Заявление владельца Telegram специалист назвала странным
В личном канале в своей же сети Павел Дуров заявил, что уже 15 лет участвует в программе донорства спермы и, по его скромным подсчетам, от его первоклассного материала родилось порядка ста детей. Долларовый миллиардер также озвучил намерение открыть ближайшее время доступ к своей ДНК, чтобы его биологические дети смогли найти друг друга. О том, готов ли Павел поделиться с ними наследством, на страничке не слова. Но пока весь мир замер в ожидании дальнейших откровений, «МК» спросил репродуктолога, врача с 45-летним стажем, лауреата премии правительства России в области репродуктивной медицины Маргариту Аншину о реальности смелых планов знаменитого программиста.
- Я нахожу заявление Павла Дурова очень странным. Когда человек становится донором и сдает сперму как донор, он никогда не знает, чем закончились процедуры с ее применением. Мне не понятно, как он предположил, что его материалом воспользовались порядка ста семей. Это закрытая информация. Клиники сами не всегда знают, чем закончились эти процедуры, а донор и подавно.
- Может ли Павел Дуров познакомиться с парами, которые воспользовались его биоматериалом?
- Это категорически запрещено. Пары подписали с клиникой договор о конфиденциальных данных. Теперь нельзя отказаться от этого. В договоре четко изложено, на что донор влиять не может. Он не имеет права даже интересоваться судьбой детей, родившихся в результате применения его материла.
- А если такая инициатива будет исходить от самой пары?
- С парами тоже самое: никто не имеет права знакомить их с донором.
- Но Дуров – личность мирового масштаба. Могут ли клиники для него сделать персональное исключение? И вообще: имеется ли теоретическая возможность, что пары и донор могут узнать друг о друге?
- Теоретическая возможность того, что донор и пары получат контактную информацию, имеется. Существует банк спермы доноров, вся информация о донорах и парах хранится там, конечно. Но вряд ли клиники нарушат договор. Если это кому-то не понравится, то судить будут клинику прежде всего. Причем на очень большую сумму. Мне очень сложно представить такое развитие событий.
- ВВозможно, информацию о доноре можно получить в других странах? Ведь Павел, по его словам, стал донором спермы в 12 странах мира.
- Никогда про это не слышала. Я много лет проработала в США. Там еще строже стоит вопрос конфиденциальности. Если наша клиника попадет на несколько миллионов рублей, то их – на несколько миллионов долларов.
- Какую информацию получают люди, решившиеся воспользоваться донорством? Может, им хотя бы намекают: что это материал самого Дурова?
- Нет. Клиентам не дают визуальной информации. Максимум, что показывают клиентам при обращении в клинику – это детскую фотографию донора возрастом до пяти лет. Все остальные данные описательные. Пары знают цвет волос и глаз донора, вес, рост, более детальные описания внешности. Можно узнать профессию, образование, национальность, способности, хобби. Что касается доступа к ДНК, то такого банка на сегодняшний день не существует. Это может быть, но в качестве научной фантастики. Допустим, Павел опубликует свой ДНК-код. Тогда любой человек должен сделать ДНК-тест, чтобы выяснить, а не сын ли он Павла Дурова.
- Чем процедура донорства спермы отличается в разных странах?
- Почти ничем. Есть особенности в практической работе. Например, в США есть пробирки с черными, белыми и желтыми крышечками, соответствующие цвету кожи. Например, если донор азиат, то его материал в пробирках с желтыми крышечками. И так далее.
- Есть ли у биологический детей Дурова возможность встретиться случайно?
- Практически нет. Существует правило, что в одном городе должно быть не более ста детей, родившихся от одного донора. И это предписание для города с миллионным населением. Никто не стремиться к тому, чтобы концентрация детей была высокой от одного донора. Если эти дети случайно встретятся и станут парой, то высок риск генетических заболеваний.
- В мире давно говорят о создании банка спермы интеллектуальной элиты. Даже одно время хотели всех нобелевских лауреатов обязать сдавать свой биологический материал.
- Были такие планы, но они не реализуемы. Никто не может обязать сдавать свой материал. Это дело добровольное. И к тому же именно на конфиденциальности во многом держится этот бизнес. Мне известно, что несколько лет назад на западе было принято решение, что донорство не должно быть анонимным. Клиники были готовы сделать открытой личную информацию. И сразу же число доноров упало в десятки раз. Поэтому инициатива быстро сошла на нет.
Автор: Ольга Терешкова