Слышен тихий шопот,
Слышен рев порой.
Это Фронды ропот:
Мазарини долой!
А. Дюма «Двадцать лет спустя».
Более 400 лет назад, в семье командора мальтийского ордена родился мальчик Джулио. Может, от этого имени произошли слова: юлить, жулик?
Джулио происходил сразу из нескольких "кардинальских" родов, но не был склонен к религиозной карьере. Он был игроком! Его любимое занятие в жизни было испытывать судьбу и божью милость. В молодости бог его мало замечал. Оттого семьям его родственников то и дело приходилось выпутывать его из всяких передряг с проигрышами.
В конце концов, когда его сильно приперли долги, он был вынужден покориться желанию семьи и разменять свою свободу на духовное учебное заведение.
Карьера? Вот тут-то боженька проснулся! Представьте себе: испанцы схватились с французами из-за какого-то Мантуйского наследства. Не помню, что это такое. Папа Римский их мирил - не помирил, кардиналы мирили - не помирили. А какой-то секретаришка….
Переговоры провалились, стояли две армии друг против друга. И уже трубачи в обеих армиях стали трубить атаку, а полевые барабаны застучали: тыдых-бу-бу! Как тут между позициями армий появился всадник с папским вымпелом и замахал белой тряпкой. Пришлось прервать атаку. Послали главнокомандующие адьютантов - мол, чего этому надо и кто он такой? А он им: прошу ваших генералов ко мне в палатку, составим банчок! Пришли испанские и французские генералы к папскому послу, а у того уже походный столик раскрыт и карты на нем.
За несколько часов генералы продулись в ноль, а последней ставкой было – перемирие. Пришлось врагам мириться.
Позже Мазарини признался, что его толкнуло на этот риск, скакать между наступающими армиями: накануне проигрался сильно, больше хотелось погибнуть, чем платить такой проигрыш!
Ришелье его тогда и приметил. Потом Мазарини был "игроком в чужой команде": при папе, любившем испанцев, защищал интересы Франции. Папа его прижал, а Ришелье его выкрал из Рима и дал французское гражданство.
Мазарини привез с собой во Францию невиданную там штуку: рулетку. И организовал первые игорные дома.
Его воспитанник, Людовик 14-й, был противником азартных игр. И после смерти кардинала запретил этот бизнес. Историки с изумлением отмечают: при развратнике Мазарини казна из года в год пополнялась, а при благочестивом Людовике оскудела до предела.