Продолжаем вспоминать странные выступления на Играх. Сегодня у нас два примера – совсем свежий и хрестоматийный.
Легкая атлетика – королева спорта, а спринт на 100 метров – главный танец на приеме в этом дворце. Быть самым быстрым человеком планеты – титул о котором каждый бегун мечтал с античных времен. Спринтеров боготворят и ими восхищаются, но от любви до ненависти одна таблетка.
Сеул-1988 подарил миру ярчайшую разборку на стометровке. Это был настоящий триллер и мир поделился надвое – американец Карл Льюис, взявший четыре золота на домашних Играх за четыре года до этого, против отвязного канадца ямайского происхождения Бена Джонсона. По всем законам драмы – это были антиподы во всем. Высокий статный американец со страусиными шагами, против сгустка энергии, который молниеносно перебирает ногами. За год до этого Бен Джонсон сенсационно выиграл ЧМ в Риме, опередив Льюиса на 0,01 секунды. Забег на Играх должен был поставить восклицательный знак.
Выстрел пистолета, старт и первые 30 метров Льюис лидирует, но Джонсон разгоняется, включает пятую передачу и улетает от всех в космос – 9,79! Дикое время, способное свести с ума. Льюис смотрит в спину чемпиону, пока тот идет на круг почета. Секунды до сих пор не укладываются в голове. Но это только первая часть драмы.
Джонсон был великим спринтером ровно 72 часа до тех пор, пока не вскрыли его допинг-пробу. В крови была лошадиная доза стероида станозолола. Бен Джонсон за одну минуту лишился всех медалей и рекордов. Позже он признался, что сидел на запрещенных веществах шесть последних лет, но перед стартами всегда успевал вывести их из организма. По той же схеме он работал и на Олимпиаде – ничего запрещенного он не пил уже за 6 недель до старта Игр, так что Джонсон уверен, что допинг ему подмешали уже в Сеуле. Причем количество запрещенного вещества, обнаруженная в крови – была губительна для организма.
Вообще, 80-90-е годы – это апофеоз допинга в легкой атлетике. Медицина еще только училась выявлять запрещенные вещества, в то время как фармацевты были на шаг впереди. Примечательно, что позднее 7 из 8-ми участников того финала были связанны с допинговыми скандалами, но сильнее всех пострадал бедолага Бен Джонсон.
Мужчина? Или все-таки нет?
Теперь – история с парижской Олимпиады. К сожалению, в такое время живем, что человека нужно проверять не только на наличие у него гнусных мыслей, но и на пол. По крайней мере, такую картинку нам дают нынешние игры.
История вспыхнула в боксе: виде спорта достаточно консервативном и уважаемом, с большими традициями и историей. Однако и тут все не так просто. 1/8 турнирной сетки. На ринг вышла представительница Италии Анджела Карини вышла на бой против алжирки Иман Хелиф.
Итальянка, спустя 46 секунд пожаловалась судье «на слишком сильные удары» и бой прекратили. СМИ, особенно те, что относятся к России во весь голос закричали о том, что против женщины вышел, на самом деле, мужчина. Действительно, Хелиф, относительно недавно, провалила допинг-тест: он показал повышенное наличие тестостерона, да и из-за ее роста возникли сомнения.
Но вся проблема в том, что Хелиф всегда выступала в женских соревнованиях, а повышение тестостерона – удивительное, но все же встречающееся событие у девушек. У мужчин, например, тестостерон, наоборот, может быть снижен из-за чего врачи могут назначить гормональные препараты. Случай Хелиф – случай, так называемого, синдрома Свайера.
Автор: Артур Еникеев