В одной статье всю жизнь знаменитого исполнителя Александра Вертинского не уместить. Но отдельные страницы его полной драматизма биографии показать можно.
Одинокое детство
Александр Николаевич Вертинский родился 8 (20) марта 1889 года в Киеве. Его отец, Николай Петрович, был частным адвокатом, он также занимался журналистикой, публиковался под псевдонимом Граф Нивер. Мать Вертинского, Евгения Степановна Сколацкая, также была очень интересной личностью. Она была из дворянской семьи и брак родителей не был официально зарегистрирован из-за того, что первая жена Николая Петровича не давала ему развод. Поэтому отец вынуждены был «усыновлять» собственных детей, которых у них с Евгенией Степановной было двое.
Когда мальчику было три года умерла мать, еще через два года – отец, и Александра и его старшую сестру Надежду взяли на воспитание сестры их матери. Причем, Александру сказали, что его сестра Надежда умерла, Надежде сказали, что умер ее брат, и дети росли, уверенные, что они совсем одинокие. Тем более, что родственники их не жаловали. Не ощущая любви, Александр рос «трудным ребенком». И хотя он при поступлении в гимназию сдал экзамены на «отлично» и много читал, вскоре был отчислен из гимназии за неуспеваемость и «дурное поведение», а потом его выгнала из дома и тетка. Ему было только 15 лет.
Чтобы выжить, Вертинский брался за разную работу: он был грузчиком, продавал открытки, работал корректором в типографии. А еще он, как и его отец, писал небольшие рассказы и публиковался в местной газете, писал он и рецензии на выступления разных знаменитостей и сам играл в любительских спектаклях – ведь театр был его большим увлечением с детства.
Встреча с сестрой
В 1913 году Вертинский переехал в Москву. Туда его привели любовь к театру – и к сестре. Как-то, читая московский журнал «Театр и искусство», он увидел упоминание о молодой актрисе Н. Н. Вертинской. И написал ей письмо:
«Милая, незнакомая Н.Н. Вертинская! У меня такая же фамилия, как у вас… У меня когда-то была сестра Надя. Она умерла маленькой. Если бы она была жива, она была бы тоже Н.Н. - Надежда Николаевна…».
Они встретились и быстро поняли, что являются братом и сестрой. Александр и Надежда не только подружились, но и поселились в одной квартире. Благодаря сестре у него появились знакомые в Москве среди артистов и литераторов.
Первые шаги на профессиональной сцене
Вертинский очень хотел выступать на сцене и даже попытался поступить в Московский художественный театр. Но его подвела прирожденная картавость, которая позже стала его узнаваемой особенностью.
Но Вертинский не сдавался и пытался заявить о себе в артистической среде. Он стал выступать в театре миниатюр М.А. Арцыбушева, и первый же его номер, «Танго», который Вертинский поставил сам, имел успех. На сцене в эффектных и довольно откровенных костюмах пара исполняла танцевальный номер с элементами эротики, а сам Вертинский, скромно стоял в стороне и исполнял ироничную песенку, комментирующую происходящее на сцене. После премьеры в одной из рецензий его назвали «Остроумный и жеманный Александр Вертинский».
Также Вертинский пробовался в кино - в фильме «Обрыв» у него была эпизодическая роль.
Война как лечение от наркозависимости
Окунувшись с головой в жизнь богемной среды, Вертинский не избежал беды многих ее представителей - он пристрастился к кокаину. Довольно быстро у него развилась тяжелая наркозависимость. Вполне возможно, что карьера молодого исполнителя вскоре бы и закончилась, но встряской для него послужили серия душевных заболеваний и самоубийств в его окружении.
Не в силах сам завязать с зависимостью, осенью 1914 года Александр Вертинский предпринял отчаянный и смелый шаг – он отправился добровольцем на фронт. Он служил санитаром в поезде, который курсировал между фронтом и Москвой. Согласно записям в журнале, он сделал 35 000 перевязок. В январе 1915 года он получил лёгкое ранение и вернулся в Москву. И хотя на фронте он пробыл недолго, это помогло ему побороть тягу к наркотикам. Другой причиной послужило то, что пока его не было, умерла от передозировки его сестра.
Сценические образы
Находясь в санитарном поезде, в минуты отдыха Вертинский, стараясь развлечь раненых, исполнял для них песни. Чтобы отстраниться от вида санитара и придать себе хоть немного театральный образ, он к белому халату пришил крупные помпоны, за что его называли вместо медбрат - «брат Пьеро».
Этот образ запал Вертинскому в душу, и вернувшись в Москву, он подготовил программу «Песенки Пьеро» и специально заказал костюм белого Пьеро. Войти в образ ему помогал и грим – мертвенно-белая маска с черными подчеркнутыми глазами и ртом. В программу входили песни как на свои собственные стихи, так и на стихи Игоря Северянина, Марины Цветаевой, Александра Блока и других поэтов Серебряного века. Музыку Вертинский писал сам. Он быстро выработал свой особенный стиль исполнения, который включал певучий речитатив и характерное грассирование. Успех пришел быстро, но в качестве гонорара за свое первое выступление певец получил борщ и котлеты.
Образ «белого Пьеро» через некоторое время сменил образ «черного Пьеро»: черное просторное одеяние и пышный платок или воротник на шее, на лице - маска-домино. Это была не только внешняя трансформация. Новым образом певец показывал, что он стал старше, грезы юности остались в прошлом, а сам он стал более ироничным и язвительным. Каждую свою песню Вертинский превращал в небольшой спектакль со своими героями и сюжетом. Сам он свои песни называл «ариетками», и среди поклонников его стали называть «русским Пьеро».
Впоследствии Александр Вертинский отказался и от этого образа и дальше выступал только в концертном фраке.
Эмиграция
В ноябре 1920 года Александр Вертинский из Севастополя на пароходе «Великий князь Александр Михайлович» отправился в Константинополь. Сам он позже так объяснял причину отъезда:
«Советская власть мне ничего дурного не сделала. Я не был приверженцем какого-либо другого строя. Очевидно, это была страсть к приключениям, путешествиям. Юношеская беспечность».
Эта «юношеская беспечность» стала причиной не только новой жизни и новых приключений, но и длительной жизни вне Родины. В Константинополе Вертинский выступал в клубах, потом переехал в Румынию и выступал там в дешевых кабаках. Эти первые, тяжелые годы эмиграции превратили Вертинского, как он сам позже вспоминал, из капризного артиста в трудягу, который должен был постоянным и непростым трудом зарабатывать на чужбине на кусок хлеба и крышу над головой.
Потом были Польша, Германия и, наконец, Париж, куда Вертинский приехал в 1925 году и который стал для Вертинского «второй родиной». Сам Вертинский так писал:
«Моя Франция — это один Париж, зато один Париж — это вся Франция! Я любил Францию искренне, как всякий, кто долго жил в ней. Париж нельзя было не любить, как нельзя было его забыть или предпочесть ему другой город. Нигде за границей русские не чувствовали себя так легко и свободно. Это был город, где свобода человеческой личности уважается… Да, Париж… это родина моего духа».
Парижский период был расцветом творчества Вертинского. И хотя он выступал в основном в ресторанах, это были очень престижные рестораны. В Париже Вертинский познакомился с эмигрировавшими великими князьями Романовыми – Дмитрием Павловичем и Борисом Владимировичем. Среди его новых друзей такие знаменитости, как Чарли Чаплин, Анна Павлова, Федор Шаляпин, Грета Гарбо, Марлен Дитрих и другие.
Как-то произошел такой случай. Вертинский выступал в ресторане, его подозвал англичанин и попросил исполнить песню, название которой он не знал, но напел ему мотив. Это была одна из первых песен Вертинского – «Танго». Певец исполнил песню, англичанин был очень доволен, а на следующий день Александр Вертинский узнал, что это был принц Уэльский, будущий король Эдуард VIII.
Тоска по Родине и поздняя женитьба
Осенью 1934 года на трансатлантическом лайнере Александр Вертинский отправился в Америку. Тоскуя по родине, в пути он написал песню «О нас и о Родине», которая среди русской эмиграции наделала много шума:
«Проплываем океаны,
Бороздим материки
И несем в чужие страны
Чувство русское тоски».
Эту песню он исполнил на первом же концерте, на котором присутствовали Рахманинов, Шаляпин и другие известные русские эмигранты. Песня прозвучала в самом конце – зал просто взорвался овацией. В репертуаре певца все больше становится ностальгических песен.
В 1935 году Вертинский из Америки уехала в Китай, в Харбин, потом в Шанхай. И хотя он по-прежнему много выступал, доходы его сильно упали. В 1942 году 54-летний артист женился на 20-летней грузинке Лидии Циргвава, дочери служащего КВЖД. Вскоре родилась дочь Марианна, и артисту пришлось давать по два концерта в день.
Возвращение на Родину
Переехав в Шанхай, Вертинский стал предпринимать неоднократные попытки вернуться на Родину, но на свои просьбы получал отказ. Наконец в 1943 году он решился и написал Молотову – и получил разрешение. В ноябре того же года Александр Николаевич с женой и маленькой дочкой приехал в Москву. Через год у них родилась вторая дочь – Анастасия. Вертинский обожал своих дочерей и посвятил им очень трогательную песню «Доченьки».
На Родине артист прожил 14 лет, за которые он не один раз проехал по все стране и дал тысячи концертов. Все они проходили с аншлагом. Из обширного репертуара ему разрешено было исполнять только 30 песен, а на каждом его концерте находился цензор. Несмотря на огромную популярность, пластинок его практически не издавали и на радио не приглашали – как будто его и не было.
Сам он писал:
«Где-то там… наверху все еще делают вид, что я не вернулся, что меня нет в стране. Обо мне не пишут и не говорят ни слова, как будто меня нет в стране… А между тем я есть! И очень «есть»! Меня любит народ! 13 лет на меня нельзя достать билета! Я уже по 4-му и 5-му разу объехал нашу страну. Я пел везде — и на Сахалине, и в Средней Азии, и в Заполярье, и в Сибири, и на Урале, и в Донбассе, не говоря уже о центрах. Я заканчиваю уже третью тысячу концертов…».
Александр Николаевич так и умер – на гастролях. 21 мая 1957 года Вертинский выступал в Ленинграде. Вечером, в гостинице «Астория», он скончался от острой сердечной недостаточности. Ему было 68 лет. Похоронен Александр Николаевич Вертинский в Москве, на Новодевичьем кладбище.