Имя Юрия Гуляева в когда-то знал в стране практически каждый. Оперный и эстрадный певец, чей бархатный баритон звучал с телеэкранов, со сцен лучших театров страны и даже в космосе, легко мог исполнить и сложную арию, и русскую народную песню, и чувствительный романс, и зовущий в полёт шлягер.
- Доступна премиум-подписка! За символическую плату 199 рублей вы можете поддержать канал и получить доступ к эксклюзивному контенту.
Юрий Гуляев родился 9 августа 1930 года в Тюмени. Его отец работал бухгалтером, мама воспитывала четверых детей. Когда мальчику было 11 лет, отец тяжело заболел, и заботы о семье легли на плечи юного Юры. Борясь с житейскими трудностями, мальчик находил утешение в музыке. Слушая пластинки, он запоминал мелодии и пробовал петь сам.
Первое признание пришло к Юрию Гуляеву ещё в школе, когда он исполнил арию Ленского из оперы Чайковского «Евгений Онегин». В музыкальной школе он освоил баян.
После окончания школы юноша выбрал, казалось бы, далёкую от творчества профессию и подал документы в медицинский институт. Проучившись всего год, Гуляев понял, что его призвание — музыка. Он оставил медицину и поступил на вокальный факультет Уральской консерватории.
Правда, сначала педагоги ошибочно обучали Юрия Гуляева как тенора, но его талант раскрылся лишь тогда, когда он попробовал петь баритоном. В этот переломный момент студент, который до этого плёлся в хвосте, наконец-то почувствовал уверенность в собственном голосе и правильности выбранного пути.
После консерватории началась профессиональная карьера. Сначала — Свердловский театр оперы и балета, затем — приглашение в Донецк (тогда Сталино), где Юрий Гуляев шесть лет блистал на сцене Государственного русского театра оперы и балета.
Первый международный успех пришёл к певцу в 1959 году на Всемирном фестивале молодежи и студентов в Вене. В 1961 году Юрий Гуляев перебрался в Киевский театр оперы и балета, а в 1975 году его принял главный театр страны — Большой в Москве. Юрий Гуляев исполнял партии Онегина, Фигаро, Алеко, Жермона в «Травиате», Валентина в «Фаусте» и другие.
Драматический баритон в сочетании с превосходной техникой, актёрским талантом и личным обаянием помогли Юрию Гуляеву выйти в число первых лиц на советской сцене. По степени музыкальности, универсальности и таланту его сравнивали с Муслимом Магомаевым, но каждый был самоценен, каждый был звездой. Конкуренции не было — они дружили между собой.
Взлёт к эстрадной славе для Юрия Гуляева совпал с эрой космических открытий. В конце 1960-х в СССР особой популярностью пользовались песни о космосе, и гуляевский бархатный баритон идеально подошёл для цикла «Созвездие Гагарина», написанного Александрой Пахмутовой и Николаем Добронравовым.
Юрий Гуляев, как и Юрий Гагарин, стали символом своей эпохи, покорившим миллионы сердец. Женщины засыпали певца тоннами писем, но он был верен супруге — журналисту и редактору Ларисе Михайловне. Гуляев не только выступал в театре и на эстрадной сцене, но и сам писал музыку: его перу принадлежат десятки песен, включая «Желаю Вам» на стихи Роберта Рождественского.
Талант Юрия Гуляева оценили не только советские слушатели и зрители, но и публика по всему миру от Кубы до Японии. В 1964 году он выступил в легендарном парижском зале «Олимпия», иностранные журналисты были от советского певца в восторге.
К сожалению, здоровье Юрия Гуляева было подорвано в 1978 году, когда он перенёс тяжёлое воспаление лёгких, приведшее к развитию бронхиальной астмы. Артист продолжал выступать, несмотря на ограничения по болезни и необходимость подолгу находиться под присмотром врачей.
О своём недуге он старался никому не рассказывать. Александра Пахмутова вспоминала: «Никто и предположить не мог, что восемь лет его мучила астма, тяжело болел сын. Это была душа, полная слез... Его лицо часто светилось открытой улыбкой, а что скрывалось за ней, знали только самые близкие люди...»
В День космонавтики 12 апреля 1986 года Юрий Гуляев в последний раз появился на телевидении во время телемоста с космонавтами. Никто не мог предположить, что жить певцу оставалось одиннадцать дней. Юрия Гуляева нашли без сознания в машине возле собственного гаража. В руке он сжимал ингалятор: вероятно, решил, что его настиг приступ астмы.
Песня советских разведчиков из кинофильма «Последний рейс "Альбатроса"» в исполнении Юрия Гуляева звучит реквиемом по великим представителям советской культуры: «Мы ушли, словно не были, и следов не оставили...» К счастью, следы всё-таки оставлены — в виде колоссального песенного наследия. И голос Юрия Гуляева звучит в нём, не стихая.
Надеюсь, вам понравилось! Буду рад, если вы поддержите материал лайком, комментарием и подпиской!