Социальная идея или «сакральная» миссия обеспечивает лидера новыми последователями, которым должна быть близка эта новая предложенная философия.
Российская монархия не была бы трансформирована в федерацию без новой социальной идеи. В данном случае это был социализм, через который, путем построения бесклассового общества, должен был наступить несбыточный коммунизм.
Не случилось бы Великой французской революции если бы в массы не были вброшены мысли о равенстве всех во всём. А носителями истин в том числе были буржуа, объединившие свои капиталы для будущей свободной торговли, не обремененной королевскими налогами.
В мусульманских странах в отличие от христианских, где церковь тотально отделена от правителя, государственные идеи питает религия – ислам. Власть и деяния государственного аппарата отождествляются с властью Всевышнего.
В нынешнее время не спроста обществу навязываются идеи социальной справедливости, при которой угнетенные классы выходят на пьедестал всеобщего им поклонения. А кого можно отнести к угнетенному классу? По мнению квир-теоретиков, даже принадлежность к определенному полу, это уже угнетение, а значит человек женского рода, может назвать себя угнетенным, как и представитель мужского.
«Утверждение «Я мыслю, следовательно, я существую» обрело новую жизнь под видом свежепринятой экзистенциальной аксиомы: «Я угнетен, следовательно, я существую…» (Хелен Плакроуз, Джеймс Линдси «Циничные теории»).
Новая социальная теория призвана для того, чтобы подорвать устоявшиеся нормы. То есть новая правящая группа сознательно дает больше прав и привилегий: женщинам, всю историю притесняемых мужчинами, темнокожим, долгое время подчиненных белокожим, лицам нетрадиционной сексуальной ориентации, вынужденных мириться с традиционными взглядами консерваторов – и тем самым они (будущие лидеры) формируют свою армию последователей.
Но не всё так печально, потому что на каждую новую абсурдную теорию есть, как минимум, одна противоположная, например, идея поддержания традиционных ценностей в России.
Государство в том числе решает для тебя, что есть истина. И если оно захочет сказать, что быть инвалидом – это здорово и почетно, и что все должны стремиться к этому и гордиться своими психическими расстройствами, то в это и будут верить люди. Пусть не сразу, но сменятся поколения, и образуется новая реальность, в которой, к примеру, наша биология сдвинется на второй план, и главной будет мысль о важности социокультурного фактора при определении своего «Я».
Узаконенное образование в школах и институтах внедряет в умы официальные версии тех или иных событий, тем самым закрепляя гражданское самосознание. В последствии эти тренды могут использовать для пробуждения в человеке чувств патриотизма или национализма — важных инструментов любого государства.
К примеру: поскольку коммунизм стирает национальные границы пролетариев и объединяет всех в один рабочий класс, то, соответственно, выбирая политику пропаганды, красные после победы над белыми отрицали русскую культуру и ее достижения, да бы убедить народ в непригодности национальной и культурной политики меньшевиков. Но в 30-40-ых годах, когда нацистская угроза стремительно нарастала, у И.В. Сталина и иже с ним ничего другого не оставалось, как возрождать русскую солидарность, сплачивая народ именно идеей принадлежности его к русским – к великой нации, давшей миру бессмертные произведения музыки, литературы, живописи и уникальные знания. Ведь классовая сплоченность и приверженность идеям коммунистической революции были совершенно не эффективны в попытке поднять патриотизм в народе при угрозе фашистов.
«Особенно впечатляющим стал приказ от 10 декабря 1941 г. о снятии со всех военных газет лозунга «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!». С этого дня спасение страны и социализма окончательно связывалось с превращением войны в отечественную, национальную, а не классовую» (А.И Вдовин «История великой державы»).
«Фашистский переворот в Европе круто изменил положение... Слова, которые неистовые пролетарские интернационалисты накануне считали за бранные, за проявление "белогвардейщины" — "Родина", "патриотизм", "державное наследие предков", "национальная русская традиция" — почти мгновенно были возвращены и вошли в арсенал официальной идеологии» (Александр Панарин «Искушение глобализмом»).
Любое правление строится на амбициях, силе и капитале. Капитал может быть разный: денежный, информационный. Реализовав часть информационного капитала, уже можно заручиться преданными последователями.