В купе на станции вошли двое, мужчина и женщина. Мужчина представился Алексеем, а женщина-Лидией. Во время вечернего чая они выяснили, что Алексей ездил на симпозиум по развитию малого и среднего бизнеса, а Лидия направляется на конференцию по малоизученной литературе 19 века. Свой деловой костюм мужчина повесил в портпледе на крючок, переодевшись в неброский, но стильный спортивный костюм, после чего занял свое место на верхней полке, решив немного почитать перед сном новости в телефоне. Женщина, лежа на нижней полке, читала томик поэзии серебряного века. Оба человека надеялись на спокойный вечер в поезде, однако что-то пошло не так. На очередной станции в купе ввалилась парочка нетрезвых мужчин без определенного возраста. Множество синих татуировок и специфические обороты речи не позволяли усомниться в подробностях их биографий. Обнажив в улыбках почти одинаковые «штакетники» зубов, шедших с частотой примерно через один, они галдя, плюхнулись на свободную нижнюю полку. Из их сбивчивой речи, периодически пересыпаемой матом, попутчики выяснили, что мужчины, к их сожалению, не смогли взять билеты в плацкартный вагон, в связи с чем вынуждены были поистратиться на купе, что зовут их соответственно Борян и Вован и что ехать им ночь и ещё полдня. Покопавшись в бауле, Борян и Вован достали литровую бутылку водки и начали приглашать к столу присутствующих. На отказ соседей разделить с ними выпивку, начали наперебой выражать недовольство. Особенно доставалось Алексею, в адрес которого мужчины, уже приступившие к распитию бутылки, начали строить различные предположения по поводу его личности и работы. Больше всего их задевал, по всей видимости, его деловой костюм. Борян вслух выразил мысль, что чистенькая «канцелярская крыса», являющаяся обладателем костюма, не желает пить с "уважаемыми бизнесменами", по причине хилости организма. А Вован в свою очередь делился с приятелем соображениями, что тот просто брезгует сидеть за одним столом с людьми, осуществляющими бизнес не в чистеньком офисе, а на разборе цветмета. Алексей стоически молчал, продолжая читать книгу в телефоне и тогда Борян и Вован переключили своё внимание на Лидию. На настойчивые просьбы выпить за компанию, Лидия ответила отказом. От Боряна, пытавшегося примоститься на ее нижней полке, отодвинулась в самый дальний угол. Попросила оставить ее в покое Вована, который все норовил положить свою руку с грязными обломанными ногтями ей на колено. Через некоторое время, напившиеся до полувменяемого состояния, Борян и Вован решили перейти к решительным действиям. Борян загородил собой выход из купе, а Вован мерзко хихикая попытался зажать Лидию в углу. Выглянувшему с полки Алексею, дружки посоветовали "засунуть лицо обратно во избежание травм", после чего, продолжая хихикать, Вован сказал Алексею, что так и быть, за «тыщонку» денег он может подглядывать за происходящим. Лидия в ужасе заплакала, из последних сил пытаясь отодвинуть от себя надвигающихся Боряна и Вована. Алексей спрыгнул с верхней полки, отодвинул от женщины пьяных дружков и вежливо тихим голосом попросил Лидию выйти на пару минут. Лидия выскочила из купе и побежала искать проводника, так как ей было совершенно очевидно, что оставаться и ехать дальше в купе с этими двумя личностями просто невозможно. Кроме того, ее беспокоило, что они могут сделать с вступившимся за нее Алексеем, оставшимся в купе с двумя пьяными, разъяренными мужиками. Когда через пару минут Лидия вернулась к купе с проводником, дверь была открыта, а Борян и Вован вытаскивали из него свои вещи. После чего они оба, не поднимая глаз, извинились перед Лидией, пожелали всем присутствующим спокойной ночи и дружно прошли с вещами в сторону тамбура. Проводник, пожав плечами, ушел. В купе было чисто. Немного пахло водкой. Алексей забрался на верхнюю полку и собрался лечь спать. Изумленная Лидия начала горячо благодарить Алексея за чудесное спасение, попутно спрашивая: как, ну как же ему удалось урезонить этих негодяев. Алексей посмотрел на Лидию, вздохнул и сказал: -Знаете, наверное мне это удалось потому, что я отмотал десятку по 210 статье УК РФ, а эти двое по полтора года за "бакланку". После этого мужчина грустно улыбнулся и спросил, не возражает ли Лидия, если он наконец заснет и выключил в купе свет. Попутчица же Алексея до утра не сомкнула глаз, размышляя о превратностях человеческих судеб...