***** Книга опубликована с разрешения правообладателя на авторство
Как чертовски приятно ощущать себя причастной к великому делу! Отец бы мной гордился.
- Елена Семёновна, - обратился к Веснянской Джафар Джабраилович, когда небольшая экскурсия по интернату подходила к концу. – Вам не показалось несколько необычным наше учреждение?
- В какой-то степени, - неуверенно ответила собеседница, не зная, как ей следует правильно себя вести.
За разговором они незаметно подошли к двери кабинета главврача.
- Чем, если не секрет? – Спросил Тингаев, широко распахнув дверь кабинета, но, не пропустив девушку вперёд.
- Во – первых, оснащение интерната. Такое вряд ли встретишь в интернатах и школах, где содержатся даже полноценные дети. Во – вторых, мне показалось, что детей держат в некоторой изоляции от персонала. И не только агрессивных.
- Вы правы. Система реабилитации наших детей несколько отличается от общепринятой. За основу мы взяли малоизвестный в нашей стране зарубежный опыт. Суть его в том, что при помощи психологических манипуляций, подкреплённых фармакологическими препаратами, больным детям частично или полностью стирается память. Одновременно с этим уходят воспоминания о насилии, боли, гибели близких и других трагических событиях, повлиявших на их психику. На освободившееся место «подкачивается» нужная информация, позволяющая с помощью нейро – лингвистического программирования научить детей определённым навыкам. Другими словами, вырабатываем у них автоматизм в выполнении определённых действий. В случае успеха такой ребёнок, став взрослым, не потеряется в нормальном обществе, потому что сможет приспособиться к любым жизненным условиям. Дети смогут не только самостоятельно себя обслуживать, но и, повзрослев, зарабатывать себе на жизнь. Естественно они не станут высококвалифицированными рабочими, в работе которых необходим интеллект и глубочайшие знания. Мы не ставим перед собой таких целей. Они вполне смогут стать хорошими плотниками, токарями или другим рабочим, которым требуется лишь набор определённых навыков. Для достижения хороших результатов у нас имеется всё необходимое, включая дорогостоящие фармакологические препараты. И всё это мы имеем благодаря международному благотворительному фонду, который в свою очередь требует от нас видимых результатов.
- Я боюсь, мне не хватит знаний и опыта, - честно призналась Веснянская.- Мне хотелось бы знать, будет ли у меня возможность в случае необходимости проконсультироваться с кем – то более опытным?
- Из Великобритании к нам приезжает представитель фонда, который курирует эту программу. Обычно такие встречи с персоналом бывают один – два раза в году. Пока же Вашими главными консультантами станут книги. Тем более у Вас была возможность отобрать самые необходимые, и я уверен, Вы ей воспользовались. Надеюсь, что в скором времени рядом с Вами будет работать ваш научный руководитель Екатерина Дмитриевна.
- Это было бы здорово, - вырвалось у обрадованной девушки. – Таких специалистов как она нет во всём Поволжье, а возможно и в стране.
- У Вас ещё есть ко мне вопросы?
- Пока нет. Думаю, я поняла, что от меня потребуется.
- Тогда спокойной ночи, - попрощался с ней Джафар Джабраилович. - Умар - наш комендант. Он проводит Вас до жилого блока.
Елена не сразу заметила, как в дверях появился мужчина лет сорока пяти – пятидесяти. Он бесшумно вошёл в кабинет и, молча, встал у двери.
- Простите, как Ваше отчество? – Спросила девушка у молчаливого мужчины.
- Вы можете называть его просто Умар. Ему так привычнее, - ответил за него главврач. - Спокойной ночи, Елена Семёновна.
- Хочу Вас сразу же предупредить, - услышала она голос главврача и остановилась. - Внутренним распорядком интерната всем сотрудникам заведения, кроме дежурных, конечно, после отбоя категорически запрещаются любые передвижения внутри корпуса, где находятся дети. В своём жилом блоке Вы можете заниматься чем угодно, но выходить из корпуса категорически запрещается. И не удивляйтесь, когда обнаружите, что дверь, ведущая из жилого отсека в корпус, заблокирована до восьми утра. Это требование спонсоров к внутреннему распорядку, и мы не можем его нарушать. Если у Вас возникнут какие-либо вопросы, обращайтесь прямо ко мне. Без стеснения. Тем более, пока мы с Вами осматривали корпус, у вас в блоке подключили внутренний телефон. Идите отдыхайте. Время позднее и Вы, думаю, устали с дороги.
- Спасибо, Джафар Джабраилович. Спокойной ночи.
Первая ночь в интернате оказалась отнюдь не спокойной. Веснянская, как ни старалась, не могла сомкнуть глаз и, в который раз, перебирала в мыслях сказанное новым руководителем.
- Либо он чего-то недоговаривает, либо здесь заботятся не о детях, а о том, как получить побольше денег от спонсоров, - решила она. – Надо будет внимательнее присмотреться к происходящему в этих стенах и попытаться поговорить об этом с персоналом интерната.
День шёл за днём, а она всё никак не могла разобраться в происходящем. Осторожность, с которой Лена изучала внутреннюю жизнь специнтерната, не позволяла ей сделать решительные шаги в своих тайных исследованиях. За полтора месяца, проведённых на новой службе, она смогла увидеть лишь часть коллег, некоторые из которых, по её мнению, сами были не совсем полноценными людьми. Контакты между сотрудниками на рабочем месте, как ей удалось выяснить из разговоров со старшей медсестрой, здесь не приветствуются. Ей показалось это странным, но Асет Вагитовна быстро растолковала ей:
- Лишние, не относящиеся к работе разговоры, мешают сотрудникам добросовестно выполнять свои должностные обязанности. За такие деньги, которые получают наши сотрудники, нужно стараться с толком использовать каждую рабочую минуту. Ненавижу никчемную болтовню.
Елена, которая и раньше не выделялась особой общительностью, безропотно приняла существующие здесь правила внутреннего распорядка. С самого детства её лучшими друзьями были книги, полностью заменявшие ей живое общение со сверстниками. Из них она черпала жизненный опыт, идеалы, на которых хотела походить, в них же искала ответы на сложные житейские ситуации.
Но в последние дни даже она временами начинала страдать от одиночества и нехватки общения.
С первых дней своего пребывания в интернате ей чаще всего приходилось встречаться с больной нянечкой, к которой она сразу же стала относиться с жалостью и теплотой. Сотрудники интерната знали, что у ВерВанны не всё в порядке с головой, и большинство из них тоже относилось к ней пониманием. Единственным человеком, кто позволял себе во всеуслышание называть нянечку убогой, была старшая медсестра интерната, которой, как справедливо заметила новая сотрудница, из-за обласканности начальством многое сходило с рук. По наблюдениям Елены, «тётя Асет» ненавидела всех людей, не принадлежащих к её национальности, и терпела «не своих» сотрудников интерната лишь по большой необходимости.
Знакомство психолога и старой нянечки состоялось при трагических обстоятельствах. Приблудившийся котёнок, который стал для Елены самым дорогим и родным существом, неожиданно заболел. Его то и дело рвало, он жалобно пищал и старался забиться в укромное место. Бедное животное, как и сама Елена, было в некоторой степени узником, потому что котёнок тоже теперь постоянно жил в небольшом жилом блоке и не представлял что такое вольная кошачья жизнь.
Девушка не сразу заметила, как он выскользнул из её двери и бросился в коридор, связывающий жилой и учебный блоки. Более четверти часа девушка ходила по коридору, заглядывая во все уголки, и зовя непослушное животное, как вдруг услышала сначала голос Хетага, а потом надрывный писк котёнка. Поняв, что произошло что-то ужасное, она бросилась на голос мужчины.
Картина была ужасающей. Несчастный Пушок в предсмертных муках дёргал лапками, а из его размозжённой о стену головы струйкой стекала кровь.
- Дикое чудовище, что Вы наделали? – Вырвалось у Веснянской.
Она даже не успела понять своей оплошности, как тут же получила ощутимый удар по лицу. Хетаг что-то зло сказал на своём языке, как ни в чём не бывало, пошёл прочь.
Вер Ванна, только что смывшая брызги крови со стены, гладила девушку по голове и успокаивала:
- Терпи милая. Ему ничего не стоит что котёнка, что ребёнка зашибить, Ой, девонька, нажила ты себе грозного врага. Все знают, что он дикарь и чудовище, но никто не говорит об этом вслух.
Её глаза были полны такого сострадания, что Елена ещё сильнее зарыдала, упав на грудь «убогой».
- Мне теперь всё равно! Он убил моего друга, - упрямо твердила Елена.- Я даже похоронить его не смогу, потому что нам запрещено выходить за пределы интерната, а на территории негде.
- Не плачь, дочка. Найди для него коробочку, а я его в своём огороде прикопаю.
Искренние слова ВерВанны заставили Елену броситься в свою комнату и, открыв шкаф, начать судорожно вытряхивать из коробок обувь.
Елена не заметила того момента, когда в их отношениях произошёл коренной перелом, и «убогая» нянечка взяла над ней тайное шефство.
- Знакомьтесь, - представил главврач Елене симпатичного молодого человека. – Наша надежда и опора врач - психиатр Руслан Бикмурзин.
- Елена Семёновна Веснянская, - девушка протянула руку молодому человеку.
Он был старше её всего года на два - три, но, судя по отношению к нему главврача, уже сумел зарекомендовать себя ценным специалистом.
- Так опростоволоситься! Я со своей Семёновной выгляжу смешно и глупо, – подумала девушка, невольно отметившая приятную внешность нового знакомого, отчего густо покраснела. Правда, уже спустя мгновенье, она сумела унять волнение и добавила. - Можно просто Лена.
- Надеюсь, вы найдёте общий язык, а я, к сожалению, вынужден вас покинуть, - извинился Тингаев и отправился по своим делам, оставив их наедине.
Слова главврача были доброжелательными, но от внимательного взгляда психолога не укрылось выражение его глаз. Они смотрели на неё испытывающее, будто пытались проникнуть в её черепную коробку и узнать там самые сокровенные мысли девушки.
- Пойдёмте, коллега, я покажу Вам ваших подопечных и немного введу Вас в курс дела.
- Скокова ко мне, - требовательно произнёс генерал в трубку внутреннего телефона.
Он только что прочитал рапорт старшего лейтенанта и теперь у него был ряд вопросов, которые ему хотелось немедленно прояснить.
- Товарищ генерал… - раздался голос бравого старлея.
- Садись, - прервал его Круглов.- Проясни-ка мне ситуацию с переводами. И как можно подробнее.
Генерал вынул папку с ксерокопиями квитанций и рядком разложил их на столе.
- Разыскиваемая нами Елена Семёновна Веснянская прежде, чем покинуть город, обошла всех знакомых, у которых занимала деньги на похороны родителей. Прощаясь, она заверила их, что получила хорошо оплачиваемую работу и сможет в ближайшие полгода вернуть им все долги.
- Она ничего не рассказывала о характере своей будущей работы или месте, куда уезжает?
- По словам опрошенных, они её об этом не спрашивали.
- Что дальше?
- Уже через три недели после её отъезда, на имя кредиторов стали приходить достаточно крупные денежные переводы, а ещё спустя четыре месяца все долги были окончательно погашены.
- Адрес отправителя выяснили?
- Естественно. Правда, все они оказались липовыми. В четырёх случаях из шести домов с подобными номерами не существует в природе. Отправления были из городских почтовых отделений, находящихся в разных концах города.
- Получается, что она вообще не уезжала из города?
- Трудно сказать. Дело в том, что переводы отсылались не самой Веснянской, а двумя разными людьми. Почерковедческая экспертиза утверждает, что оба отправителя были мужчинами, неважно знающими русский язык. Словесный портрет одного из них у нас есть, и сейчас делается его фоторобот.
- Откуда информация?
- Молодая девушка с почты вспомнила отправителя, который оформлял денежный перевод, фамилия отправителя которого была Веснянская.
- Ничего спутать не могла? У них за день десятки, если не сотни людей проходят.
- Уверяет, что нет. По её словам, она хорошо запомнила мужчину, потому что в тот день между ними произошёл конфликт.
- У меня очередь огромная в кассу, - рассказала девушка, - а он всех оттолкнёт и орёт в окошечко: «Дай ещё одну бланку». Такой тупой! Раз пять бланк переписывал. Очередь возмущается, на меня кричит, чтобы работала проворнее и не отвлекалась.
- Вам не кажется всё это странным? Веснянская старается не показываться в городе и даже самому близкому человеку Екатерине Дмитриевне всегда посылает письма только с оказией. По словам хорошо знавших Елену людей, подобное поведение совсем на неё не похоже. По их словам, она очень благодарная девушка, и то, что она ни разу лично не поблагодарила людей, которые выручили её в трудную минуту, кажется им очень странным.
Веснянская в который раз принималась обдумывать информацию, полученную от Руслана, и теперь многое из казавшегося ранее странным, наконец, получало разумное объяснение.
- Джафар Джабраилович, видимо, не решился сразу сказать мне о том, что я попала в секретный центр, который курирует ФСБ. Думаю, что, осторожничая, он поступал правильно. Мало ли как я могла на всё это среагировать? Только убедившись в том, что я намерена остаться у них работать, мне, наконец, приоткрыли завесу таинственности.
Вспомнив, как она подписывала документы о неразглашении государственной тайны, Лена ощутила себя причастной к серьёзным государственным делам, отчего невольно гордо развернула плечи. В эту минуту её буквально распирали возвышенные чувства. Она несколько раз посмотрела на себя в зеркало и, видимо, удовлетворившись увиденным, громко продекламировала:
- Вперёд, Веснянская, тебя ждут великие дела!
Девушка подошла к письменному столу и стала разбирать привезённые ей конспекты.
- Жалко, что отец не дожил до этого дня, - подумала она с грустью. - Он всегда верил в меня и сейчас, будь бы жив, мной страшно гордился.
Аккуратно сложив записи в стопку, она села в мягкое кресло, подтянула под себя ноги, прикрыла глаза и с разливающимся по всему телу блаженством тихо произнесла. – Как это всё-таки приятно ощущать себя причастной к великому делу! Те ограничения, с которыми связана моя новая деятельность – ничто по сравнению с серьёзностью порученного мне дела. Насколько всё-таки правильно поступает наше руководство, делая упор на детей, понимая, что современные технологии и приёмы в психологии настоятельно требуют начинать подготовку разведчиков с самого юного возраста.
Уже засыпая, Лена дала себе слово, что сделает всё от неё зависящее, чтобы помочь своей многострадальной Родине.
( продолжение следует)