– У каждого свой алтарь.
Мужчина спокойно произнес это, даже не взглянув на собеседника. Его голубые глаза смотрели прямо перед собой. Было ощущение, что он говорит сам с собой, рассуждает, не надеясь на ответ, комментарий, или эмоциональный возглас. Да и к чему ему было спорить. Какие аргументы заставили бы его изменить свою точку зрения? Он прожил достаточно. Имел много. Понимал и знал все пружины движения и поступающего, и отступающего, регресса и прогресса. Вытянутое лицо, веки приспущены. В углах губ застыла слюна. Он смотрел перед собой устало, но с улыбкой. На стене перед ним висела «Троица» Рублева. Для него эта картина значила многое. И не потому, что она представляла историческую или художественную ценность. Его привлекали в ней смысловой груз, символичность и настроение.
Он сидел в белом кресле и его ноги в тапочках лежали на кушетке. В руках была чашка с чаем. Его собеседник был моложе, но тоже в летах. Он странно стоял, опираясь на каминную полку. При внезапном неловком движении и повороте громадная ваза рухнула на пол, породив кучу нелепых и никому не нужных осколков.
– Прости, братан, - вырвалось у него, но внутренне он рассмеялся.
Он ненавидел пристрастие барона к старым вещам. И вообще. Его достали разговоры о прекрасном, смысле жизни, правилах, его достала уже эта секта, называемая... Впрочем, как она называется? Клан Ротшильдов? Или королевская семья?
- Я хочу уже стать королем! Понимаешь! Я уже…мне пора…Сам понимаешь. Там уже диагноз, у меня уже диагноз, а я все жду, когда вы похороните старуху. Какой я уже принц?! – Чарльз в сердцах всплеснул опухшими руками. - Мне скоро уже сто лет. Диагноз уже, - повторился он. - Сколько мне осталось! Я может быть уже скоро умру. Ну дайте мне поносить корону. Я же не мальчик уже.
Чарльз говорил невнятно, с трудом выговаривая слова. Он пренебрегал дикцией. Он просто изливал свою боль неудачника. Речь лилась как звуки младенца, забывшего или не знавшего как правильно произносить слова чтобы тебя поняли.
- Она ведь давно уже умерла. Ну дайте мне немного пожить как королю. Я мечтал об этом всю жизнь! Ну коронуйте уже меня! Хотя бы перед смертью! Сколько можно тянуть. Больше десяти лет вы тянете покойника.
Красное лицо Чарльза покраснело еще больше. В вечно слезящихся глазах его показались настоящие слезы. Радужная оболочка глаз выглядела как лёд, как голубой лёд в стаканах красного мартини. Его навязчивые идеи наконец выплескивались наружу, и он отдался своему плачу Ярославны всецело.
– Ты что — пьян? - Джейкоб Ротшильд задал вопрос, который ему не следовало задавать Чарльзу. Тот не бывал трезв. Никогда. Может быть... когда-то...В прошлом...
– Давай не будем. Вы построили мою жизнь и жизнью это не назовешь. Отрубили мне все что я любил. Заставили меня жениться, а эта...эта...
– Ну извини. Сладких мальчиков я у тебя не отнимал. Кто же против? Можешь ездить в Румынию и трахать там детей деревнями. Я обо всем договорился.
– Да боже мой, - Чарльз взял вторую каминную вазу и с силой швырнул ее на пол. - Меня достала твоя договорённость, сколько можно. Я сам, сам хочу жить. Мне надоели ваши правила, законы, уставы, мне надоела ваша реальность! Столько лет я сижу караулю давно умершую бабку. А это кто? - вдруг остановился Чарльз.
Его глаза расширились, лицо еще больше покраснело. Он смотрел в угол, где чуть прикрытая портьерой стояла женщина. Она была ...Она была... Это единственное что можно было сказать о ней с уверенностью. Но ее вряд ли можно было потрогать. Чарльз кинулся в угол и протянул руку с сосисочными пальцами, пытаясь дотронуться до плеча женщины. Но рука скользнула по образу, прошла мимо плеча, и рубанула воздух, как пустоту.
– Ничего себе, - ты видишь это? - он боялся даже обернуться к Ротшильду. Боялся перевести взгляд, чтобы не потерять картинку.
– Что? - Джейкоб не торопился отводить взгляд от пламени камина и отражении красных языков в своем бокале. — Вот черт! Я же чай пил, - удивился смене напитков в своей руке старик.
– Да обернись, - зашептал Чарльз, вдруг потеряв голос от волнения. В его голове мелькнуло несколько вариантов происходящего, - Черт возьми. Дождались! Я сошел с ума. Или это твой розыгрыш?!
– Что вы так разволновались. Кто вы такие? - женщина вышла из угла.
Не сказать, чтобы ее плотность пребывания в этой комнате стала гуще. Она была все так же прозрачна, и мерцала на свету.
– Ты кто такая, - старик наконец увидел силуэт. -Что за фокусы? Это ты, Чарли, испытываешь тут новые проекции каких-то технологий?
– Ребята, вы мне снитесь. Или я вам. Я так понимаю один из вас Чарли? Вечно ждущий принц. Принц датский, вернее английский. Вернее король. Тебя ведь вроде короновали? А точно!
– Меня короновали?
– Блин, да что ж такое-то.
– А сеструха куда делась? Я что? Бред какой то, - отчаянье зазвучало в голосе принца.
– А кто у нас сеструха?
– Елизавета 2., - Чарльз вдруг ощутил себя во сне. «Так это мне все снится, - подумал он радостно. - Слава богу. Это все фантазии. Это не реальность. Это не...»
– Умерла уже. Да что я вам рассказываю ваши новости. Да и дядя Джейкоб умер. - женщина ткнула пальцем сидящего на белом кресле старика с бокалом в руке.
– Ты типа из будущего? - расхохотался Чарльз. Его лицо, изрубленное складками, сморщилось и стало похоже на смятый шейный платок. – Ты типа экстрасенс? Знаешь будущее?
– Я живу в нём!
Старик нажал невидимую кнопку. В комнату вошла невысокая молодая девушка и наклонив голову вопросительно посмотрела на Джейкоба. Она молча стояла и ждала указаний.
– Как сюда попало это? - Ротшильд указал на женщину, чей образ только что дымился посреди комнаты. Но там уже никого и ничего не было.
– О чем именно вы говорите, сэр, —тихо спросила девушка и наклонила голову еще ниже.
– Свободны, -махнул рукой старший и отвернулся.
Дверь закрылась, и Чарльз спокойно плюхнулся в стоящее рядом с камином кресло.
– Я не понимаю, ты видел ее или нет?
– Кого?
– Да кого, блин, бабу эту...
– Ну видел.
– Значит это была не моя галлюцинация?
– Скорее наша. Надо выяснить кто решил над нами пошутить. Видимо тут установили что-то.
– И вы то видите меня, то нет. - снова появилась женщина.
На ней были все те же брюки и таже кофта.
И принц, и Барон вздрогнули.
– А почему ты называешь его братом? Я думала, что ты сын принца Филиппа.
Чарльз схватил маленький столик и взмахнул им.
- Исчезни, чучело. - воскликнул он, но его желание не исполнилось.
– Ладно, кто ты? И как ты сюда попало
– Я не знаю.
– Не знаешь кто ты?
– Нет, это я знаю, в отличии от вас. Но как сюда попала, черт его знает.
– Окей. Скажи кто ты.
– Я Маргарита. Да вы все равно не знаете. Художница. Но не такая как ты, Чарли. А серьезная.
– Ой все так говорят. Я тоже серьезный художник. Я сколько ходил на природу рисовал пейзажи, что ты понимаешь, дура, в искусстве и живописи.
– А вы что?
– Мой брат самый лучший знаток искусства. Ротшильд. Его знают все. Эксперт и коллекционер.
– Да, да. Я вижу нашу «Троицу» у вас над головами. Не знала, что эксперт и вор синонимы. Впрочем, зачем быть вором, если ты не эксперт. Мести что попало, — это работа дворника. А ты, Чарли художник, принц, чародей, фокусник, педофил, и убийца.
– Ты не боишься, что мы…
– Что вы что? -Я всего лишь призрак в вашем воображении. Плод вашего коллективного, парного сумасшествия. Я лишь видимость.
– Вызови охрану, - Чарльз не врубался в ситуацию
– Слабоумный, ты что не видишь ее никто не видит кроме нас.
– Я еще вас и снимаю...
– Хватит уже. Нематериальный объект не может создавать материальные улики.
– Ну что вы. Я же уже рисовала картины об убийстве принцессы Дианы. О них даже ваши английские газетенки писали.
– Не смеши меня. Что ты могла нарисовать об этой дуре.
– Да я и не о ней. Я о заговоре. Об убийстве. Как принц Чарльз убил свою жену.
– Дура, мы развелись уже тогда
– Но факт убийства не вызывает споров?
– Да кто же отдаст власть в английском королевстве какой-то дуре, сучке, озабоченной...
– Ты только что говорил, что любишь мальчиков. Как там в Румынии? Уничтожаешь мальчуговое население? Строишь из себя Дракулу? Влад Цепеш еврейского разлива, - женщина расхохоталась.
Её изображение запульсировало и смазалось, как будто по свежим краскам на холсте провели мастихином.
– Я Чарльз, принц английский
– Ты всего лишь сын Виктора Ротшильда
– Ну во-первых, Ротшильды не евреи, - вмешался вдруг в перепалку 4-ый барон.
– Да что вы! – Изображение вдруг приобрело четкость. – Поэтому семья выкупала земли у Палестины…
Женщина внезапно замолчала. Видимо мысль о глупости акта выкупа земель вдруг шандарахнула в ее мозгах.
- И кто же вы?
- Жрецы египетские. Атланты.
- Да, я сразу догадалась. Как только увидела лицо барона. Сразу вспомнила Эхнатона. Если бы не слюни, текущие изо рта. Да я вижу, ребята, совсем выродились. Один слюнявый идиот, второй пурпурный дебил.
– Дура. Дура, - Чарльз орал так, что дверь приоткрылась. Но это явно никого в комнате не волновало. Слюни принца летели во все стороны. - Сын Ротшильда — в звании принца — это что мало?
– Ну да, ну да. А на фик вы Диану подобрали? Зачем?
– Она самка. Должна была родить...Мы хотели сделать своих детей, потомков. Раз я принц, то надо было следовать принципам и традициям монархии. Чтобы были не приемыши…
– Как у Кейт что ль? Или там есть хоть один свой ребенок? – Женщина улыбнулась. Картина складывалась серая и печальная.
– Принц Джордж – сын Уильяма.
– Да ладно. Ни за что не поверю, что эта с вечно открытой пастью девушка родила кого-то.
– Уильям сам его родил.
– Ой, не морочьте мне голову. Сам родил. Ага, выносил и родил.
– Он же атлант.
– И что?
– Обладает парной комплектующей. Человек высшей расы.
– Гермафродит. Так вот оно что! А Кейт такая же?
– Нет. Она просто парень.
– Просто. Я так сразу и поняла. То есть семья из двух мужиков. Понятно, почему вам так близки геи.
– Что тебе может быть понятно?
– Да ничего. Это я маскирую смущение. Надо же. Вот оно что. А за что вы так ненавидите евреев?
– Кто сказал? Плевать на них. Они украли нашу историю и идею избранности.
– Ну да, ну да, только особи, имеющие двойной набор половых органов, могут считать себя богами.
– А вы приматы. Озаботы.
– А вы? И так хочется и этак. И с мужчиной, и с женщиной. Вы такие сексуальные. Понятно почему Фрейд сходил сума, пытаясь создать методику определения пола. До 17 лет я девушка, после 18 хочу быть парнем. Такие сложности. Тяжело с этим жить. Без психоаналитика.
– Нет. Это не так.
– Жадные! Как Диана отсудила деньги, так ее и убили. Надо было на своих жениться. Плодили бы шизофреников дальше. Глядишь и бог бы за вами прилетел.
– Мы поняли это. Просто хотелось… Тебе не понять... Хотелось пустить по клану кровь старинных родов. Чтобы потомки были уже не просто…
– Не просто что? Так поэтому ты барон подобрал «меровингскую принцессу»? Серена Мэри Данн. Хотел влить свою кровь в Священную династию?
– Тебе не понять. Ты примитивное, примат, однополое. Что ты можешь понимать в управлении миром? Кланом. Что ты можешь понять в жизни великих избранных. Быть богом – это не пизденку подмывать. А как ты сюда попала? - Барон устало и медленно вытер рот. В углу губ снова появилась слюна.
– - А ты приемыш? - Маргарита посмотрела своим призрачными, полупрозрачными глазами на Чарльза Ротшильда. - И Елизавета, я так понимаю, тоже была приемышем? Поэтому ей было глубоко пофиг на тебя?
– Не пофиг, а есть законы...Она же моя сестра…
– Ну да, ну да. Хаос или предопределённость. Порядок или желания, хотения или закон, жизнь или обязанности. Да вы ребята упекли себя в кандалы хуже, чем нищебродное быдло.
– А чтобы ты выбрала? Сама?
– Дырку в носке или дуло пистолета? Даже не знаю...все такое вкусное.
– Дырка в носке, — это символ нищеты и бомжатины?
– Как ты сюда попала? - вдруг снова вспомнил вопрос барона Чарльз
– А зачем ты женился такой старый, великовозрастный детина на такой молоденько дурочке? Неужто ради возрождения традиций английской монархии7. Чтобы иметь своих наследников?
– А ты бы хотела, чтоб я завел открыто гарем маленьких мальчиков?
– Ну у вас же тут геям разрешено все. Почему бы не…
– Да что ты понимаешь
– А что тут понимать? Итон, школы для мальчиков, школы для девочек, откуда взяться нормальным?
– Что ты называешь нормальным?
– А что разве это не очевидно?
– Оставь надежду всяк сюда входящий.
– Только вы не вошли, вы родились.
– Может выродились?
– Даже так! Я не ожидала такой самокритичности
– А почему?
– Богатые и известные не склонны к самокритике. Кому еще быть лучшими?
– А кто, по-твоему, выродки?
– Изоляционисты. Изоляция приводит к вырождению.
– Атланты были изолированы в Антарктиде. И это сделало их богами.
– Согласна. Любой напряг мозгу в плюс. Но изоляция от общества... Вы же смешны. Смешны со своими Меровингами, со своей монархией. Уже каждому понятно, что шоу слишком дорогое. Нерентабельное.
– Мы занимаемся благотворительностью.
– Не смешите меня. Поездки, замки, армия слуг, самолеты, охрана. Встречи, охрана, обслуга, это я уже говорила. А польза в чем? Вы считаете, что управляете? Управляете или блокируете? Управляете удаленно? Виртуально?
– Что ты можешь понимать в экономике.
– Как всякая кухарка – всё. Уж точно бы не стала ездить в машине, заливая в бак красное вино. Английский принц – борец за экологию! Никаких выхлопных газов! Или ты просто великий фокусник? Да, я совсем забыла, Чарльз член «магического круга». Великий фокусник всех времен! Чарльз был великий эконом… Скучно ребята. Пожалуй, я пойду. Вы даже жениться только на своих можете. Чужих убиваете. Вы не можете управлять даже собой…Куда вы лезете?
– Ой хватит нести чушь.
Женщина исчезла так же внезапно, как и появилась. Не осталось ни запаха, ни черточки, ни соринки.
– Надо проверить эту комнату на предмет технических устройств.
– Барон, но ведь мы видели ее. Оба. Такого не может быть. Это не внушение.
– Мы не можем это так оставить. Собирайся.
– Куда?
Чашка чай вновь появилась в руке Джейкоба Ротшильда. Бокал исчез. Он поставил ее на стол.
– Мы не можем это так оставить. Едем в МИ5. Как она сказала ее зовут?
– Да кто ее зовет. Какая-то нижнеастральная дура.
– Едем.
Барон решительно поднялся с кресла. Загадка загадкой, а разбираться надо. Сказок не существует. Тем более если ты не Ротшильд.
МИ5, или Служба безопасности - государственное ведомство британской контрразведки осуществляло свою деятельность в соответствии с полномочиями, предоставленными «законом о службе безопасности 1989года» министру внутренних дел Великобритании. Это ведомство, или служба, однако, не входило в структуру Министерства внутренних дел. МИ 5 была расположена в Темз-хаусе. Она переехала туда в 1995году. Было непонятно, кому именно подчинялось структура, существовавшая на государственный счет. Ми 5 входило в структуру Объединенного разведывательного комитета и в его обязанности входили защита национальной безопасности от скрытых угроз. Организация предоставляла еще и услуги консультантов, типа Шерлок Холмс для ряда лиц и организаций. Ротшильд знал куда ехал. С тех пор как там работал Виктор Ротшильд, женившийся на своей секретарше, ведомство считалось домашним образованием. Кухня Ротшильдов – не раз называли его на собраниях клана...
Они без заминки попали в кабинет руководителя МИ5. Кен Мак Калам встретил их стоя. Его очки сползли набок, рыжие волосы растрепались.
– Что случилось, - последовал ожидаемый вопрос.
– Случилось то, что следовало обсудить незамедлительно и не по телефону.
– Ну это понятно, понятно.
– Необходимо немедленное обследование дома. И выясните что за..., - барон осекся. Он не знал, что и как сказать. Как сформулировать вопрос. Кого именно надо было искать.
– Так, вот что. Выясните о какой еще художнице писала наша пресса после гибели Дианы. О каких картинах. Что за художница. Где живет. Как живет. Кто родные, с кем живет. Короче всё. Понимаете?
Рыжий глава разведки даже не садился. Он напряженно стоял у стола и записывал. Записывал приказы.
-Когда это надо сделать?
– Сейчас, немедленно, как можно скорее. Эта женщина или тот, кто стоит за ней проникает в мой дом и узнает секреты. Не заслуживающие огласки.
– Да кто ей поверит, если что — попробовал влезть в разговор Чарльз
– Заткнись идиот. Если записи разговора появятся в инете…
– Тут вы можете не беспокоиться. Мы отслеживаем все.
– Что все. Интернет огромен. Твиттер, фб тикток, блогиеры... Что вы понимаете. Мы не можем рисковать проникновением, выливанием наших тайн…
– А откуда она узнала ваши тайны? Она сказала?
– Откуда я знаю.
– Ты же сам с ней разговаривал! – вдруг оживился Чарльз.
– Что ты несешь! Как я мог разговаривать с призраком! -Барон ощутил неловкость. – Еще скажи, что я развлекал гостью!
– Может вам все показалось?
– Да мы были больны и наши видения всего лишь плод веселых сигареток! Мы были больны и увидели ее. Вместе, сразу, оба два!
– Ладно, ладно. Признаю. Это я сам был настолько болен что понял вас
– Если понял — двигай движуху. Я хочу к вечеру знать кто, как, когда и где.
– Где! – Барон вдруг оживился. Его грустное обвисшее лицо растянулось в улыбке. Выпирающие зубы показались оскалом мертвого черепа Эхнатона. – Помнишь момент, когда она увидела «Троицу»? Мою «Троицу» Рублева?
– Еще бы. Она назвала тебя жуликом. Как будто это ты украл ее, а не купил.
– Сейчас не это важно. Глупость этой мымры и экстраполяция ответственности ясна. Тут важно другое…Что она сказала про «Троицу»?
– Что? —хором вместе произнесли Чарльз и рыжий глава МИ5.
– Она сказала «нашу» «Троицу».
– Да, точно! – Чарльз вдруг оскалили свои желтые зубы.
– И что это значит?
– Что? – снова хором выступили принц с разведчиком.
– Она русская!
Кен Мак Калам оживленно потер руки. Улыбнулся.
- Это не проблема. КГБ всего лишь наш филиал. Сейчас же свяжусь с ними.
Ротшильд встал и медленно пошел к двери. Чарльз поплёлся за ним
– И чтобы ни одна живая душа, - обернулся он вдруг, но спохватившись, замолчал.
– Она же сказала, что из будущего.
– Да хоть с планеты Мяу-Мяв. Общественность не должна знать. Мы не зря тратим столько средств для общей картинки устройства, Общественного устройства, чтобы какая-то дура из трущоб начала рассказывать о нас небылицы… Это стадо думает лишь о себе. Живут моментом. Сыт, пьян, - и отлично. Не надо лишать их этой привилегии. Привилегии несведущих. Нельзя создавать угрозу существующей системе. Пусть она нереальна. Пусть это всего лишь картинка. Но для них достаточно. Не люблю перемены…
В кабинете повисла тишина. Все замерли. То ли задумались, то ли просто переводили дух.
– Впрочем, зачем я это говорю, - тихо прошептал барон и хлопнул дверью.
Я очнулась в непонятной позе. В одной руке была чашка чая, в другой деньги. Голова моя лежала на подушке дивана, кругом была темнота. Заказчик пропал. В комнате не было никого. Пустая чашка чая и фантик от конфеты лежали рядом. Вот все осталось от необычного заказчика эротических рисунков. Странно, - подумала я. В голове роились образы. Они были спутаны и мельтешили перед глазами. Эротические порнографические картинки из рассуждений с белобрысым парнем мешались со звуками разговора в другом месте и другого языка.
Ничосе, - подумалось мне. - Я оказывается умею по-английски шпарить.