Сам факт того, что кто-то из вас, так же, как и я, читает эти несуразные строки, как попытка максимально не исказить доносимые смыслы, уже говорит о многом, как минимум, давая ненужный ответ на, пожалуй, нужный вопрос: «Зачем или почему?». И тут, действительно, непросто не включать «умняка» личности, который готов присвоить себе абсолютно всё, что проходит через него. А проходит через него абсолютно всё.
Принцип эволюции сознания – прекрасен и созидателен в своей единственной, созданной им же, трактовке. Он подобен (ненавязчиво красиво напросилась аналогия «Спираль Бога») бесконечному движению «в никуда», имея в своем арсенале исключительно созидательные ориентиры. Но, исходя из нашей человеческой природы, эти ориентиры дуалятся, по сути, создавая иллюзию выбора, но выбора для нас реального. Всё будто бы просто и одновременно будто бы чушь. Путь неизвестности как один из больших страхов концепции своего будущего. Важен процесс, потому как конечный результат неизвестен, но у которого есть эталон, стоящий в начале всего этого движения. После этого, возможно, вопрос «Зачем или почему?» трансформируется в вопрос «Как?». И ответ уже есть в созидательных ориентирах. Ни больше, ни меньше.
Играть словами, смыслами и т.д. можно сколько угодно – это лишь инструменты. И личности бы поменьше во всех этих инструментах. Не Пушкин сделал себя известным, он лишь «памятник себе воздвиг нерукотворный», к которому «не зарастёт народная тропа».
***
«У Анны был день рождения, и мы поехали на пикник. Котовский сразу напился и уснул, а Чапаев стал объяснять Анне, что личность человека похожа на набор платьев, которые по очереди вынимаются из шкафа, и чем менее реален человек на самом деле, тем больше платьев в этом шкафу. Это было его подарком Анне на день рождения – в смысле, не набор платьев, а объяснение. Анна никак не хотела с ним соглашаться. Она пыталась доказать, что всё может обстоять так в принципе, но к ней это не относится, потому что она всегда остается собой и не носит никаких масок. Но на всё, что она говорила, Чапаев отвечал: «Раз платье. Два платье» и так далее. Понимаете? Потом Анна спросила, кто в таком случае надевает эти платья, и Чапаев ответил, что никого, кто их надевает, не существует. И тут Анна поняла. Она замолчала на несколько секунд, потом кивнула, подняла на него глаза, а Чапаев улыбнулся и сказал: «Привет, Анна!» (ВП)