Это длинный нудный текст, написанный для друзей. Наверняка вам его читать будет совершенно неинтересно.
Часть первая, в которой я поехал в Мариуполь первый раз.
Прежде, чем рассказать, как я поехал на территорию, где за несколько месяцев до этого гремели бои, стоит ответить на вопрос «Зачем?». Однозначного ответа у меня нет. Скорее, в голове смешались тяга к странным приключениям, желание прикоснуться к чему-то исторически важному и возможность увидеть своими глазами без прикрас и купюр то, что прежде было доступно только в Telegram-каналах. Я ехал за правдой, я ехал за эмоциями.
Еще когда наши Сушки щедро сбрасывали ФАБы на территорию Азовстали, в город потянулись гуманитарщики. В их числе батальон «Ангел» Алексея Смирнова, известного по каналу «Крупнокалиберный переполох». Ребята начали целевые сборы на продукты, воду и лекарства — я не пропускал ни единого сбора, сбрасывая посильные суммы на помощь людям, оставшимся в разбитом городе. То есть к осени 2022 года у меня образовалась моральная привязанность к мариупольцам. Я следил за их судьбами, рассказанными «Крупнокалиберным переполохом», я видел машины, набитые гуманитарным хлебом и водой, и чувствовал свою маленькую причастность к большому хорошему делу.
Желание поехать в послевоенный Мариуполь появилось как-то очень внезапно, когда в Telegram мне попалось видео с рейсовыми автобусами, следующими до Москвы. Если до только-только разминированного города ходят пассажирские автобусы, на которые можно свободно купить билет, то почему бы и нет? Оказаться среди людей, которые едут к родственникам, едут увидеть свой дом, едут работать на стройках. Оказаться в прямом смысле любопытным туристом, ведь у меня-то никакой серьезной миссии нет.
Дурное дело нехитрое. В ДНР автобусы ходили с автостанции «Новоясеневская», что на юге Москвы у одноименной станции метро. Билет в один конец стоил 3000 рублей ровно. Отправление 15 декабря в 14:30, предполагаемое прибытие 16 декабря в 09:30. НАИВНЫЙ (об этом позже). Путь обратно я решил сделать более комфортным: в тот же день уехать на автобусе в 15:00 в Ростов-на-Дону, там погулять несколько часов и сесть на поезд до Москвы, чтобы провести ночь лежа. Поезд, кстати, из новых плацкартов с модным дизайном и персональными шторками.
Первый мандраж
...начался на выходе со станции «Новоясеневская». Вид вокруг последней станции оранжевой ветки метро как бы говорит: всё, это граница между привычным московским урбанизмом и террой инкогнита. Сквозь нерасчищенный снег я пробрался до автостанции, явно не видавшей ремонта с начала 2000-х, и стал ждать свой автобус. Минут через 15 автобус приехал, из него неторопливо начали выходить пассажиры из Мариуполя, разминая затекшие тела и забирая огромные баулы из багажного отсека. Несмотря на впечатляющее расстояние в 1250 километров, автобус гонял туда-сюда в режиме маршрутки.
Последним шансом безболезненно отказаться от поездки была проверка паспорта на входе. Оказавшись в душном, пропахшем салоне немолодого автобуса я наконец ощутил, что приключение неотвратимо началось.
Междугородние автобусы не отличаются простором. Самый гадкий авиационный лоукостер, самый тесный салон самого жадного Boeing-737 S7 гораздо просторнее, чем твое место в автобусе. С ростом 190 см я оказался зажат с одной стороны окном, с другой — соседом, пожилым и весьма габаритным мужчиной. Ноги — только раздвинув, чтобы попасть в пространство между сиденьями. С плотном набитым рюкзаком и пуховиком на коленях, в свитере и теплых штанах мне предстояло проехать сутки в такой позе.
С автобусом откровенно не повезло: с безумно грязными окнами, через которые даже днем толком ничего не видно, полный мигрантов, разговаривающих по громкой видеосвязи и смотрящих видео с телефонов. Выручали наушники с шумоподавлением и аудиокниги. Пока автобус ехал на юг по платным дорогам без пробок, я вырубался под мерное бубнение рассказчиков.
Каждые 6 часов автобус делал остановку на размяться и сходить в туалет. Лишь однажды мы остановились на современной заправке, в остальные разы высыпавшие из автобуса сонные пассажиры натыкались на сомнительного вида кафе с не менее сомнительной едой. Чтобы выдерживать шестичасовые интервалы, я старался ничего не есть и пить как можно меньше.
Злоключения начинаются
Где-то к шести утра наш автобус наконец подкатил к очереди перед границей. К декабрю ДНР уже официально вошла в состав России, но на месте старой границы действовал КПП с проверкой документов и осмотром вещей. Казалось, что за час-два мы пройдем границу и затем еще за час проедем до Мариуполя 60 км к обещанным девяти утра.
Хрен там плавал. В мертвой пробке вообще без движения мы простояли чуть больше часа. Я недоумевал, почему автобус не сдвинулся ни на метр, ведь за столько времени на границе должны были пропустить автомобили. Наконец, выдался момент, и автобус объехал по встречке очередь из фур и легковушек — для автобусов на КПП своя очередь.
Контроль занял еще около часа. Мы неторопливо прошли через окна паспортного контроля, как в аэропорту, объяснились с целями поездки и без лишних вопросов прошли на просвет багажа. Затем загрузились в автобус и выехали с КПП в ДНР.
Едва автобус проехал последний шлагбаум, как нас встретила новая пробка. Даже не так. ПРОБКА. На двухполосной дороге машины стояли в четыре ряда. Движения почти не было. Иногда по размокшему от околонулевой температуры полю по бокам трассы проезжали военные грузовики.
Час, два, три, четыре — автобус проезжал за час от силы сотню метров. Яндекс не показывал пробки дальше старой границы России, но пока хотя бы ловилась Yota. К полудню я начал думать, что на прогулку по Мариуполю до обратного автобуса в 14:30 мне останется маловато времени. В 14 часов я отменил билет на поезд. Отменить обратный автобус с телефона было нельзя, деньги я потерял. Вскоре сигнал Yota пропал. Роуминга на тот момент в ДНР не было. Я остался без связи и понимания, что делать дальше. За окном чернота. Вокруг мигранты. Сосед-пенсионер едет к знакомой, которая должна была его встречать на автостанции к девяти утра, и теперь тоже не знает, ждут ли его вообще.
Съешь еще этих мягких французских булок да выпей же чаю
Примерно к 19 часам автобус въехал в Мариуполь. Вместо обещанных в билете 09:30 утра. Нас выгрузили в неизвестном мне месте, хотя по расписанию автобус должен был приехать в центр города к популярной автобусной остановке «1000 мелочей».
Холодным бледным светом сияют несколько фонарей. Свет отражается от сырого асфальта. Пассажиры быстро разбредаются кто куда, кого-то встречают. Я беспомощно обращаюсь к явно местной женщине, которую приехал встречать муж: «Так мол и так, автобус дико опоздал, я пропустил обратный автобус, как в Мариуполе можно переночевать?» Дело осложняет зима и грядущий комендантский час, который исключает возможность покемарить на лавочке.
Женщина подсказал, что есть тут маневровое жилье, может там комендант чего придумает (читай — приютит на стульчике), так что садись, дружок, к нам в машину, мы тебя подбросим. Вот уж то самое рождественское чудо! Первый же спрошенный человек подсказал вариант, да еще и помог.
На фоне абсолютно тёмных улиц проходная общежития казалось островком цивилизации. Мягкий желтый свет, внутри тепло, а я неосмотрительно принес с улицы грязь на ботинках. Через несколько минут в пустом коридоре показался охранник, мужчина раннего пенсионного возраста. Я сбивчиво пересказал ему свою ситуацию: автобус дико опоздал, а я опоздал на обратный автобус, знакомых тут нет, скоро комендантский час, дяденька, дай на стульчике у входа пережду до утра.
— Ооо, пойдем чай пить, сейчас чего-нибудь придумаем, — радостно сказал охранник, сотворив для меня второе за вечер чудо.
Мы зашли в небольшую натопленную комнатку с разложенным диваном, пузатым телевизором на табуретке и тумбочкой. К своему стыду, сейчас я уже забыл имя охранника, но помню его готовность помочь. Он быстро вскипятил чайник и позвал своего друга Михаила, приехавшего в Мариуполь из Екатеринбурга. Вскоре появились их подруги с большой тарелкой бутербродов с домашним паштетом. Немного окосевший от автобусного недосыпа и разморенный непривычным теплом, я слушал рассказы о жизни хозяев, пил чай, с голодухи уминал бутерброды и высказывал максимальное почтение и благодарность за гостеприимство. Михаил читал свои стихи. Мои колени разминал юный кот. Глаза слипались.
После чаепития я попытался помочь охраннику с настройкой телевизора, но без пульта не удалось. Где-то около десяти вечера меня уложили на диван с обещанием разбудить после окончания комендантского часа. Со мной остался кот, тыгыдыкавший по мне всю ночь. Но это было не важно. Важно было то, что добрые люди выручили незнакомого человека, попавшего в казалось безвыходную ситуацию, и теперь я отдыхал в тепле и безопасности.
Добро пожаловать в наш дерьмовый мир обратно
Мои часы показывали пять утра, когда меня разбудили. Осоловелый, я горячо, но скомкано попрощался, забыв отблагодарить за постой материально (на добрые дела и сахар к чаю), за что мне до сих пор стыдно. Выйдя из светлого коридора на улицу, я оказался в полной темноте и приморской зимней сырости. Пара минут потребовалось, чтобы глаза привыкли. Фонари горели только у общежития, дальше по всему проспекту Строителей освещения не было, а тучи надежно скрадывали лунный свет. Выбрав по Яндекс Картам направление в центр, я неторопливо и аккуратно побрел по разбитому асфальту. Пока еще в ночной темноте не было видно домов, лишь только их черные очертания. Режим ночной съемки в телефоне выхватил для меня первый кадр.
Свой заранее распланированный путь я планировал начать с площади Свободы. Стоял сильнейший туман, из-за водной взвеси всё было сырым. Протерев угол прошитой осколками лавки, я присел перекусить напротив разбитого торгового центра. С собой я взял пакеты готовой еды «Кронидов» и беспламенный разогреватель. Сижу в тишине, ем одноразовой вилкой теплый чили кон карне, в голове абсолютная пустота.
Сперва я решил дойти до Драмтеатра. Это два километра по прямой. Невероятный туман и отсутствие людей на улице в такой ранний час создавали атмосферу старых Silent Hill. Иду, фотографирую, снимаю видео, смотрю под ноги — к декабрю Мариуполь прибрали и разминировали, но осторожность в послевоенных городах не помешает.
По проспекту Мира не было ни единого уцелевшего дома. Кому-то повезло больше — следы пожаров, фасады посечены осколками. Кому-то меньше — сюда фугасом бил танк, здесь на крышу приземлилась арта. При этом на почерневших раскрошенных фасадах встречались новые окна с неснятыми этикетками.
Ближе к Драмтеатру я набрел на минимаркет в пристройке у разбитого дома. Покупателей не было, ассортимент по большей части состоял из напитков. Я зашел больше из любопытства, но зачем-то взял Red Bull. Наверное, для меня это был какой-то символ сытой безопасной жизни.
На оцепленной сеткой территории Драмтеатра шли работы по его сносу. Можно было заглянуть, как работает экскаватор, но идти внутрь смысла не было. В театральном сквере стояла промокшая детская площадка, один из первых послевоенных объектов. Кивать на отсутствие людей не очень разумно — погода мрак, время часов шесть утра, суббота.
Если идти по Мира мимо Драмтеатра дальше, можно дойти до Азовстали. И если в изначальном плане завод был, то из-за тумана от идеи пришлось отказаться. Издалека я бы всё равно ничего не увидел, а заходить на территорию завода — ни за что. Поэтому развернулся и побрел обратно до ЖК Невского, тоже первого жилого объекта, построенного после боевых действий.
Тихо, сыро, прохладно. Верчу лицо, снимаю дома, иду к почте с глупой мыслью попробовать отправить открытку. Дохожу — без вариантов, я попал на день выдачи пенсий, и в здание почты стоит большая очередь пенсионеров. Ладно, в следующий раз, сейчас пойду к Невскому через улицу Куприна.
Дома на Куприна были самыми крайними на западе Мариуполя. Через дорогу начинались поля. Поэтому многоэтажки особенно сильно повреждены прямыми попаданиями. Тем удивительней перейти дорогу и попасть в ЖК Невский — портал в мирную жизнь. Сижу на лавочке, пью Red Bull, смотрю на новенькие детские площадки и тренажеры, чистые белые фасады. Во дворе ходят люди. Поговаривают, ЖК построен абы как. Зато малоэтажный, с внутренним двором, а главное, первый новый среди разрушенных домов.
Отдохнул, пора и назад к площади Свободы в салон мобильного оператора Феникс за симкой.
Салон — дверь на первый этаж в изрядно пострадавшем здании. Очередь, вернее, толпа, ждет на крыльце, внутрь запускает охранник. Солдаты и гастарбайтеры проходят вне очереди, очередь недовольна. За несколько часов в очереди я успел помочь двум бабушкам с телефонами. Одна не могла дозвониться на номер мужа, который в свою очередь ей дозвониться мог. Оказалось, она случайно закинула супруга в черный список. Другой настроил мобильный интернет. Бабушки были очень рады, что им не пришлось стоять очередь в салон, где им не факт, что помогли бы — непрофильный запрос. Магазины техники на тот момент в Мариуполе по крайней мере мне на глаза не попадались. При отсутствии понимающих знакомых пенсионеру с технической проблемой и обратиться некуда.
Также в очереди разговорился с женщиной из Ростова, которая часто приезжает в Мариуполь по гуманитарным делам. Выслушав мою историю, она помогла мне дозвониться и оформиться на вечерний автобус до Ростова. Третье маленькое чудо — до этого момента я как-то не подумал, что надо активно искать варианты добраться домой. А тут раз, и мне уже говорят, что для меня забронировано место.
В очереди я провел несколько часов. Несмотря на не по погоде теплый шмот я замерз от стояния на месте. Наконец зашел. Две девушки в теплой одежде жмутся к обогревателям — если убрать мебель, покажется, что это обычное заброшенное здание. Мне быстро оформили номер Феникса, в кассе я оплатил наличными, кажется, 500 рублей, хотя уже можно было картой — стояли терминалы ПСБ. Закончив минут за 10, я вставил симку в iPhone и побежал на улицу. До обратного автобуса оставалось около трех часов.
Появляется телефонная и SMS-связь, но интернет не удается настроить ни в какую. Прописал вручную настройки, но нет. Звоню жене (будущей), сообщаю, что со мной всё в порядке. Чувствую, что помимо голоса и текста телефон научился передавать ненависть в мой адрес — я молчал сутки с самой границы, когда у меня еще не было плана возврата из-за опоздния.
Куда может пойти москвич в приморском городе? Конечно же, к морю! Туда и держу путь. Прохожу по улице Лавицкого, в конце которой словно и не было войны: целые дома, целые деревья, нет никаких следов боя. Выхожу к Приморскому парку и иду по мемориальной аллее. Пустота. Старый потрескавшийся асфальт, заросшие, ушедшие в землю бордюры. Аллея выглядит очень обветшалой, но боев на ней не было. В конце аллеи стоит бронекатер, тоже видавший лучшие времена.
Из-за тумана не видно панорамы моря. Так что просто иду по лестнице вниз — такой же ветхой, как и сам парк. Состояние ступеней на войну не спишешь, на парк просто не выделяли бюджетов. Осторожно ступая по покосившимся грязным ступеням я уверен, что всё исправят. Так и будет.
Вагоны на путях снаряды застали не внезапно — по комментариям на youtube, составы стояли в этом месте давно. Железнодорожное полотно отделяет город от моря, совсем как в северной части Адлера. Перехожу через пешеходный мост и...
Очень спокойное, тихое, холодное и закрытое туманом Азовское море. Когда я оказываюсь в новых приморских городах, то непременно нахожу на пляже камешек в коллекцию. Азовское побережье песчаное — хорошее для детей, неудачное для коллекционера морских камней. Среди песка и размытых ракушек мидий я отыскал осколок плитки, затертый морем до состояния обмылка. С ним в кармане я и пошел неторопливо обратно в город на автобус.
Это последний кадр, который я сделал в спокойном темпе. Сразу после него вновь начались приключения.
Путь до остановки «1000 мелочей» я решил проделать по взлетающему круто вверх проспекту Металлургов. С побережья нужно идти в горку довольно долго. Дело осложняет пуховик и тяжелый рюкзак. Встав у сгоревшего ресторана передохнуть, я решил переставить полурабочую симку из айфона в самсунг — вдруг там интернет заработает? Достаю оба телефона, смотрю на оба дисплея и не понимаю. На одном 15:14. На другом 16:14. Автобус в 17:00. Интернета, чтобы проверить точное время, нет. Очевидно, что один из телефонов перевел время, но кто из них теперь говорит правду?
Людей на всём пути — никого, спросить не у кого. Остается втопить до остановки, чтобы не опоздать. Возможно, до отхода автобуса осталось 45 минут, а идти мне минимум полчаса. При этом в горку, зимой, с рюкзаком... Уууу, как я втопил! Через пару минут я уже был насквозь потный. Острых ощущений добавило полное перекрытие проспекта, из-за которого пришлось делать крюк в целый квартал. Уже почти дойдя до остановки, я встретил женщину, которая подсказала точное время: 16:45. То есть я не зря торопился, был риск не успеть на автобус. Прибежал к остановке к 16:50, забежал в магазин купить воды, и мокрый, как мочалка, ввалился в микроавтобус, разложившись на два сиденья разом.
Куртка сохла рядом, а я дышал, как собака. Отжимать можно было не то, что футболку — свитер тоже. Мы тронулись в сторону Ростова.
На подъезде к КПП обнаружилось перекрытие, полиция отправляла всех на другие КПП. В принципе, я уже был в автобусе, поэтому задержка в несколько часов меня не напрягала. Билеты на поезд я планировал купить уже после прохождения границы, когда путь до вокзала был бы точно известен. Где-то не доезжая до Донецка, мы свернули на восток. Полупустой автобус быстро прошел контроль и я наконец смог купить билет на поезд, отходящий в три часа ночи.
Меня не было всего пары суток, но ночной ростовский вокзал показался мегаполисом, а Сабвэй — целым фудкортом. Вточив здоровенный сендвич BMT, я пошел гулять по вокзалу, коротая пару часов до поезда. На сиденьях с поручнями пытались горизонтально поспать солдаты. Мирно дрых кот. За большими окнами зала ожидания спал Ростов-на-Дону. В нём было тихо, горели все фонари на улицах, работали ночные магазины, светилась реклама. Привычное теперь казалось мне другим миром.
Я ввалился в свое купе двухэтажного поезда, в темноте, не раздеваясь, забрался на верхнюю полку. От меня невыносимо разило потом, чего я наутро очень стеснялся. Заснуть получилось не сразу. Я смотрел фотографии, видео, обдумывал свои дурные приключения, человеческую доброту, везение. Строил планы на скорое будущее — эта поездка очень сильно отрезвила, словно тебя встряхнули, выбросили из кокона спокойной сытой жизни, и показали, какие бывают потери и трагедии. А еще я вспоминал стихи Дмитрия Мельникова, которые в 2022 году разлетелись по Телеграму.
Напиши мне потом, как живому, письмо,
Но про счастье пиши, не про горе.
Напиши мне о том, что ты видишь в окно
Бесконечное синее море,
Что по морю по синему лодка плывет,
Серебристым уловом богата,
Что над ним распростерся космический флот —
Снежно-белая русская вата.
Я ломал это время руками, как сталь,
Целовал его в черные губы,
Напиши про любовь, не пиши про печаль,
Напиши, что я взял Мариуполь.
Напиши — я тебя никому не отдам,
Милый мой, мы увидимся вскоре.
Я не умер, я сплю, и к моим сапогам
Подступает Азовское море.
В следующей части я расскажу про поездку в Мариуполь в 2024 году.