В детстве нашу последнюю царицу звали Аликс. У нее была старшая сестра Элла. Были они немецкими принцессами.
Семья была большая. Элла была вторым ребенком, а Аликс предпоследним, и было у них еще три сестры и три брата. Отцом их был великий герцог Гессенский Людвиг IV, а матерью была Алиса Британская, дочь британской королевы Виктории. Жили они в Великом герцогстве Гессенском. Великое герцогство было не очень велико, а точнее, было оно очень маленьким - площадь его была меньше 8000 квадратных километров. Это всего примерно в пять раз больше, чем нынешний Санкт-Петербург. А населения тогда в герцогстве было в пять раз меньше нынешнего Санкт-Петербурга. И на карте Германии тех времен герцогство это выглядело как два маленьких пятнышка.
В 1878 году, когда Элле было 14 лет, а Аликс всего 6, умерла их мать Алиса Британская. Отец женился на другой, а сестер отправили воспитываться в Англию к бабушке.
Сначала в Россию приехала Элла, она в 1884 году вышла замуж за сына Александра II — великого князя Сергея Александровича. После замужества она приняла православие, стала зваться Елизаветой Федоровной и получила титул великой княгини.
Через 10 лет и Аликс вышла замуж за Николая II, она тоже приняла православие и стала зваться Александрой Федоровной. (Хорошо, что у сестер новые отчества были одинаковыми. Впрочем, чем немецкий Людвиг не русский Федор?)
В 1905 году Сергей Александрович трагически погиб. Он был убит по приговору революционной организации эсеров как организатор расстрела демонстрации безоружных рабочих, известного как Кровавое воскресенье. Впрочем, деятельностью великого князя были недовольны не только революционеры. Сергей Александрович занимал должность московского генерал-губернатора с начала 1891 года и почти до самой своей гибели. На этой должности он отвечал за порядок в первопрестольной. А порядка не было. Его обвиняли в плохой организации торжеств во время коронации Николая II. Празднества на Ходынском поле закончилось смертельной давкой. При нем махровым цветом цвела ужасающая преступность на Хитровке.
В Москве, как и во всей нашей богатейшей огромной империи, в те времена было столько бедных, нищих и обездоленных, что с их лечением и обучением не могли справиться ни государственные учреждения, ни церковные.
Елизавета Федоровна, оставшись вдовой, решила открыть обитель милосердия и в ней посвятить свою жизнь молитвам и помощи обездоленным. Чтобы замаливать грехи своего мужа и его властительных родственников? Благотворительностью занимались в то время многие великосветские дамы, но делали это от случая к случаю. А великая княгиня полностью отреклась от светской жизни, сменив богатые наряды на одежду сестры милосердия.
Я оставлю блестящий мир, где я занимала блестящее положение, но вместе со всеми вами я восхожу в более великий мир – в мир бедных и страдающих.
Продав часть своих драгоценностей, вдовствующая княгиня в 1907 году купила в Москве на Большой Ордынке Усадьбу с четырьмя домами и садом.
Елизавета Федоровна задумала организовать женскую обитель особого уклада, в которой небогатые молодые вдовы и девушки получали бы кров и еду, предаваясь молитвам, занимаясь лечением и обучением бедноты и уходом за больными, при этом не принимая монашества. Ничего необычного в таких немонастырских правилах для бывшей немецкой принцессы не было. В Европе в те годы уже давно существовали так называемые бегинажи (ссылка на рассказ об одном из них в конце статьи), в которых под защитой церкви находили приют молодые вдовы и девушки из небогатых семей и жили там до своего замужества. Княгиня о таких обителях прекрасно знала, и хотела в Москве организовать нечто подобное. Однако для православной церкви это было против правил. И не будь Елизавета Федоровна родной сестрой российской императрицы, никто бы ей не позволил таких вольностей, я думаю. Но высокородной даме эксперимент разрешили, хотя долго не могли решить, как такое церковное заведение назвать. В конце концов оставили все так, как задумала Елизавета Федоровна, сестры обители помогали бедным, молились и жили по ее правилам, не принимая монашества, а обитель официального статуса от церковных властей так и не получила до самого своего закрытия в 1926 году. Монастырем обитель стала только в 2014 году.
Обитель милосердия по желанию вдовствующей княгини назвали Марфо-Мариинской, потому что служение ее сестер предполагало оба начала – молитву, как у святой Марии, и деятельную помощь страждущим, как у святой Марфы.
10 февраля 1909 года состоялось официальное открытие обители. Первой церковью стал больничный домовый храм во имя святых сестер Марфы и Марии. Храм этот располагался в больничном корпусе таким образом, чтобы лежачие больные из своих палат могли видеть службу. В этом храме Московский митрополит Владимир посвятил великую княгиню Елизавету Федоровну в должность настоятельницы обители.
Сестры милосердия носили форму, разработанную художником М. В. Нестеровым под руководством великой княгини. В обители часто бывали многие члены царской фамилии.
22 мая 1908 года в обители был заложен храм Покрова Пресвятой Богородицы. Для его создания великая княгиня Елизавета Федоровна пригласила архитектора А. В. Щусева и принимала непосредственное участие в разработке проекта.
Алексей Викторович Щусев строил храм в стиле древних русских церквей дораскольного периода. Этот стиль называется неорусским, он возник в конце XIX – начале XX веков и развивался в рамках модерна. Церковной архитектуре не чужда мода. Храмы, как и дворцы, повторяли в своем облике направления развития европейской архитектуры. (В этом отношении интересны армянские церкви, мимо которых мода прошла стороной.)
Фасады церкви украшены белокаменными рельефами, напоминающими древнерусскую резьбу (автор рельефов — Никифор Яковлевич Тамонькин, помощник Щусева).
Среди элементов белокаменной резьбы есть памятная надпись:
В надписи сообщается, что храм заложен 22 мая 1908 года в день Вознесения Господня при личном присутствии великой княгини Елизаветы Федоровны, принцессы Баттенбергской Виктории с дочерью Луизой, греческого королевича Андрея с супругой королевной Алисой, художника Нестерова и архитектора Щусева, а также высокопоставленных православных священников. Из чего следует, что на праздничной церемонии присутствовали родственники великой княгини — ее старшая родная сестра Виктория с двумя дочерьми: Луизой 19 лет (будущей королевой Швеции) и Алисой 23 лет (женой греческого принца Андрея и будущей матерью принца Филиппа — герцога Эдинбургского, мужа королевы Великобритании Елизаветы II).
Кроме белокаменной резьбы храм украшают мозаичные иконы Божией Матери «Одигитрия» и Нерукотворного образа Спасителя, размещенные на центральной апсиде и над западным порталом, изготовленные по эскизам Нестерова.
Внутри храма на выбеленных стенах свободно расположены живописные композиции, созданные Нестеровым. Он же писал и иконы для иконостаса. Когда мы были в обители, в церкви шла служба, поэтому мы ничего внутри не снимали. Но на просторах интернета можно без труда найти фотографии интерьеров храма. Я лишь покажу здесь икону работы Нестерова с одной из открыток, которые мы купили в церковной лавке. Никаких изданий с фотографиями интерьеров храма в лавке не было, и, как нам сказали, нет их уже очень давно.
В том же архитектурном стиле, что и Покровский храм, по проекту Щусева построены ограда со святыми вратами, стена с фонтаном и угловая сторожка с часовней преподобного Серафима Саровского.
Щусев спроектировал для обители не только архитектурный ансамбль, но и сад, составляющий с ним единое целое.
Храм Покрова Пресвятой Богородицы был освящен 8 апреля 1912 года.
Пока строился храм, к 1910 году в обители были устроены больница, аптека, амбулатория, столовая, воскресная школа для взрослых женщин, трудовой приют для девочек-сирот и общедоступная библиотека.
В 1911 году было построено трехэтажное здание для общежития сестер милосердия и приюта:
Марфо-Мариинский храм соединялся переходом с покоями Елизаветы Федоровны:
В амбулатории принимали известные московские врачи. Специально приглашенные врачи проводили занятия для сестер, обучая их уходу за больными. В больнице было 7 палат с 22 койками, кроме того сестры посещали больных и иных нуждающихся на дому. С осени 1913 года сестры оказывали медицинскую помощь обитателям ночлежных домов Хитрова рынка, бездомных детей отправляли в приюты. Во время первой мировой войны в больнице Марфо-Мариинской обители лечили тяжелораненых. Елизавета Федоровна организовала комитет по оказанию помощи семьям фронтовиков. Комитет также занимался сбором денежных и вещевых пожертвований, обеспечивал работой жен солдат, воевавших на фронте.
7 мая 1918 года великая княгиня Елизавета Феодоровна была арестована и выслана в Пермь, затем в Екатеринбург и 19 мая в Алапаевск Верхотурского уезда Пермской губернии. По современной официальной версии, совпадающей с белогвардейской версией, 18 июля великая княгиня Елизавета Феодоровна и инокиня Варвара вместе с другими членами императорского дома приняли мученическую кончину – были живыми сброшены в недействующую шахту в 18 км от Алапаевска. По версии советских властей члены императорской семьи были похищены из Алапаевска белогвардейцами. Обе стороны противоположную версию считали инсценировкой. Однозначных бесспорных доказательств произошедшего нет ни у одной из сторон. На мой взгляд, независимо от того, как закончилась жизнь великой княгини, она безусловно заслуживает памяти, почитания и уважения за бескорыстную помощь и служение бедным, больным и обездоленным.
Храм Марфы и Марии был закрыт в 1926 году, а Покровский храм закрыли в 1928 году. Ценные предметы передали в музей. Нестеровские росписи закрыли щитами. Здание храма передали государству для санитарно-просветительских целей. Больница, амбулатория и аптека обители продолжали работать, но уже как государственные учреждения.
10 марта 1945 года здание Покровского храма передали под реставрационные мастерские, в мае того же года начался капитальный ремонт. Реставраторы освободили здание снаружи и внутри от искажающих его вид пристроек и перегородок и отремонтировали крышу, отреставрировали стенопись Нестерова. Покровский собор, часовня, парадная ограда с воротами и сторожка с тех пор охранялись государством как памятники архитектуры.
Архитектурному ансамблю Марфо-Мариинской обители повезло сохраниться почти в первозданном виде во многом благодаря его архитектору — Алексею Викторовичу Щусеву. Его гений признавался как царскими властями, так и советскими. В Москве построено множество архитектурных шедевров по его проектам, наиболее известные из них — Казанский вокзал и мавзолей Ленина.
Возрождение Обители началось в 1992 г., когда ее территория была передана Московской Патриархии. (Парадокс истории: закрытие церквей в первые годы советской власти сопровождалось масштабным строительством школ, детских садов, больниц и ликвидацией беспризорничества. Возрождение и масштабное строительство церквей в первые годы после уничтожения советской власти сопровождалось закрытием детских садов, обнищанием больниц и расцветом беспризорничества.)
В 2010 году около Покровской церкви установили памятник Елизавете Фёдоровне работы скульптора Вячеслава Клыкова:
В 2014 году Марфо-Мариинская обитель получила статус ставропигиального женского монастыря «с сохранением особого уклада жизни, восходящего к основательнице преподобномученице Елисавете»
Сейчас в обители работает медицинский центр «Милосердие» по реабилитации детей с ДЦП, Елизаветинский детский дом, группы дневного пребывания детей-инвалидов, стационар детской паллиативной службы.
Небольшая видеозарисовка обители:
Здесь рассказ про одну из европейских обителей милосердия: