Свекровь у Тани женщина своеобразная. В свои полные 60 она всё ещё пытается молодиться. В этом нет ничего плохого, и Таня даже за неё рада, но есть одно "но" - она пытается делать это за счёт невестки. Сама Татьяна уже устала объяснять матери мужа, что ей не нравится, когда берут без разрешения её вещи, и уж тем более берут безвозвратно.
Когда Таня впервые столкнулась с таким поведением свекрови, она даже опешила. Она тогда только переехала к жениху и даже не подозревала, что её ждёт. Муж, наоборот, нахваливал мать, говорил, что она у него душевный, добрый человек и что с нетерпением ждёт встречи с невесткой. Таня жениха очень любила и свято верила в его слова. Но разве у такого прекрасного человека может быть плохая мать? Да, её Тимур замечательный, она это поняла ещё при первой встрече, когда он помог спасти ей запутавшегося ёжика.
Она тогда случайно его увидела. Никогда этой дорогой не ходила, предпочитая людные места, а тут решила сократить путь и пошла через частный сектор. Именно там, возле одного из домов, где какой-то хозяин разбил маленький цветник в сетке для вьющихся цветов, она увидела ежа, который уже почти без сил силился выпутаться из капронового плена. Она присела на корточки, думая о том, как помочь этому несчастному животному. Даже полезла в сумочку в поисках чего-то острого, но как назло ничего подходящего не нашлось. Она уже отчаялась и готова была расплакаться, когда сзади заинтересованно спросили: "Помощь нужна?"
Таня и не заметила, что позади неё остановилась машина и из неё вышел симпатичный мужчина. Она неуверенно показала на ёжика: "Я не знаю, как ему помочь". Мужчине понадобилось буквально 5 минут, чтобы освободить зверька и отпустить его по его ежиным делам. А потом он повернулся к Тане: "Любите животных?" Таня кивнула: "Люблю и жалею, стараюсь подкармливать бездомышек. Не смогла пройти мимо ёжика". Он улыбнулся: "Вас подвезти? Собираются тучи, как бы не грянула гроза".
Она задрала к небу голову и нахмурилась. Действительно, погода-то испортилась. Но садиться в чужую машину было боязно, поэтому она отрицательно мотнула головой: "Спасибо вам за помощь, но я пешком. Я тут недалеко". А до дома было прилично топать, и скорее всего она теперь промокнет. Поднялся ветер и начал накрапывать пока ещё несильный дождь. Позади неё зашуршало гравием дороги, и машина медленно поехала рядом: "Промокните ведь. Давайте подвезу. Если боитесь, я вам паспорт свой дам. Но не стоит мокнуть". Она смущённо кивнула и села в авто.
Мужчина представился Тимуром и старался всю дорогу поддерживать разговор, болтал о всякой ерунде. А когда подъехал к подъезду Тани, смущенно попросил её номер. Но разве могла она ему отказать? Конечно же, нет. Уже на следующий день она весело щебетала в трубку: "Мамочка, я сегодня поздно. Не надо мне дел на воротить, чтобы в 10 дома была, ты поняла меня?"
Мама печально вздохнула: "Ах, Таня, да я ведь волнуюсь. Ты что, забыла?" "Всё будет хорошо. Я прошу тебя не названивать мне, как ты это любишь. Я сама напишу". Тимур отвёз её в красивое место, где прежде Таня никогда не бывала. Там было маленькое искусственное озеро, в котором плескались карпы кои, цвели лилии и по краям рос рогоз. Они пили зелёный чай с неимоверно вкусными пирожными. Таня искренне смеялась над шутками спутника, а он не сводил с неё глаз. В конце вечера им даже прощаться не хотелось, и Таня смущенно пригласила мужчину на чай: "Только у меня мама дома". "Это ничего", - Тимур качнул головой и шагнул вслед за понравившейся девушкой.
Мать в тот вечер одобрила кавалера: "Всю жизнь будешь жалеть, если упустишь. Он тебе очень подходит". Ещё до свадьбы Тимур стал называть маму жены "любимой тёщей", она его - "зятьком". Эта традиция сохранилась, между ними установились тёплые дружеские отношения. А вот Таня, переехав в дом жениха перед свадьбой, сперва не могла найти со свекровью общий язык. Она стеснялась своей свекрови, и вообще эта женщина вызывала неопределённое чувство. Но оно не было приятным. И когда уже после свадьбы она однажды застала мать мужа, роющуюся в её вещах, поняла, что это чувство было подозрением.
Ситуация не изменилась к лучшему. И точно, мать мужа оказалась весьма странной и нахальной. Она регулярно лезла в косметичку Тани, могла запросто надеть её вещь или взять без спросу сумочку, духи, расчёску. Таня надеялась, что со свекровью поговорит Тимур. Ей пеняла Танина мама, да и она сама говорила со свекровью раз и не два.
"Чем не угодила я? Ещё не стара. Я же не виновата, что у меня нет столько косметики, как у тебя, Тань. Неужели тебе для меня жалко? Я не могу себе позволить такую роскошь, так хоть у тебя возьму", - выдавливала слезу она, и Таня испытывала укол совести. В итоге она решила проблему, и решение это лежало на самой поверхности.
Таня стала дарить свекрови косметику на праздники, а бывало и просто так: идёт в гости и купит помаду или красивый шейный платок. А свекровь довольна, и косметичка Тани не страдает. И всё было хорошо до того момента, пока свекровь снова не выкинула очередной фортель.
У Тани была дача. До замужества ею пользовались редко: мать не любила вылазки за город, а у неё не было времени. Но вот когда вышла замуж, решила, что пора бы заняться огородом. Всю весну они с мужем каждые выходные мотались за город и занимались обустройством своей летней резиденции. Вскопали землю, двор привели в порядок, где нужно покосили, где нужно побелили.
Свой первый огород Таня возделывала с любовью. В свободное время муж ходил на рыбалку, а она возилась на грядках. Под яблонькой, за которой пара ухаживала с особым трепетом, наливались солнцем румяные помидорчики, стелились по земле молодые огурчики, качалась на ветру свежая зелень, радуя глаз и обещая непередаваемый вкус. Тот особенный вкус, который присущ тем продуктам, что выращены с любовью собственными руками.
Ближе к осени семью поразила лёгкая шокирующая новость: мать Тимура завела роман с мужчиной из соседнего подъезда. Женщина лично и с гордостью сообщила сию новость и заявила, что, дай бог, ещё и свадьбу будут гулять. Таня искренне порадовалась за свекровь и забыла. Вот только совсем скоро пришлось припомнить.
Однажды Таня не нашла единственного ключа. Они с мужем весь дом перерыли, но его нигде не было. И, восстанавливая в памяти события последних дней, выяснилось, что последний, кто был в гостях у супругов, была именно свекровь. Таня тогда ещё похвасталась, что урожай созревает и скоро будут собирать.
Матери мужа дома не обнаружилось, и супруги решили поехать на дачу. Вот только к удивлению и облегчению Тани, калитка была закрыта изнутри, а из дома доносились голоса. Тимур сидел в машине, а Таня, перекинув руку, хотела открыть калитку, но тут перед ней материализовалась свекровь, которая ухватила руку невестки.
"Танечка, а ты откуда тут?" Вопрос звучал абсурдно. "Это моя дача, не забыли? Впустите, нужно открыть ворота Тимуру, чтобы он загнал машину. А потом побеседуем". Она снова сделала попытку войти, но свекровь не пустила. Таня уже была на грани, поэтому просто со всей силы толкнула железную дверку, и та отворилась. Оттолкнув свекровь с прохода, Таня вошла.
"Тань, совести у тебя нет ни на грош! Ну чего ты припёрлась? Не видишь, мы с Иваном Петровичем на твоей даче уединились?" От слов свекрови в глазах невестки потемнело. "Так вы тут ещё и не одна?" Таня ринулась во двор и опешила от увиденного. Её такой любимый огородик был пуст - ни одной помидорки, ни одного огурчика, будто корова языком слизала. Она так и застыла, созерцая это запустение, не в силах вымолвить ни слова.
Сзади подошёл Тимур. Он хотел что-то сказать матери, но застыл, как и жена. И в этот момент из дома во двор высыпали какие-то незнакомые люди. Был среди них и Иван Петрович. "А кто это к нам пожаловал? Вы, ребятки, не обессудьте, но места уже нет. Ночевать вам, простите, негде. Да и душно в доме, мы консервацию на зиму крутим", - заявила незнакомая женщина в переднике.
Свекровь вся разом скисла и начала пятиться к дому. "Мама, а как это всё понимать?" Тимур шагнул в сторону матери. "А что такого, сынок? Ну пригласила в гости родню Ивана Петровича. Не чужие ведь люди. Предложила им урожай собрать. Вам же он без надобности, всё равно стоял бы под солнцем и сгорел. А люди зимой покушают и вас добрым словом вспомнят".
И тут терпение Тани лопнуло. Вся та симпатия, которую она прежде испытывала к свекрови, испарилась, как урожай с её огорода. Она закричала: "Да кто же вы такая, чтобы решать, что мне надо, а что нет?! Моя косметика, вещи, мой дом, мой урожай! Вы его садили? Вы его хоть раз приехали полили или пропололи хоть грядочку? Нет! Вы только и умеете, что красть! Вон из моего дома! И гостей своих прихватите! И не смейте больше никогда появляться в поле моего зрения!"
Тимуру даже пришлось придерживать жену - ему казалось, что она просто бросится на его мать. "Сынок, да почему ж ты молчишь? Позволишь такое говорить маме?" Нижняя губа свекрови задрожала. Тимур отвернулся: "Мам, тебе пора. Таня права, ты перегнула палку. Дома поговорим. А сейчас забирай своих гостей и уходите. Если нужно, я отвезу вас в город".
Долго Таня потом ещё лила слёзы от обиды. В спешке пришлось делать заготовки на зиму, чтобы не испортились овощи. Муж помогал и старался утешить жену. Даже пообещал на будущий год поставить новенький высокий забор и кодовый замок, чтобы никто больше не смог войти на их территорию.
Свекровь злилась на невестку, из-за которой с ней прекратили общаться родственники Ивана Петровича. Она ведь им сказала, что это её домик, урожай её. Вот только надолго её злости не хватило. В октябре она ринулась было к сыну в гости в надежде попробовать, что же получилось из консервации, но Тимур её даже на порог не пустил. Вышел за дверь и заявил, что отныне он сам будет навещать мать и в свой дом больше не пустит.
Таня же даже носа не высунула - всё ещё свежа была обида на свекровь и на её самоуправство. Отныне этой женщине не рады в их доме.