими воспоминаниями, фотографиями. Были фотографии не только отражавшие мой жизненный путь, но и моих родных.
Примерно в это время Министерство образования РФ организовало совещание в Хургаде в Египте. Я был вынужден поехать. Туда приехали ректоры многих вузов. Мы познакомились, обменялись опытом. В целом совещание было очень полезным. Но его обязательная часть была непродолжительной – примерно два часа в день после завтрака. А дальше уже каждый из участников совещания сам организовывал свой личный график на оставшуюся часть дня. Кто-то просто шел на море купаться и загорать. А у меня неожиданно пошли строки рубаи. Не знаю, что к этому подтолкнуло, но они стали возникать у меня в голове одни за другими. Стал их записывать на чем только мог, чтобы не забыть. Купил блокноты, ручки. Через неделю вернулся с совещания весь измученный, но с рубаи на две книги по сто рубаи в каждой.
Мы в Институте управления решили их издать. И после этого пошел поток рубаи и стихотворений. На некоторые из них были написаны песни.
Первым песни на мои стихи написал Валерий Александрович Дерен. Он сначала читал все стихи и рубаи, которые были мной написаны. А потом звонит мне и говорит: «Слушай, давай встретимся. Написал песню на твое стихотворение, вроде бы под гитару ничего получается». Встретились. Он спел, я со стороны послушал. Совершенно по-другому зазвучали стихи, другая ритмика. Слушается как-то легче. Мне понравилось. Решили, что будем дальше в этом направлении двигаться. И постепенно на целую книжку набралось песен – больше тридцати.
Вышла книга песен на мои стихи, вместе с нотами к ним. А ноты писала одна из сотрудниц института, которая имела музыкальное образование.
На следующем этапе в Ярославле все эти песни были исполнены ансамблем, кажется «Бирюзовые колечки», в который входили Ольга Столярова – певица с прекрасным голосом и ее товарищ, врач-хирург, и при этом хорошо поет. Спели их под аккомпанемент оркестра, который специально подбирали. Был записан диск.
Сегодня уже несколько дисков записаны: в исполнении Валерия Дерена под гитару, в исполнении ярославского ансамбля. Несколько моих песен спела заслуженная артистка России Алла Сумарокова из Архангельска. Несколько песен исполнил советский и российский эстрадный певец, актер, поэт, композитор, режиссер, член Союза писателей, заслуженный артист Российской Федерации Леонид Григорьевич Шумский, который неоднократно приезжал к нам в институт.
Специально я этим не занимаюсь, но на сегодня с учетом собрания сочинений и избранных работ у меня вышло уже свыше 350 поэтических книг.
У Вас очень много опубликованных художественных произведений. Какие из них Вы выделили бы?
Во-первых, во всех этих работах я собой не доволен. А, во-вторых, они все мне одинаково близки. Не могу какую-то одну из них выделить. Это как дети: все близки, все появлялись в муках творчества.
Почему Вы посчитали важным стать не только членом Союза писателей России, но и членом Союза писателей Беларуси?
А это как-то само собой получилось. У меня много товарищей в писательской среде. И многие из них стали говорить, что надо вступить в творческий союз, потому что вышло на тот момент уже около пятидесяти книг. Написали рекомендации. Так я был принят в Союз писателей России.
А в Беларуси в Витебске, который для меня родной город, я неоднократно проводил творческие встречи, презентации моих книг. И председатель Витебского областного отделения Союза писателей Беларуси Тамара Ивановна Гусаченко предложила мне как патриоту Витебска, который активно публикуется, проводит большую литературно-общественную деятельность, вступить в Союз писателей Беларуси. Подготовили мне рекомендации.
То есть все происходило естественно, без какого-то напряжения. Организационное оформление моей творческой деятельности в плане членства в творческих союзах не было для меня самоцелью, но я и не отказывался, когда меня приглашали в них вступить.
С какими-то региональными писательскими союзами Вы сотрудничаете?
С Московской городской организацией и Архангельским региональным отделением Союза писателей России, Витебским областным отделением Союза писателей Беларуси. Было сотрудничество и с некоторыми другими писательскими организациями в регионах, где находились филиалы Института управления.
Взаимодействие со многими региональными писательскими организациями у нас было, когда совместно с Союзом писателей России и Союзом писателей Беларуси мы проводили международный детский конкурс, который назывался «Подсолнушек». В регионах проводили предварительные рассмотрения детских работ, выделение победителей регионального этапа. Финал конкурса прошел в Архангельске. Была целая программа, в рамках которой дети-лауреаты выступали со своими произведениями и отрывками из них. Они были награждены грамотами Союза писателей России, получили подарки. Их произведения, которые были выделены конкурсной комиссией, мы обобщили и выпустили сборник «Подсолнушек».
Многие творческие встречи Вы проводите в Центральном доме литераторов в Москве. С кем из московских писателей у Вас сложились наиболее добрые отношения?
В первую очередь, с поэтом, лауреатом Государственной премии РФ Владимиром Александровичем Силкиным. Мы с ним друзья. Он сотрудничал и с Институтом управления, некоторое время работал у нас проректором по вопросам культуры.
С председателем правления Московской городской организации Союза писателей России Владимиром Георгиевичем Бояриновым, который, к сожалению, недавно умер.
С В. А. Силкиным и В. Г. Бояриновым мы даже выпустили совместные книги. Это необычные издания, которые полиграфисты называют аллигат: книга, у которой обе сторонки обложки начальные: от одной начинается одно произведение со своим титульным листом и нумерацией страниц, от другой — другое, также со своим титульным листом и нумерацией. С одной стороны этих книг были мои произведения, с другой – их. Многие писатели бывали в Институте управления, в том числе во время финала международного детского конкурса «Подсолнушек».
Вы проводите много творческих встреч. Что они Вам дают?
Они ценны обратной связью с читателями. Возможностью сразу услышать оценку произведений. Я сам не считаю чем-то выдающимся то, что пишу. Пишу потому, что есть такая потребность; пишу не для литературоведов, а для «простых» людей. И когда читатели мне говорят, что им нравятся мои книги, то это, конечно, радует и вдохновляет.
Свидетельство того, что силы, ресурсы, потраченные на создание и издание произведений, не зря израсходованы. И в ходе творческих встреч все наглядно чувствуется. Люди делятся своими впечатлениями от книг, высказывают какие-то пожелания.
Иногда во время творческих встреч играем в такую игру: участники предлагают мне какую-то тему, а я в течение двух минут пишу в ее рамках рубаи и тут же его зачитываю. Много своих книг дарю, часто просят автографы.
Целое направление Вашего поэтического творчества – это рубаи. Почему?
Мне нравятся отдельные произведения многих поэтов. У Уильяма Шекспира – великолепные сонеты; потрясающие – стихи у Александра Пушкина, Михаила Лермонтова, Осипа Мандельштама, Анны Ахматовой, Беллы Ахмадулиной, Андрея Вознесенского, Евгения Евтушенко. Но среди всех поэтов моей душе ближе всего творчество Сергея Есенина и Омара Хайяма.
Почему восток, почему Омар Хайям? Не знаю. Может быть, потому что имя Анатолий переводится как «восточный»? Меня как-то подспудно тянуло на восток. Может, кровь восточная течет в жилах… Когда в силу работы мне удалось много поездить по Средней Азии, очень понравился этот край, бескрайние пустынные пейзажи.
Открыл для себя поэзию Омара Хайяма, его рубаи. Впечатлило сочетание краткости и емкости содержания в этом стиле, возможность многое передать в четырех строках. Его многие переводили, в частности Константин Бальмонт, Владимир Державин. Но мне всех ближе переводы Николая Стрижкова, которые, по словам Льва Ошанина, являются наиболее сочными и изящными.
Но то, что мне понравились рубаи, – это одно. А то, что мне откуда-то стали приходить строки, как будто кто-то их диктует, – это другое. Причем именно не стихотворения, а рубаи, которые, как я уже говорил, впервые начали приходить в Хургаде больше двадцати лет назад. С тех пор я как бы «в плену» этих четверостиший.
На скольких языках изданы Ваши книги? Как принималось решение о переводах, где находили переводчиков?
Научные издания были опубликованы на семнадцати языках. А литературно-художественные, по крайней мере, из того, что мне известно, на сегодня кроме русского языка были изданы еще на чувашском. Сейчас идет перевод на фарси для издания в Иране. Это не тот фарси, на котором писал Омар Хайям, а уже новый язык, близкий к тому, на котором говорят в Таджикистане.
Поиском переводчиков я никогда не занимался. Если бы ставил такую цель, то переводов было бы много. Переводы появлялись, когда ко мне приходили люди с такими инициативами.
На чувашский язык перевод состоялся по инициативе моего товарища, члена Союза писателей Чувашии Геннадия Викторова, с которым мы вместе учились в институте. Это был первый перевод рубаи на чувашский язык. Я ему сказал, что идея хорошая, но нужно ведь переводить так, чтобы не было ущерба смысловой части, потому что сила рубаи именно в их смысле. Над переводом он работал вместе с одной женщиной-литератором из Чувашии. Вышла книга, презентованная в Чувашии и в Центральном доме литераторов в Москве.
Были ли публикации Ваших книг в других странах?
Издания научных книг по экономике были. Например, книга на испанском языке вышла на Кубе. Вышла книга в Венгрии в Будапештском государственном университете на венгерском языке. В Германии на немецком языке.
Кроме того, в советское время мои книги и научные статьи выходили в союзных республиках Советского Союза: в Минске на белорусском, в Киеве на украинском, в Узбекистане на узбекском, в Тбилиси на грузинском языке. Выходили книги на языках народов автономных республик в составе РСФСР: в Чечено-Ингушской АССР вышла книга на русском, чеченском и ингушском языках в Чечено-Ингушском государственном университете.
Как Вы считаете – научное и художественное творчество дополняют друг друга? Может ли одна из форм помочь рассказать о том, что невозможно в рамках второй?
Безусловно. Считаю, что все виды творчества помогают человеку лучше раскрыть свою личность. Они друг друга дополняют, обогащают и должны чередоваться так же как физическая нагрузка с умственной.
Наука, преподавание способствуют личностному росту человека, заставляют задумываться, в их процессе открываются новые глубины смысла. Литературное творчество тоже заставляет работать и ум, и душу, раскрывая другие личностные грани.
На мой взгляд, все сферы человеческой деятельности могут быть связаны с философскими размышлениями, которые помогают по-другому взглянуть на проблему, найти не трафаретные пути ее решения. А литературная деятельность способствует улучшению философского мышления. Она дает в том числе возможность рассказать о каких-то научных интуициях, о которых еще не время говорить в рамках академической науки.
Для меня и спорт сопряжен с поиском новых путей, размышлениями. В гиревом спорте мне удалось многого достичь благодаря сочетанию физических тренировок с умственными, когда в некоторые моменты происходит выход с уровня сознания на уровень подсознания. Гиревой спорт – это не просто поднимать гири. Есть очень много нюансов, связанных с подходом к дыханию, к расслаблению, к чередованию расслабления с напряжением, нюансов, связанных с траекторией движения гири. Мной это все было пережито, осмыслено и через пробы и ошибки позволило получить серьезные результаты. Выход в мышлении на подсознательный уровень раскрывает безграничные возможности, это выход в собственный космос.
Сочетание умственной и физической деятельности, как было много раз доказано, способствует укреплению здоровья, увеличивает шансы человека на долголетие.