2002 и 2007 год, Великобритания. Режиссер Денни Бойл. В ролях: Киллиан Мерфи, Наоми Харрис, Брендан Глисон, Ноа Хантли, Кристофер Экклстон. Во второй части: Имоджен Путс, Макинтош Маглтон, Джереми Реннер, Роберт Карлайл, Роуз Бирн, Кэтрин Маккормак, Идрис Эльба.
Время апокалипсиса: 2002.
Причина апокалипсиса: зомби.
Масштаб апокалипсиса: Великобритания.
Это тоже довольно популярная, а для жанра зомби-хоррор даже культовая дилогия. Тогда ещё очень молодой британский режиссер Денни Бойл, прославившийся лихими молодежными драмами «Неглубокая могила» и «На игле», снял её в 2002 году за смешные по голливудским меркам 8 миллионов долларов. В этом смысле «28 дней спустя» намного ближе к истокам, малобюджетным ужастикам Ромеро и Рейми.
Однако едва ли эта серия осталась бы в истории и была переведена на русский язык, если бы Бойл и его сценарист Алекс Гарленд просто выполнили формальное упражнение в жанре. Как крутые и дерзкие авангардисты, они опрокинули канон и поставили под сомнение сразу несколько базовых установок фильмов о зомби.
Во-первых, зомби из «28 дней и недель спустя» вообще не зомби, а люди, заражённые неким вирусом. Они не мертвы, их также просто убить, как обычных людей. И они не людоеды, им не нужны мозги, они не хотят никого сожрать или выпить кровь. Одержимые вирусом, они нападают не от голода, а от неутолимой ярости. Обнаружив неинфицированного человека, они хотят его инфицировать, а не съесть. Им достаточно искусать бедолагу или даже просто забрызгать кровью. После этого заражённые теряют интерес к своей добыче и направляются дальше в поисках следующей жертвы.
А ещё в этих своих поисках они носятся как угорелые. В канонических фильмах «Ночь живых мертвецов» или «Рассвет мертвецов» зомби были медлительны и безмозглы. От них было довольно легко убежать, и побеждали они не умением, а числом, нападая на одиноких людей в домах и других убежищах, откуда тем было сложно выбраться.
Бойловские заражённые приводили зрителей в ужас своей стремительностью. Огромная толпа озверевших людей, несущаяся с огромной скоростью по заваленным мусором улицам Лондона за несчастными протагонистами, без преувеличения шокировала и придавала всему действию бешеную динамику, о которой могли только мечтать многочисленные предшественники Бойла.
За юных и прекрасных Киллиана Мерфи и Наоми Харрис, столкнувшихся с армией таких резвых и сообразительных тварей, было по-настоящему страшно. Ну мне, по крайней мере.
Однако главным каноном, который Бойл, Гарленд и их заражённые растоптали в своих «28 днях», было не то, что зомби не зомби, и не то, что они не ползают, а бегают, а то, что зомби тут совсем не главные злодеи. Реальными монстрами, бездушными садистами, нелюдями и фашистами в «28 днях спустя» стали британские солдаты. Жестокости, которые они творили, были вызваны не вирусом ярости, а целым спектром других неприятных чувств.
Вот это был поворот. До этого момента такое позволяли себе только создатели комедийных ужастиков. Да и то как бы в шутку. Но после «28 дней спустя» злые военные, безумные ученые и прочие незомбированные люди, которые оказывались намного хуже голодных зомби превратились в новый канон жанра.
В более дорогом, снятом во многом на американские деньги продолжении, создатели уже не устраивали таких радикальных пересмотров жанровых конвенций, но любимые ими силовики (на этот раз американцы) остались такими же фашистскими уродами и продолжили мучать мирных жителей в своих низменных интересах.
В остальном «28 недель спустя» уже больше походили на другие зомби-хорроры из нулевых или десятых. А те, в свою очередь, многое позаимствовали у Бойла. В «Я — легенде» 2007 года, «Рассвете мертвецов» 2004-го и «Войне миров Z» 2013-го зомби тоже уже не ковыляли, а носились как бешеные.
Или, например, знаменитая сцена с вертолетным винтом, разрубающим толпу заражённых. Её придумал и реализовал именно Бойл в «28 недель спустя». Уже через два месяца «вертолет» процитирует Родригес в «Планете страха», потом Андерсон в «Обители зла-3», а ещё позже это превратится в мем практически. В обязательном порядке его будут использовать все создатели фильмов о зомби, обладающие хоть каким-то бюджетом.
Остаётся добавить, что, кроме всего прочего, Бойл с друзьями опрокинули и концептуалиста Терри Гиллиама, которого мы обсудили в предыдущей серии. Экоактивисты, которые так вдохновляли Гиллиама, у Бойла превратились в главных виновников эпидемии. В начале фильма группа «зелёных» радикалов выпускает из клеток лабораторных шимпанзе, ну и вроде бы это такая цитата из «12 обезьян», где «зелёные» делали то же самое. Но в фильме Бойла освобождённые мартышки оказываются заражены тем самым вирусом ярости. Они бросаются на своих спасителей и превращают безобидных гринписовцев в нулевых пациентов, причину глобального зомби-апокалипсиса. Такой вот специфический британский юмор.
Удачного просмотра!