В 1887 г. известный русский археолог, востоковед, профессор Петербургского университета и член-корреспондент Императорской Санкт-Петербургской Академии наук Николай Иванович Веселовский провел раскопки знаменитого Майкопского кургана прозванного местным населением Ошад.
Эти исследования стали одними из самых известных в свое время и навсегда закрепили имя Н.И. Веселовского в мировой археологии.
Майкопский курган «Ошад» стал одним из эталонов и опорных памятников в изучении майкопской археологической культуры (начало IV-го – начало III-го тысячелетия до н.э.), давший ей название.
У Адыгов есть интересная легенда о происхождении этого кургана. Согласно ей, некогда близ Майкопа жили пять братьев — Арым, Чимдеж, Ошад, Колясиж и Ченчаушхо. У них была сестра-красавица по имени Сусао.
Однажды в гостях у братьев побывал витязь Кужоб. Он коварно похитил их сестру и поспешил в свой аул. Заметив пропажу сестры, братья бросились в погоню и настигли его на правом берегу реки Белой.
Кужоб не хотел отдавать Сусао братьям. Он выстрелил и убил Ошада. Оставшиеся братья продолжили погоню, но витязь убивал по одному из них. Выжил только Чимдеж. Он настиг Кужоба у его аула и убил. Вскоре Чимдеж умер от смертельной раны.
На тех местах, где пали братья-герои, люди воздвигли курганы и дали им имена павших. Так появилось пять курганов под общим названием «Пять братьев»: Арым — Кужорский курган, Ченчаушхо — Хачемзийский курган, Ошад — Майкопский курган, Колясиж и Чимдеш — Кабехабльские курганы.
До раскопок Майкопский курган представлял собой округлую земляную насыпь из материковой глины высотой 10,65 м и диаметром около 100 м.
Н.И. Веселовский приметил этот курган еще в 1876 г. Тогда местные жители начали его раскапывать на глину. Детально обследовав курган, и убедившись в больших шансах на то что погребальное сооружение не было тронуто грабителями, археолог решил производить раскопки.
25 мая 1887 г. Н.И. Веселовский выезжает из Екатеринодара (сейчас Краснодар) в Майкоп. Исследования кургана продолжались около месяца.
Раскопки начались с западной стороны кургана. На глубине 3,2 м от вершины археологом было обнаружено впускное погребение, видимо, эпохи ранней бронзы. Оно было обложено камнями и содержало скорченный скелет при котором находились: медный или бронзовый наконечник копья, серебряная спиральная подвеска и кусочки красной охры.
Углубившись далее Н.И. Веселовский в центре кургана обнаружил кольцевой кромлех из известняковых камней и большую могильную яму впущенную в материк на 1,2 м.
Конструкция погребения
Могильная яма имела форму продолговатого четырёхугольника со скруглёнными углами и вогнутыми стенками (со временем земля продавила внутрь стенки могилы, поэтому они имели округлую форму) . Длина ямы составляла 5,33 метра, ширина — 3,73 метра. Стенки были обшиты деревом, которое, как отмечает археолог, полностью сгнило. Могилу перекрывали деревянный помост, а сверху был слой земли. Ещё выше находился второй деревянный помост, который был гораздо больше по размеру и выходил далеко за пределы гробницы. Со временем дерево сгнило и перекрытие провалилось вместе с землей в гробницу.
Дно ямы в один-два ряда было выложено речным булыжником, но до стенок он не доходил. По углам находились деревянные столбы диаметром от 17 до 26 см, которые уходили в землю на глубину до 20 см.
Могила разделялась на три части: южную и северную, а северная, в свою очередь, была разделена на западную и восточную с помощью перегородки, расположенной перпендикулярно первой. Определить материал перегородки не удалось.
Останки усопших и погребальный инвентарь
В могиле было обнаружено три скелета. Все были уложены скорченно на спине, с согнутыми в коленях ногами (изначально коленями вверх). Их головы были направлены на юг с небольшим отклонением к востоку. Кисти рук располагались у головы.
Южную часть могилы занимало главное погребение.
Скелет, как и площадь вокруг него, был покрыт слоем красной краски — киновари. Останки были усеяны золотыми украшениями.
Покойник был облачён в одежду, обшитую золотыми пластинчатыми штампованными украшениями: 37 крупных изображений львов, 31 изображение более мелких львов, 19 мелких быков, 38 колец. Предполагают также, что этими украшениями могло быть обшито покрывало или балдахин, использовавшийся в погребальной процессии.
Здесь же находилось большое количество золотого бисера и бусин разной величины и формы: золотых, сердоликовых, бирюзовых.
Под черепом покойного лежали 2 золотые ленты и 10 двойных пятилепестковых розеток (видимо, диадемы, украшавшие голову).
Найдено также 5 золотых ободков неизвестного назначения, 2 золотые серьги, несколько золотых кнопок.
Справа от костяка лежали восемь частично фрагментированных гладких коленчатых серебряных стержней-трубок длиной 103 см (по другим сведениям — 112 см). Они были изготовлены путём свёртывания листа металла.
У четырёх из них один конец был золотым примерно на 1/3 длины, а другая сторона имела утолщение с прорезным спиральным орнаментом. У двух трубок это утолщение было приставным, у двух других оно было сделано из самой трубки.
На концы, обращённые к черепу, четырёх трубок были насажены массивные фигурки быков: два золотых и два серебряных. Причём один золотой и один серебряный были большими, а другой золотой и другой серебряный — меньшими по размеру. Все фигурки были повёрнуты вверх ногами по отношению к костяку. То есть предметы были помещены в погребение в перевёрнутом виде. На трубках, полностью выполненных из серебра, находились серебряные быки, а на трубках с золотыми концами — золотые. Ещё две пары трубок, обе с золотыми концами и обе полностью серебряные, быков не имели. Верхние концы серебряных трубок имеют продольные прорези.
Вместе с трубками были обнаружены фрагменты серебряной обивки. По всему дну могилы были разбросаны тонкие полоски серебра. На некоторых из них можно было разглядеть серебряные гвоздики. Также были обнаружены две бирюзовые подвески с золотыми креплениями.
Ниже пучка трубок, на уровне коленей, располагались 12 кремнёвых ромбовидных наконечников стрел (все остриями вниз) и 17 вкладышей микролитов-сегментов.
Также рядом с трубочками были найдены два золотых и три серебряных колпачка. Последние имели полусферическую форму.
У восточной стены в ряд стояли 17 сосудов: два золотых, один каменный с накладными золотыми горлом и крышкой, 14 серебряных. Среди последних один был с золотыми ручками-ушками, а другой — с золотым ободком у основания шейки.
В восточной камере, предположительно, было захоронение женщины. На черепе находились массивные золотые кольца с сердоликовыми бусинами. Рядом с руками обнаружили золотые и сердоликовые бусины. У восточной стены стояли медные сосуды: чаша, ведерко с ручкой и кувшин, а также два котла. На полу лежали полоски серебра, как и в первом погребении.
В западной камере также, предположительно, женское захоронение. Рядом с костяком найдены золотые и сердоликовые бусы. В северо-западном углу стоял большой керамический сосуд. Кроме того, на полу были также обнаружены полоски серебра.
Общая масса найденных золотых предметов в Майкопском кургане составляет около 3 кг, а серебряных — примерно 5 кг.
Назначение стержней-трубок
Этот вопрос до сих пор вызывает споры в научном сообществе.
Н. И. Веселовский предполагал, что эти трубки могли быть жезлами, знамёнами или знаками власти — скипетрами. В их прорези, вероятно, вставлялись ленты, а колпачки, найденные рядом, могли служить держателями кистей.
Однако историк искусства и археолог Б. В. Фармаковский (1870-1928) считал иначе: по его версии, эти трубки использовались для поддержания погребального балдахина, на который были нашиты украшения из штампованного золота.
Согласно версии советского и российского археолога М. П. Чернопицкого, эти трубки, а также кремнёвые наконечники являются частью ритуального набора, который состоял из 12 стрел: восьми металлических и четырёх, не сохранившихся до наших дней (возможно, они были сделаны из какого-то органического материала). Все стрелы имели кремнёвые наконечники. Тринадцатым предметом в этом наборе был объект с рукояткой диаметром 30–40 мм, который был частично обит серебром. На нём были закреплены 17 микролитов. Предполагается, что этот предмет является аналогом иранского баресмана — ритуального пучка, который использовали зороастрийские жрецы. В этом же ряду находятся фасции этрусков и римлян, ваджра индуистов, перуны славянского Перуна и гадательные прутья скифов. Наличие такого предмета, а также роскошь погребения, позволяют предположить, что это захоронение царя-жреца.
В 2022 году группа российских учёных под руководством ведущего научного сотрудника Института истории материальной культуры РАН В. А. Трифонова изучила трубки и осадок в них. Они предположили, что эти предметы могли использоваться для питья пива.
Интерпретация захоронения
Большая часть предметов из Майкопского кургана связана с культурами Передней Азии. Ряд исследователей не исключает их местное изготовление. Тем не менее изображения на сосудах и украшения имеют явные аналоги в странах Древнего Востока: в Северной Месопотамии, Трое и даже в Египте.
Бусы из полудрагоценных камней, найденные в кургане, очевидно импортные, что свидетельствует о связях с достаточно отдалёнными регионами. Сердолик и бирюза происходят из Ирана, а лазурит — афганского происхождения.
Особое внимание привлекает серебряный сосуд с чеканным «пейзажем» на горле, где изображены три ряда гор с двумя двугорбыми вершинами. С гор стекают две реки, впадающие в водоём, расположенный на дне сосуда.
Мнения учёных по поводу этого изображения расходятся. Одни считают, что это просто изображение гор, другие — что это именно Кавказские горы с Эльбрусом и Казбеком, а реки — Кубань и Терек.
Многие специалисты начала XX века (Н. И. Веселовский, Д. Я. Самоквасов, Я. И. Смирнов, Б. Е. Деген-Ковалевский, М. И. Артамонов и др.) датировали Майкопский курган VIII–VII веками до нашей эры или чуть раньше. Однако предлагалась и другая датировка — 3-е тысячелетие до нашей эры (М. И. Ростовцев, А. А. Иессен и др.).
В современных работах Майкопский курган относят к середине или концу 4-го тысячелетия до нашей эры.
Некоторые учёные проводят параллель между Майкопским курганом и Шумерской культурой. Впервые эту идею высказал в 1910 году историк В. А. Городцов. Позже, после обнаружения царских могил в Уре, было отмечено сходство между захоронениями шумерских царей в Уре и захоронениями в Майкопском кургане.
Памятнику кургану
До наших дней насыпь Майкопского кургана не сохранилась.
В мае 1898 года в Императорскую археологическую комиссию поступило обращение от майкопского городского головы, в котором сообщалось об опасности, связанной с ямой глубиной более 14 метров (!), которую не засыпал Н. И. Веселовский. Предлагалось простое и недорогое решение — позволить местным жителям использовать эту землю для своих хозяйственных нужд. Так и было сделано.
На месте где располагался курган на углу улиц. Курганная и Подгорная в 1972 году был установлен памятник в виде стоячей фигурной каменной плиты, изготовленной скульптором А.А. Шикояном. На поверхности плиты надпись золочеными буквами:
«Здесь находился знаменитый в мировой археологии Майкопский курган „Ошад“, раскопанный в 1897 году профессором Н.И. Веселовским. Сокровище из Ошада — часть культуры племен Кубани 2500 лет до н.э.».
Задавайте вопросы и делитесь своими впечатлениями об этом удивительном открытии в комментариях!
Источники: Отчет Императорской Археологической Комиссии за 1897; Пиотровский Ю. Ю. МАЙКОПСКИЙ КУРГАН // Большая российская энциклопедия. Том 18. Москва, 2011, стр. 465-466; Анфимов Н. В. Древнее золото Кубани. - Краснодар: Краснодарское книжное издательство, 1987; Пиотровский Ю. Ю. Майкопский курган (Ошад): современный взгляд // Camera Praehistorica. 2020. №1. С. 61-75; Чернопицкий М. П. Майкопский «балдахин» // Краткие сообщения Института археологии. - М.: Наука, 1987. - Вып. 192. - С. 33-40; Фармаковский Б.В. Архаический период в России. Памятники греческаго архаическаго и древняго восточнаго искусства, найденные в греческих колониях по северному берегу Чёрнаго моря, в курганах Скифии и на Кавказе [1] // МАР №34. Пг.: 1914. С. 17-78; Чернопицкий, М. П. Майкопский "балдахин" / М. П. Чернопицкий // Древние культуры Кавказа и Причерноморских степей .— Москва, 1987 .— С. 33-40. Viktor Trifonov, Denis Petrov & Larisa Savelieva. Party like a Sumerian: reinterpreting the ‘sceptres’ from the Maikop kurgan. Antiquity, 2022, page 1 of 18; Андреева М.В. Об изображениях на серебряных майкопских сосудах. // СА. 1979. №1. С. 22-34.