Смачное чавканье, доносящееся из угла, где сидел Баюн, разбудило в Яге здоровое любопытство голодного человека.
Она сегодня так закрутилась, что толком не то, что не обедала. Даже на завтрак еле успела что-то перехватить.
Созревающий урожай, это вам не семечки в автобусе щелкать! Знай, успевай поворачиваться.
Сегодня патиссоны с огурцами, завтра щавель на зиму, послезавтра…уф…
Ягуся утерла лоб, и задумчиво спросила:
- Баюнушка, а чего это ты там так вкусно хрупаешь?
- Нову хаву! – невнятно отозвался Баюн.
- ЧЕГО?! – решила, что не расслышала Яга.
- Нову хаву хаваю! – уточнил Баюн.
Ягуся рассмеялась:
- Ты перепутал! Ноу-хау это такой секретный приём!
- Вот как сейчас всё приму, так и рассекречу! И секретный, и не секретный, всё приму!
- Баюн, ну, хватит дразниться! Делись!
Баюн щедро махнул лапой в сторону холодильного ларя. Ягуся не кочевряжась, подошла, распахнула дверцу, и достала полпалки шикарной, свежей, варёной колбаски. С жирком.
- А свежий хлебушка есть? – уточнила она у Кота, впиваясь зубами прямо в неотрезанный кусок свежей колбаски.
- Там! – махнул лапкой Баюн, - у нас всё свежее! И нова хава, и хлебушек, и ощущения!
Яга настрогала хлеба с колбаской, и, наслаждаясь вкусом, думала:
«А какая разница?! Хава она или ноу?! Главное, вкусно!»
И Баюн был с ней полностью согласен.
Неважно как называется. Главное, что хава была хавательно ноумножительный!
И чем больше множительный, тем лучше!
Ведь так?
И пора уже старое на новое менять, а? А то стародворье, стародворье…
Вот новохаворье - это да!