Солнце осени. Оно временами выглядывает из-за туч, чтобы осветить шахтёрский городок Кемерово. Однако не способно светить настолько же сильно, насколько летом.
Луч осеннего солнца, как луч надежды в пасмурные дни. Он напоминает нам, что как бы ситуация ни была ужасна, ещё можно еë разрешить. Может, Дмитрий Олегович Бонтон, не столь давно посетивший вновь улицу Кирова, поймëт, что искать нужно совсем в других местах, что серийный немецкий убийца Фридрих фон Миллер прячется вовсе не там, где Дмитрий пытался его найти.
-Парк Ангелов? — пришло на ум Дмитрию, — Может, он там. Тихое место в осеннее время, особенно в будни. Неплохо для прикрытия. Если я его там не найду, я могу пойти дальше проспекта Ленина, посмотреть на Мичурина. А это мысль. В Заводском районе я его ещё не глядел. Значит надо идти туда. В Кировском, Рудничном, даже в части Центрального района осматривал. Вот толку мало только.
И посмотрел Бонтон на памятник Пушкина Александра Сергеевича, поэта русского и писателя великого, и пошëл Дмитрий Олегович, словно воин крылатый на крылах своих длинных, растянувшихся по всему Кемерово, и окинул он взором тропу свою длинную, и, покачавши головой своей буйной, двинулся в путь. Путь ни короток, ни длинен. Целый километр девятьсот метров ходьбы. В среднем такое расстояние занимает двадцать пять минут.
Но не будем ограничиваться. Уверен я, что читатели давно подметили, что у каждого человека своя скорость движения. Кто-то медленен, как черепаха, кто-то быстр, как гепард. Каждый индивидуален по-своему. Но, чтобы вы как можно более точнее понимали происходящее, отмечу, что Дмитрий Олегович за час мог преодолеть пять километров. За двенадцать минут он проходил один километр. А это значит, что два он пройдёт за двадцать четыре минуты.
Тем временем враги окаянные в гараже созидания совершали. Каждый дело одно спорит, не на спориться им вместе.
-Ты куда ехать-то дальше собираешься? — молвит Евгений, сообщник Фридриха Прусского.
-А дальше я плыть собираюсь.
-Куда же ты плыть собираешься?
-В Красноярск, до реки Енисей, по Енисею до Волги. От Волги до Дона, от Дона до Азовского моря, а от Азовского моря до Чëрного. От Чëрного до Средиземного. Далее уже по реке Изаре поплыву. До Мюнхена хотел бы добраться.
-На Родину захотелось, да лодку где взять?
-Лодку найдём в ночь на причале. Угоним еë и отчалим.
-Воровство ведь сие.
-Выбора нет. Только это спасти меня может.
-Если только это, готов плыть вместе с тобой. На машине мы доедем до Красноярска, а по Енисею на лодке поплывём.
-Danke, meiner Freund.
Ни сказать, ни думать, ни даже предполагать Дмитрий о побеге никак не мог. На всех порах он мчался на своих ногах. Вперëд взглянул, увидел башню он.