Любопытство? Нет. Может, любознательность? Тоже нет. Искренний интерес к теме и людям? Нет. Вовлечённость в жизненные процессы? Что-то рядом, но - нет. Восхищение, эстетическое удовольствие, интеллектуальный восторг, внутреннее согласие и близость переживания и катарсиса, "таков путь"? Да ну что вы, конечно же, нет!
Простое и идущее откуда то из области тьмы, где шевелится и зудит зависть, понятное и массовое желание соответствовать и быть сопричастным в нестройных но многочисленных рядах, взгляд, сконцентрированный на морковке и "павловский" рефлекс: "Я тоже так хочу"? Именно, это оно! Да, банальное и пошлое "Я тоже так хочу" - это и есть центральная мотивация, на эксплуатации которой работают современные квази-СМИ и квази-социальные сети. Хочешь? - лайкос и подписка, - И всё у тебя получится (нет).
Это нормально для выстроенной системы ценностей, встроенной в общественное сознание, в психологию реакций. Как пропаганда из рекламных кампаний, где послушному жителю объясняют, что значит быть успешным и как выглядит успех, ведь ты же не хочешь быть аутсайдером и неудачником? Тогда покупай вот это и то, и стремись выглядеть именно так.
Это нормально, что жертвам этой пропаганды тоже хочется денег, квартир (не жилья, не крыши над головой, не дома, а именно множественных объектов недвижимости). Хочется машины, различные девайсы и гаджеты, технику, и снова денег. И опять денег. Много денег. Вот у этих "героев" всё это есть, и надо быть как они, надо постараться сделать татуировки, губы (сверху и снизу), и корму со стразами, и золотые геморрои. Это ценности, это явные признаки ценностей, это яркая и пахучая морковка.
На морковку должна потечь слюна, должна быть заученная реакция. Много не надо, главное - лайкнуть и подписаться.
Так создаётся аудитория. Аудитория тех, кто "я тоже так хочу". Аудитория, которая имеет ценность для рекламы и пропаганды, что одно и то же, тем более эта ценность создаётся и монетизируется легко - аудиторию незамедлительно продают. Все, кто лайкнул и подписался стали частью аудитории, они теперь товар, но не каждый индивид отдельно, а как цифра в измерении для монетизируемых чисел, цифра в самом конце, где погрешность.
Это не путь, не желание, не страсть. Это рефлекс на морковку.
Квази-СМИ, потому что нет смысла информировать, создавать повестку, управлять повесткой. Они создают аудиторию, которую продают тем, кто действительно создаёт повестку и систему ценностей через рекламу (пропаганду) и медийные пузыри. Это не информация, это инструмент из которого делают морковки, а еще пряники и плётки, но это уже для эмоциональных качелей. Но смысл тот же, слюна, эмоции, и всё это на палке перед рожей, чтобы сработал рефлекс, и чтобы не вертел башкой, не вглядывался в что-то помимо морковки. Концентрация на морковке!
Квази-социальные сети, потому что не объединяют социальные группы и страты по музыкальным и прочим культурным пристрастиям, по интеллектуальным обсуждениям, спорам и согласиям. Цель одна: концентрация на морковке и выработка рефлекса: "я тоже так хочу", и жми лайкос и подписку. И будешь такой/таким, и будет так же, деньги и попа в стразах (это вам не кринжовое скуфовское "небо в алмазах"). А можно над стадом и поглумиться: ну ка, тапайте хомяка непрерывно! И будут тапать, потому что это уже аудитория, а если быть точнее - стадо, а стадо можно и нужно продать. Стадо уже продано сотни тысяч раз на десятилетия вперёд, идёт активная торговля фьючерсами.
А фильм Балабанова "Я тоже хочу" про другое и про других. Они посмели хотеть другого, захотеть другого. Они выпали из стада/аудитории. И Балабанов их отпускает в путь, уводит подальше, чтобы глаза не мозолили, их здесь быть не должно. Им туда, где снега, где трупы, и где развалины старого храма. И там не пускают всех, там не создают иллюзию возможностей. Если тебе вот в этом окружающем бардаке, на этой фабрике по переделке людей в морковных зомби, в этом чудовищном, вывернутом наизнанку мире, где нормой стал ужас, если тебе вот в этом всём нормально, если ты здесь неплохо устроился и у тебя всё в порядке, нет тебе пропуска. Туда вход только тем, кому невыносимо в этом ужасе.
И тем, кто "я тоже хочу", у них в этом мире, в этом обществе, в этой информационной среде мотивация выглядит противоположным образом: "Я ТАК НЕ ХОЧУ". И часто они натурально орут об этом, бьются об стены разбивая вдребезги свои судьбы, или уходят воевать. Потому что вот так - с морковкой, не хотят, не хотят как эти, и им здесь рядом с этими плохо.
Нормальный человек сходит в этом мире с ума, либо превращается в морковного зомби, в аудиторию, в цифру в стаде. Это и есть цифровой концлагерь, когда человек - просто последняя цифра в аудитории/стаде.
А сошедшие с ума смотрят куда-то туда, где морковники видят лишь ледяную даль да трупы и развалины. Сошедшие с ума видят другое, им нет дела до морковки, которая только мешает. Сошедшие и уставшие от ума шепчут: "Я тоже хочу".