В истории к нему намертво приклеился ярлык: адмирал без флота, регент без короля. И правда, где Венгрия, а где флот и адмиралы?
До 1918 года Хорти был настоящим, не церемониальным адмиралом: он командовал флотом Австро-Венгрии, тогда ещё не утратившей выхода к морю. Империя развалилась, но Венгрия пострадала больше Австрии. В конце 1918 года в Будапешт вернулся из Советской России революционер Бела Кун, прославившийся борьбой с Колчаком, а также с левыми и правыми эсерами. За считаные месяцы он перевернул ситуацию в Венгрии с ног на голову: добился падения правительства, а потом и устранил социал-демократических попутчиков. В стране начался красный террор. Тут и пришло время рыцаря на белом коне. В венгерской межвоенной политической иконографии этот образ был одним из главных: адмирал Хорти въезжает в Будапешт на белом коне, принося с собой освобождение от коммунистов.
За красным террором, впрочем, последовал белый. Иррегулярные формирования Пала Пронаи убивали коммунистов (или тех, кого считали таковыми) без суда и следствия, устраивали еврейские погромы. Пронаи говорил, мол, либеральная пресса и так нас будет клеймить за убийства евреев — почему бы тогда не убить их всех.
Хорти ненавидел большевиков. Но и нацистам не давал разгуляться. Он не позволил Пронаи устроить погром в Будапеште, а в течение своего правления регулярно арестовывал венгерских фашистов и запрещал их партии. Но главной национальной идеей Венгрии в это время было не противостояние коммунистов и нацистов, а стремление вернуть свои земли.
Хорти вступает в Будапешт, 1919 г. (Wikimedia Commons)
После войны проигравших не щадили: Германия подписала унизительный Версальский договор, а Венгрия — ещё более болезненный Трианонский. Распад империи ударил прежде всего по Венгрии: она потеряла Хорватию и Воеводину (вошедшие в состав Королевства сербов, хорватов и словенцев); Трансильванию (отошедшую Румынии), Словакию (ставшую частью Чехословакии) и Бургенланд (доставшийся Австрии).
Первой задачей Хорти было сохранить то, что осталось, — и править он решил железной рукой. Формально Венгрия оставалась монархией, а Хорти занимал пост регента. Но на самом деле никто и не думал давать власть королю. Во-первых, возвращение Габсбургов на какой-либо престол спровоцировало бы новую войну: при малейшем намёке на это Чехословакия грозила перейти границу. Во-вторых, Хорти прекрасно обходился без монарха, а попыткам Карла IV (внучатого племянника Франца-Иосифа) добраться до трона решительно сопротивлялся.
Мечты о Великой Венгрии начали сбываться в 1938 году. Хорти поучаствовал во всеобщем дележе чужих земель. Германия получила Судеты, а Венгрия — пограничные районы Словакии и Карпатскую Украину. Затем Германия довершила уничтожение Чехословакии, разделив её на протекторат Богемии и Моравии и марионеточную Словакию. А Венгрия уже после начала Второй мировой войны увеличила свою территорию за счёт Северной Трансильвании, отторгнутой у Румынии. Адмирал Хорти снова на белом коне, на этот раз — в словацком Комароме. На марках того времени написано: «Венгрия для венгров». Имеется в виду, что этнические венгры теперь живут в границах Венгрии.
Хорти после оккупации Венгрией словацкого города Кошице, 1938 г. (Wikimedia Commons)
Падение Хорти стало следствием его любви к сыновьям. В начале 1942 года стареющий адмирал назначает наследника: следующим регентом предстояло стать его сыну Иштвану. Венгрия вовсю воевала на стороне Германии, и военный лётчик Иштван решил отправиться на Восточный фронт добровольцем. Там он и погиб.
А уже через два года Хорти-старший всеми силами пытался выйти из обременительного союза с Гитлером. Германия явно шла к поражению, и венгерский регент старался заключить сепаратный мир. Он мог бы стать, как позже румынский король Михай, более чем приемлемой фигурой для союзников. И даже успел сместить пронацистское правительство и объявить о мире с СССР. Но отряд СС во главе с Отто Скорцени взял в заложники его второго сына, Миклоша Хорти — младшего. Хорти отрёкся, передал власть нацистам и конец войны провёл под арестом. Последняя часть его биографии позволила Хорти избежать суда и провести остаток жизни на свободе, в далёкой Португалии.