Итак, Фёдор в городе. Помыт, привит, познакомлен с лотком (успешно). Спит, конечно, на самом удобном кресле в доме. К всеобщему удовольствию охотно дерет чурбан, положенный ему вместо когтеточки. Удобное кресло, впрочем, тоже дерет с удовольствием, но уже не таким всеобщим. Кресло и диван приходится завешивать толстыми тряпками, совсем не подходящими к обстановке. Федя, очевидно, тоже так считает, и старается их поскорее уничтожить. В общем, все как у людей.
Я человек небрезгливый и вообще в быту непритязательный. Появление кота меня в этом плане напрягло мало. Да и чего я там не знала заранее. Если вы берете кота и не берете при этом шерсть, и ночную охоту, и рваный диван, - вы берете не кота. Чего я никак не ожидала - что к зверю придется привыкать по-человечески.
Я интроверт. Такой махровый интроверт из мемов, который радуется, когда отменяют вечеринку. Друзей я вижу несколько раз в год и почти всегда по их инициативе. Удивительно, что они вообще еще существуют. Святые люди, заслужившие мою самую нежную признательность (но, конечно, на расстоянии). С Сашей мы съехались только на седьмой год отношений, после нескольких совместных отпусков и одного совместного ковидного лета.
В общем, про себя и людей я давно все знаю. Но кот. Через два дня нашей совместной жизни мне хотелось убежать из дома, настолько я от него устала. Он ходил за мной по пятам, смотрел, как я работаю, смотрел, как я ем, и даже когда он спал в соседней комнате, я все равно ощущала его кошачье присутствие. Отчаянное положение. Вернуть беднягу на холодную дачу не позволяет совесть, но и делить с ним квартиру больше нет сил.
Решилось все просто: пока совесть боролась с желанием жить, я привыкла. Не к борьбе, конечно, к Фёдору.
