Шпионский след. Пожар на Малой Охте оброс всевозможными фантастическими слухами

Многие жители в панике стали спешно покидать свои дома. Как сообщала газета, население «бросилось к Неве и на яликах стало переправляться на противоположную сторону. Квартиры и дома были брошены на произвол судьбы, в оставленные дома проникли воры, которые приступили к расхищению имущества. Грабеж остановлен был прибывшими усиленными милицейскими нарядами».

Через полтора часа после начала пожара прибыли 22 пожарные команды. Борьбой с огнем руководил лично командующий войсками Петроградского военного округа генерал О. П. Васильковский. Паровые машины были установлены вдоль Невы и беспрерывно подавали десятки тысяч ведер воды. Пожар, однако, разрастался.

Как писали «Биржевые ведомости», в шестом часу вечера при одном из взрывов целая гирлянда пылающих ракет перелетела на противоположную сторону Малоохтинского проспекта, где воспламенился еще один завод — светящихся и сигнальных ракет С. Г. Лианозова. В нем также располагались колоссальные запасы топлива.

Пожар охватил огромную территорию между современными Новочеркасским и Малоохтинским проспектами, Перевозным переулком и Гранитной улицей. Единственно возможной оказалась попытка потушить пожар со стороны Невы, для чего были вызваны три пожарных парохода. Полностью справиться с огнем удалось только к утру следующего дня…

Пока на Малой Охте бушевало пламя, на противоположной стороне Невы собралась огромная толпа народа, среди которой распространялись самые фантастические слухи как о причинах пожара, так и о количестве жертв. Одни говорили, что взрывы стали следствием диверсии германских шпионов, узнавших, что на одном из заводов скопилось множество артиллерийских снарядов и ракет. Другие полагали, что не обошлось без участия левых, разгромленных в ходе событий начала июля 1917 года.

В свою очередь сами левые утверждали, что пожары и взрывы не что иное, как провокация контр­революционеров, предпринятая, дабы обвинить рабочий класс и большевистскую партию в пособничестве германскому кайзеру Вильгельму.

Впрочем, все это были версии и домыслы. Следствие установило, что пожар начался в 2.30 дня на фаб­рике товарищества «Н. Бенуа и Ко» (в настоящее время «Буревестник») на Малоохтинском проспекте, 68, из‑за нелепой случайности. Один из рабочих вез по деревянному настилу двора пустую тачку и нечаянно столкнул с помоста два стоявших на дворе бочонка с «пороховыми сметками». По-видимому, возникшая от удара о землю и близлежащие камни искра мгновенно воспламенила насыщенный порохом воздух, вследствие чего, как сообщается в одном из документов Центрального государственного исторического архива Санкт-Петербурга, «моментально произошел взрыв ракет, хранившихся напротив малярного отделения в особой деревянной постройке»…

По данным следствия, во время пожара погибли более 20 человек, получили ушибы и ожоги 18 человек, из которых 8 направлены на лечение.

Пожар нанес огромный ущерб, тем более значительный, что в деревянных строениях завода Лианозова находилось до 45 тыс. ракет и до 5 тыс. снарядов, подготовленных для отправки в действующую армию. Служащие завода неоднократно ездили в ставку Северного фронта в Псков с требованием ускорить приемку снарядов, но приемщик, прапорщик Лошкарев с солдатами, прибыл лишь 4 августа.

Из 34,5 тысячи снарядов военные отобрали для испытания около 200 штук, а через день — еще одну небольшую партию, поскольку ожидали телеграмму от управления инженерного снабжения армии Северного фронта о разрешении загрузки и отправления принятых снарядов. Массовая проверка изготовленных ракет и снарядов ожидалась 13 августа. Однако двумя днями ранее случился пожар…