— Порядок! — Фельдшер бросил в контейнер снятые перчатки. Туда же полетели использованный шприц и салфетка. — Ещё что-нибудь будем делать?
— Нет, — врач на секунду отвлёкся от бумажек. — Дальше участковый пусть работает, — он обернулся к жене больного. — Вызвать участкового?
— Спасибо. К нам онколог завтра прийти должен, так что не стоит.
— Ну, как скажете, — врач опять уткнулся в бумаги.
— А где у вас можно руки ополоснуть? — фельдшер вопросительно посмотрел на женщину.
— На кухню пойдёмте. В ванной ремонт затеяли. Как некстати, — женщина вздохнула. — Сейчас я полотенце дам.
— Недавно болеет? — фельдшер мыл руки.
Женщина стояла рядом, держа полотенце.
— Три месяца. Сразу заболело. До крика. В больницу с панкреатитом отвезли, оперировать начали. А там…
— Понятно. Что онколог-то говорит?
— Говорит, в Германию надо. Ещё одну операцию сделать. У нас тоже можно, но там лучше. Да и здесь тоже недёшево, — женщина протянула полотенце. — Так что как Бог даст. Люди мы не особо состоятельные. Тут ещё дочь замуж собралась. Пришлось свадьбу пока отменить из-за отца. А деньги, что на свадьбу отложили, все потратили уже. Знаете, почём нынче болеть? — в глазах женщины появились слёзы. — А не дай Бог умрёт! Вообще по миру пойдём.
— Догадываюсь, — фельдшер принял полотенце и, вытирая руки, повернулся лицом к женщине.
Внезапно он замер. Выражение его лица изменилось.
— Что-то не так? — Женщина удивлённо посмотрела сначала на фельдшера, а потом обернулась, пытаясь понять, что его так заинтересовало.
— Это… — забыв про деонтологию и этику, фельдшер пальцем указал на стоящий на холодильнике самовар. — Это откуда?
— Мужа. Старый. Говорит, семейная реликвия. От прадеда так и передаётся из поколения к поколению.
С разрешения хозяйки, фельдшер, заядлый искатель древностей и любитель побродить с металлоискателем по полям, бережно снял самовар с холодильника и с придыханием осматривал раритет.
Небольшой самовар поражал своими изящными формами. Угольный, он был сделан из меди и имел на пузе множество оттисков медалей. Двуглавый орёл важно распростёр крылья над замысловатым краником с витиеватым запорным ключом. Ручки самовара были гладкие, сделаны из дорогого дерева и отполированы так, что блестели даже без лака. Конфорка, заглушка, шишки — всё было на месте и в порядке.
— По ходу, даже исправный. Хоть сейчас раскачегаривай. Вот вам и деньги. Знаете, сколько он стоит?
Женщина пожала плечами.
— Никогда даже не интересовалась.
— Ну, так я вам скажу. Приблизительно, конечно, — фельдшер назвал сумму. — Так что здесь и на операцию, и на лечение хватит. И даже останется немного.
— Не разрешит муж.
— Уговаривайте. Жизнь того стоит. Если надумаете, — фельдшер набросал на листке бумаги номер телефона, — позвоните. Эта контора самую достойную цену предложит. Не кинут. Я их давно знаю. Просто скажете, что со скорой порекомендовали. Они поймут.
***
— Алё! Заяц! Ты меня слышишь?
— Слышу, слышу.
Бас собеседника никак не походил на голос мультяшного зайца.
— Ты всё запомнил? Если принесут — не жмотись! Плати по полной. Людям деньги нужны на лечение. А самовар там такой, что ты его потом и продавать не захочешь. Отвечаю! Мечта всей твоей коллекции! Будешь в благодарность меня за него всю жизнь вискарём на халяву поить. А когда лопнешь от переизбытка самодовольства, я самовар себе заберу. На память о тебе.
— А почто сразу себе не заберёшь? Или сначала смерти моей хочешь? — за десять лет собеседник привык к манере давнишнего приятеля поддерживать тон беседы.
— Окстись, юродивый! Откуда у бедного фельдшера такие бабки? Не. Я лучше подожду.
— Ладно, ладно. Пусть звонят. Разберёмся.
***
— Ну, хоть в чём-то тебе повезло! — раскрасневшаяся от вина и танцев подруга присела на стул подле матери невесты. — Глянь, жених какой! И статный, и красивый, и деловой. А уж твоя рядом с ним вся светится! Нет, правда, — подруга налила себе ещё вина. — Я как вспомню, как ты последние полгода жила! Сердце кровью обливалось. Всё думала, как ты без своего жить дальше будешь? А ты молодец. Справилась.
— Справилась... — вздохнув, женщина подставила бокал, куда подруга тут же налила вина. — Думала, свихнусь. Тяжело болел, хоть и недолго. А я что? Работы нет. Денег нет. Даже то, что на свадьбу дочери отложили, и те пришлось на лечение потратить. Ничего не помогло. Так и умер. Потом похороны. Опять траты. И остались мы, как голые в степи. Если б не самовар…
— Самовар? — Подруга заинтересованно вскинула хмельные глаза.
— Да. Там, на холодильнике у нас стоял. Помнишь?
Подруга наморщила лоб, а потом неуверенно закивала головой.
— Дорогой, оказывается, самовар был. Случайно узнала. Пришлось продать. Только это и спасло. И на похороны хватило, и, теперь вот, дочери на свадьбу… Даже осталось немного.