Мур-мяу, дорогие мои!
Это я, Обожайчик. Скажете, что это за безобразное название? И не рухнул ли я, грешным делом, с самого высокого дуба? Ну… во-первых, никаких дубов у меня в даче нет. И в вольере тоже! Во-вторых, заголовок не покажется достойным и понимающим. А большинству людишек — увы, очень даже.
И я уверен, что многие из таких вот (несознательных), подталкиваемые страшным зудом в скрюченных пальцах, поспешат нацарапать коммент в стиле «да все они махровые рецидивисты». Что поделаешь, дорогие мои — люди такие люди! Охохонюшки… мдя.
А Маруся — моя давнишняя подруженция. Но — увы, ещё ни единого разу она не удостаивалась личной минуты славы. Но это не я не подсуетился, а Маруся — тишайшая. Ничего, никогда, и ни боже мой. Но всё однажды случается впервые…
А случилось печальное — пропал у моей подруги аппетит. Сначала чуть-чуть, а потом начисто. И даже люди знают, что это плохо. В том смысле, что котик не виноват. А виноват сбой систем жизнеобеспечения организма. Некоторые особо достойные (редчайшие индивиды) обвиняют в том сбое себя. Как, собственно, оно и есть. Но это исключение. Патамушта люди… мыр-мыр… ладно, промолчу.
Ну и вот, нету у Маруси желания есть и жрать. И она худеет прямо-таки с катастрофической скоростью. Но её подконтрольные заметили беду не сразу. Это, кстати, не патамушта они безответственные, а патамушта у Маруси есть компаньонка. Прозванием Бэтс. Ещё более давняя моя подруженция. Ну, уж её-то вы хорошо знаете!
Так вот, спервоначалу, когда Маруся ещё что-то из пищи употребляла, Бэтс успешно и оперативно доедала оставшееся. В итоге — две начисто вылизанные миски, как оно всегда и бывало. То есть типа норм. Как небезызвестная средняя температурка.
Потом-то, когда Маруся вовсе перестала поглощать пропитание, и в мисках засветилось недоеденное, подконтрольные зачесали репушки. Но, ещё долго бы они их чесали, если бы… однажды, вернувшись с работы домой, не обнаружили наличие того самого «преступного сговора». Точнее, его следов.
С кем же Маруся вступила в сговор? Уж конечно, не с Бэтс. Бэтс напарники не нужны, сама справляется. Как-никак, дама с усами! А вступила Маруся в «сговор» — вот хотите верьте, хотите — нет, с пылесосом. Надо ли вам объяснять, что никакого сговора не было, и всё это лишь грязные человеческие фантазии? Ну, объясняю всё-таки.
Значит, дело было так. Из-за нездорового своего состояния, Маруся малость не донесла до горшка. То есть не донесла она не малость, а порядочную кучку… ну, вы, надеюсь, поняли. И наложилась та кучка в прихожке, напротив дверного коврика и справа от этажерки. А пылесос, даром что умный (на самом деле тот ещё дурак), как раз приступил к очередному объезду территории. Ну и… наехал, навалился всей своей тушкой.
Накладенное, будучи не вполне здоровой (да почти что жидкой) консистенции, растянулось по пылесосному маршруту живописными мазками. Картина получилась… написать — маслом, лапа не поворачивается. Патамушта не маслом, а сами понимаете чем.
Ясен пень, подконтрольные пришли в состояние полного озверения, когда увидели художественное произведение, сотворённое пылесосным ИИ. И уж наверняка им захотелось отчехвостить ту, которая… поставила, так-скыть, расходный материал. Только тех — двое! А «невинная не должна пострадать», за что микроскопический плюсик им в карму. Микроскопический — патамушта наказывать котиков низзя от слова вапще.
Ну так вот, жажда разборок не дала людям даже нормально переодеться: наскоро скинув с нижних лап уличную обувку, они «приступили к следствию». Сначала изловили Бэтс, и нетерпеливо и бесцеремонно задрали ей хвост. Чисто. А Марусю и ловить не пришлось — она уже заметно ослабела. И, ясен пень, подхвостные следы были в наличии.
А ещё подконтрольные заметили, что моя подруга как будто схуднула. Как. Будто. К тому моменту она схуднула весьма прилично, чего они в упор не видели... Что было дальше? Ну, издевательство в виде заливания внутрь Маруси какой-то желудочно-кишечной фигни. Помогло это? Нет, дорогие мои. Аппетит не вернулся, а отходы продолжали иметь всю ту же неприемлемую консистенцию, и появлялись всё в тех же (неприемлемых) местах...
К чести подконтрольных следует отметить, что ругани не было. И вообще, вся эта нездоровая ситуация длилась не дольше нескольких дней. Правда, потом начался полный трэш: поездка в пытошную, всевозможные унижения кошачьих чести и достоинства, а потом и истязания — в виде преболезненных уколов в самые разные участки Марусиного тела.
Но! Никакая, даже самая чёрная, полоса не длится вечно. Через некоторое время моей подруге получшало. Аппетит вернулся, а кучи из непотребных локаций переехали обратно в горшок. А ещё потом прекратились и поездки в пытошную, и издевательства. В общем, Маруся полностью поправилась. И вот это — виват и ура, дорогие мои!