Я столкнулась с местью коллеги в результате того, что наши дети поссорились

В одной фирме мы с Тамарой работаем уже 9 лет. Я пришла на пару месяцев раньше, чем она. Можно сказать, что начинали мы с ней вместе. Попали мы в один отдел, поэтому пересекались часто.

В первое время мы общались только по работе. Постепенно мы стали и какие-то личные темы затрагивать. При этом я не могла назвать Тамару подругой. Ее я относила к разряду просто знакомых.

Тесно общаться с Тамарой мы стали, когда наши дети пошли в школу. Так получилось, что встретились мы на линейке. Мой Костя и ее Антон оказались в одном классе. И это нас приятно удивило. Я понимала, что мы сможем обмениваться информацией, связанной со школой, передавать что-то через друг друга учителю, а также забирать ребят по очереди и ходить на собрания, чередуясь.

С началом учебного года мы на практике почувствовали все прелести обучения наших детей в одном классе. Мы друг от друга узнавали о заданиях, которые нужно было выполнить, о поделках, которые нужно было принести в школу. В итоге то, что чей-то ребенок мог что-то забыть, страшным не казалось. Мы всегда могли все узнать. Даже про оценки своего ребенка я могла спросить у Тамары. Если мой Костя скрыл от меня двойку, то мне это становилось известно. То же самое и с Антоном.

В начальной школе наши мальчики подружились. Они тесно общались, вместе играли. У ребят в целом был дружный класс, где никто и никого не обижал.

С пятого класса многое изменилось. Дети стали разбиваться на группы, начинали дружить компаниями. Костя и Антон стали приятелями, что мне и Тамаре понравилось.

С коллегой, хоть наши дети уже подросли и стали более ответственными, мы так и продолжали обсуждать школьные вопросы. Мы болтали про родительский комитет, про учителей, мы также могли вместе помогать ребятам сделать какое-то сложное задание. Частенько ребята приходили то к нам в гости, то к Антону. Я не имела ничего против. И тем более я не ждала ничего плохого. Но оно произошло.

Пару месяцев назад Костя пришел со школы хмурый. Я так и не смогла его разговорить. Свои попытки я оставила, потому что решила, что у парня просто плохое настроение.

Но на следующий день мне Тамара открыла глаза на то, что случилось.

- Твой сын моего обозвал, обидно пошутил, а Антон в ответ его толкнул. Мне кажется, что твоему Косте надо извиниться.

- Тамара, - обратилась я к коллеге, - мне кажется, что не стоит лезть в отношения подростков. Они должны учиться самостоятельно разбираться в подобных ситуациях, решать конфликты.

- Они - дети, которые не знают многих вещей, - сказала Тамара. - И твой сын первый начал, поэтому он должен просить прощения.

- В таком случае и Антону стоит извиниться, ведь он Костю ударил.

- А это будет лишним, - заметила коллега. - Антон просто отстаивал свою честь.

Я не стала спорить. Мне казалось это бессмысленным. Я думала, что мальчики помирятся, после чего Тамара вообще забудет про этот диалог.

После разговора коллега фыркнула, ушла из моего кабинета. И с того момента мы не могли нормально общаться. Я видела, как Тамара морщится, когда меня видит. Детский сад! Так я тогда думала. Но через пару дней оказалось, что ситуация может стать еще хуже.

Тогда Тамара впервые мне напакостила. Она спрятала от меня документы, которые я должна была подписать буквально сразу после получения. Отдала она мне их, когда необходимо было идти с ними к начальнику.

Тогда я решила, что коллега могла просто забыть про документы. Но эта ситуация повторялась вновь и вновь. Также она могла сделать так, чтобы мой отчет “потерялся”. Я его искала долго, находила в последнюю минуту. И подобных мелких подстав было огромное количество.

Я пыталась поговорить с Тамарой, но она делала вид, что не понимает, что происходит.

- Я не знаю, почему ты стала такой рассеянной, - твердила Тамара. - Я не брала твои бумаги.

Я понимаю, что коллега пытается заставить меня прогнуться. Наши дети до сих пор не помирились, поэтому необходимость извинений все еще есть. Тамаре кажется, что своими ребяческими поступками она заставит меня поговорить с Костей, принудить его к тому, чтобы он попросил прощения у Антона. Но только я не буду так прогибаться.

Я верна своей позиции, касающейся того, что дети свои проблемы такого масштаба должны решать самостоятельно. Костя не жаловался мне, он даже в последнее время веселым стал, начал говорить, что в школе все хорошо. С чего мне принуждать его извиняться? Если бы он считал нужным это сделать, он непременно давно пошел на такой шаг.