Бежит короткое северное лето, нанизывая яркие дни, словно бусины, на нитку ожерелья тёплых воспоминаний. Столько всего хочется успеть, но здесь, как никогда к месту, вспоминается услышанный где-то совет цирковых жонглёров: не нужно пытаться удержать сразу все шарики в поле зрения, нужно ловить лишь те, которые уже падают, подхватывать их и снова отправлять в полёт.
Вереница летних хлопот - что те разноцветные шарики, ловлю в меру сил своих. Ягоды собрала, детей в озере накупала, в лес сходила, вспомнила про вязание - оп! Упал шарик, потом подберу. В июне закончила большую шаль, здесь так и не показала. Начала съёмку мастер-класса по шали, теперь смотрю на свои руки после чистки ягод и понимаю - с мастер-классом придётся повременить.
Дачные заботы сейчас потеснили все остальные дела. Нас накрыло ягодной волной: уже отошла жимолость, идёт на спад клубника, на подходе малина и ирга, смородина и вишня с крыжовником, потом яблоки и облепиха примут эстафету.
Давно ли я тосковала по отцветающим садам? Теперь грустить некогда, пора собирать урожай, не забывая выкроить минутку, чтоб полюбоваться игрой света и цвета во всём этом ягодном разнообразии.
Родители купили дачу, когда мне было 3 года, и, несмотря на то, что у меня уже две своих помощницы бегают по участку - это место для меня неизменно про детство. Второе поколение детей растёт на глазах соседей, для которых я по-прежнему "Мариша".
"Кто ж тебя так поцеловал, девица? Или сама в кого врезалась?" - кричит издалека сторож, увидев мою машинку без переднего бампера, когда я останавливаюсь у сторожки набрать воды. Объясняю, что жду новый бампер, сетуем на цены на запчасти, и я еду дальше с ощущением причастности к чему-то бОльшему, чем дачный кооператив, к месту, где людям по-прежнему не всё равно.
Здесь с самого начала не было заборов между участками, только со стороны улицы, а с ближайшими соседями нас разделяли символические канавки, в которые я в детстве падала с завидным постоянством. Шла к соседкам пить чай с карамельками, а потом меня бабушка по всему участку искала. "Спрятались в канавке" - это не про гусей, это про меня, только я, в отличие от хитрых пернатых, орала из канавки на всю округу, и мыть мне потом надо было не только лапки, а меня всю целиком от бурой торфяной воды. Канавки те уже давно заросли, а мои дети приносят от соседки всё те же карамельки.
Утро здесь начиналось с пробежки босиком по горячим мосточкам, с открывания всех теплиц и парников, чьи хозяйки уехали в город, перед сном - обязательно пробежаться по участкам, отмахиваясь от комаров и ёжась от прохлады, чтобы теплички закрыть. Когда узнали, что соседка, с которой бок о бок прожили столько лет, продаёт участок - у нас случилась настоящая паника, и от страха, что туда заселятся чужие, возможно, не совсем дружелюбные люди, мама пять лет назад, по весне, выкупила этот, давно сросшийся с нашим, уголок земли, где даже ветви деревьев переплелись и стало не понятно, где наши, а где соседские плодово-ягодные, и разделительная канава заросла - поди её отыщи теперь.
Вместе с участком нам досталась времянка и теплица, и всё на нём произрастающее, которого, даже без должного ухода, вырастает немало. За короткое время владения двумя участками стало понятно, что наша семья столько не съедает, убирать грядки и вырубать кусты было жалко, поэтому сейчас, отодвинув в сторону вязание, я почти каждый день катаюсь в город, пристраивая излишки ягод.
Вечером, проезжая мимо соседского дома с голубой крышей, вспоминаю, как давным-давно, ещё маленькой девочкой, бегала оттуда домой вприпрыжку, радостно неся в ладошках подаренное яйцо от соседской курочки и не было у меня других забот, кроме как донести его целым. Теперь я маленький фермер, и мои заботы - довезти целым до города урожай клубники.