Лешка остановился возле ветхого забора, он весь зарос диким виноградом и плющом, под тяжестью плетей забор кое-где повалился, кое-где его и вовсе не было видно из зарослей. Где- то здесь должна быть калитка. С трудом отыскав заросшую дверцу, Лешка попытался ее открыть. Не тут-то было, прочные плети растений крепко держали калитку, не давая ей открыться. Да.., не так он представлял себе возвращение домой. Кое-как продравшись сквозь заросли, Лешка подошел к двери бабушкиного дома. Окно было заколочено, на двери висел огромный амбарный замок. В руках Лешка держал письмо от матери и ржавый ключ, и то и другое ему передала соседка. Из письма матери он узнал, что их большой дом она подарила своему мужу - отчиму Лешки, чтобы тот вместе с их дочерью - Лешкиной сестрой, ни в чем не нуждались. А ему она оставляет бабушкин домик. Их дом после смерти матери отчим продал, и уехал с дочерью в неизвестном направлении.
Лешка уехал из дома четыре года назад, призвали его в армию, и попал он на север, из их южного поселка, в котором снег выпадает не каждый год, сразу за полярный круг. Призвали его осенью, и когда он попал к месту службы, там уже были сугробы по метру высотой и лютый мороз. Ну как лютый, градусов 15-20 мороза было. Но для него это был лютый мороз. Это уже потом было и -40, и метели и пурга. В тундре пурга такая, что небо с землей местами меняется. Когда получил письмо, что невеста – любовь всей жизни - его не дождалась и замуж вышла, хотел уйти в пургу и не вернуться. Но командир его - человек опытный, понял, что к чему и глаз с него не спускал. Потихоньку начал в себя приходить. Когда служба закончилась, домой возвращаться не захотел, остался на севере с газовиками. Исходил весь Таймыр вдоль и поперек. Домой звонил редко, сотовой связи там нет, только спутниковая, да и та только для особых случаев. Когда матери не стало, ему сообщили не сразу, потом погода была нелетная и он вовсе не поехал домой. И вот этим летом решил вернуться. Заработал прилично, планы строил всякие. А оно вон как обернулось. Дома то у него оказалось и нет.
Замок открылся легко, в доме было темно, пахло пылью, но ни мышами ни сыростью не пахло, хотя пол был земляной. Этот домик построил дед сразу после войны. Саманные толстые стены хорошо держали летом прохладу, а зимой тепло. Пол земляной, но высоко насыпанный замазанный сверху глиной, за годы он стал тверже камня. Бабушка застилала его половиками.
Лешка зашел внутрь, он давно здесь не был, да и вообще в доме у бабушки он был редко, вся жизнь протекала во дворе под навесом. Там стоял большой стол с лавками, в конце навеса была печка, на которой бабушка все время что-то готовила, то варенье, то кашу, то пирожки жарила. За этим столом Лешка и уроки делал иногда, когда забегал к бабушке после школы. Еще у бабушки с дедушкой был прекрасный сад, Они угощали яблоками всех ребятишек. К ним в сад никогда пацаны не лазали яблоки воровать, знали, что лучше попросить и дадут самые лучшие яблоки.
Лешка огляделся, в углу старая кровать с панцирной сеткой, на ней всегда была горка подушек под кружевной накидкой, сейчас подушек не было, остался матрас и какое то одеяло. Вдоль стены стоял диван, Лешка его не помнил, у заколоченного окна столик и сломанный стул. Возле двери небольшой закуток, который служил кухней в зимнее время, там стоял старый- престарый кухонный стол тумба с выдвижным ящичком. Когда то он был покрыт клеенкой, сейчас от нее остались только лохмотья. Вот и весь дом. Как бабушка тут жила и троих детей вырастила? А теперь здесь предстояло жить Лешке.
Чтож, надо с чего-то начинать. Под крыльцом всегда лежал топор, Лешка удивился, но топор действительно был там. Сам топор покрылся ржавчиной, топорище высохло, но другого инструмента не было, и, вооружившись топором, он пошел снимать доски с окна. Гвозди были забиты на совесть, Лешка ругался не неизвестного мастера, возился долго, но в конце концов, окно освободил. Оказалось, что одно стекло разбито. Надо будет чем-нибудь закрыть дыру, подумал Лешка.
- Ты что это тут хозяйничаешь - услышал он окрик со стороны калитки.
Возле калитки стояла пожилая женщина, в которой Леша узнал старую учительницу, которая преподавала у них историю и географию – Татьяну Петровну. Она была соседкой бабушки, и, услышав шум и Лешкину ругань, пришла посмотреть, что тут происходит.
- Ой, Лешенька, я тебя и не признала, вернулся, значит, - обрадованно воскликнула соседка.
- Да, вот приехал, думал домой вернулся, а дома то и тютю. Вот избушка на курьих ножках только и есть. Даже электричества и того нет.
- Так отключили давно, не живет же никто, чтобы бомжи не заселились.
- Ясно, даже не знаю, с чего начинать – задумчиво произнес Леша.
- А пойдем к нам обедать, поедим и подумаем, что к чему, у нас и интернет есть, там ответы на все вопросы найдешь. – предложила соседка.
- А пойдемте, Татьяна Петровна, - согласился Лешка.
И они пошли к соседке, там к ним навстречу выскочила девчонка.
- Это внучка моя Сашенька, знакомьтесь.
Девчонка вся состояла из острых углов, острые коленки, острые локти, лопатки под футболкой выглядывали тоже острые. Лешка, глядя на нее, почему то вспомнил детский стишок про кузнечика, который коленками назад. Лет ей было наверно 12-13. А вот личико ее едва ли можно было назвать симпатичным. Отец у девочки был видно каких-то башкирско-калмыцких кровей. От него она унаследовала плоское скуластое лицо, узкие глаза, небольшой нос и полные губы. Единственным украшением этого лица были волосы – черные, густые, слегка вьющиеся, непослушные, они вольной копной окружали лицо.
Девчонка, увидев гостя, смутилась и убежала в дом. Уже потом, сидя за столом, они разговорились, Саша оказалась очень любознательной, расспрашивала про север, про оленей, она бы и еще много про что бы спросила, но бабушка ее остановила, и сказала, что Алексею надо решать много вопросов с домом, и попросила принести ее ноутбук.
С этого случая Алексей стал часто бывать в доме у Татьяны Петровны, и она сама и Саша помогали ему обустраивать бабушкин дом, он тоже, чем мог, помогал соседкам, выполнял какую мог мужскую работу.
Первым делом Лешка занялся садом, старый, неухоженный, он зарастал сорняком и кустарниками. Некоторые деревья пришлось спилить, Сашка рыдала над каждым спиленным деревом, а потом помогала высаживать новые саженцы, выискивая в интернете новые сорта, она выдавала кучу информации, как садить, чем удобрять, чем опрыскивать и вообще она старалась быть очень полезной. Бабушка не возражала, что внучка крутится возле Лешки, каникулы, ребенок занят и ладно.
Жить в бабушкином доме оказалось не просто, электричество-то он подключил, а вот вода в колодце, сортир во дворе, душа вообще нет. Он не привык так жить. Было желание все бросить и уехать в город. Но выходя вечером в сад, Лешка понимал, что никуда он не поедет.
И он решил строить дом, рядом с бабушкиным, большой, с удобствами. Денег, которые он заработал на севере, конечно на все не хватит, но начать можно уже сейчас. Он восстановил бабушкин навес и стол, и часто, сидя в тенечке под навесом, представлял себе новый дом.
Первым делом он купил себе грузовую Газель, это и заработок, и возможность возить стройматериалы. И потянулись трудовые будни. Когда выпадали выходные, Лешка расчищал площадку под новый дом, Сашка часто помогала ему, они обсуждали проекты, и, начертив проект на земле, Сашка смеясь, бегала из одной воображаемой комнаты в другую.
Наступила осень, Сашка пошла в школу, времени свободного стало меньше, но пропустить заливку фундамента она не могла. Даже Татьяна Петровна пришла посмотреть. Огромная труба извергала из себя струю бетона, а рабочие успевали передвигать ее вдоль всего фундамента, потом еще заливали площадку перед домом. Управились быстро, за какие-то пару часов.
Татьяна Петровна вспомнила, что ей площадку перед домом заливали несколько дней, месили бетон вручную, долго и трудно, а тут раз и готово. Рабочие тем временем собрали все трубы и уехали. А Лешка с соседками еще долго сидели под навесом и разговаривали. Зашел разговор про то, что неплохо бы было Лешке жениться, все не один бы был, и помощь какая никакая.
- А куда я жену приведу, в эту хибару? – спросил Лешка, сейчас нет таких девчонок, им все готовое подавай и дом и машину - все сразу.
- А я бы пошла – сказала Сашка,
- Вот я и подожду, пока ты вырастешь, - в шутку сказал Лешка, и засмеялся.
А Саша встала и убежала.
-Ты так не шути больше – сказала Татьяна Петровна, - она же тебя любит, неужели не видишь, бегает за тобой как хвостик, я уж и не пускаю ее к тебе, она все равно к тебе тянется.
-Так она же еще ребенок, сколько ей - тринадцать?
- Ей шестнадцать скоро будет, она в 9 класс пошла – Татьяна Петровна тяжело вздохнула.
- Непростая у нее судьба, много чего вынести пришлось, пока мне удалось ее к себе забрать. Отца своего она не знала, он погиб до ее рождения, я его всего один раз видела перед свадьбой, до которой он так и не дожил, она на него похожа, потом с матерью – моей дочерью – мыкались по комнатам да квартирам, никак она не хотела домой возвращаться. В итоге вышла замуж, вроде человек приличный казался. Жили с его матерью. Она Сашу сразу невзлюбила, иначе как суразкой не называла, унижала всячески, а когда у них сын родился, Сашу в няньку превратили, даже в школу иногда не пускали. Дочь сразу на работу вышла, чтобы на шее у мужа не сидеть, с ребенком должна была свекровь сидеть, а она эту обязанность на Сашу переложила. А я и знать ничего не знала, по телефону поговорим, вроде все нормально. А кличка эта – суразка, к Саше и в школе прилепилась. Саше 12 лет было, когда отчим попытался ее изнасиловать, запугал ее, что если она пикнет, он мать убьет. Но дочь сама неожиданно вернулась с работы и все это увидела, что уж там на самом деле произошло, неизвестно, только она мужа убила, на глазах у Саши. Свекровь чуть Сашку не придушила, орала, что могла бы и дать, ничего бы не случилось, а сыночка бы живой был. Саша после этого долго говорить не могла. Дочь приговорили к 8 годам. Сына их свекровь себе оставила, опекунство оформила, а Сашу я себе забрала, вот такая история. Она переживает, что некрасивая, что не любят ее. Пытаюсь объяснить ей, что не во внешней красоте дело, а во внутренней. Кто внутреннюю твою красоту разглядит, тому и внешность твоя самой красивой будет.
- А как вот эту внутреннюю красоту рассмотреть, как увидеть? – спросил Лешка, - сначала ведь на внешнюю смотришь.
- А ты посмотри на человека, когда он один, сам по себе, когда на него никто не смотрит, вот тогда вся его натура и проявится. У меня ученик один был, молчун, слова из него не вытянешь, спросишь его, молчит, а в глазах слезы. Мать вызову – сама любовь и любезность. Его по головке гладит, а он чуть в обморок не падает. А потом увидела, когда они за угол школы зашли, как она его мутызгала, подзатыльников надавала, думаю, дома еще больше досталось. Вот тебе сущность, на людях – белая и пушистая, а когда никто не видит – зверь настоящий.
- Ладно, пойду я, ты уж с Сашкой не любезничай, не обнадеживай, ей эту любовь пережить надо.
Лешка еще долго сидел в одиночестве, передумывал информацию: 16 лет это уже совсем не ребенок конечно, но он относился к ней как к ребенку, и как теперь они будут общаться? Не будет той легкости и непосредственности, и как теперь быть? Отказаться от общения совсем? Ему будет не хватать этих вечеров с Сашкой, когда склонившись над ноутбуком они искали ответы на какие-нибудь каверзные вопросы к школьной олимпиаде. Или она, найдя какой-нибудь обалденный интерьер бежала к нему, чтобы показать и обязательно сделать такой в одной из комнат будущего дома. Такую дружбу терять не хотелось.
Однако жизнь все расставила сама, Лешке предложили очень хорошую работу, на своей Газели, он развозил продукты по детским санаториям и лагерям, Приходил домой поздно, вставал рано, С Сашкой виделись редко, некогда было. Строительство дома временно встало. Правда материалы все Лешка закупить успел, все ровными рядами стояло во дворе на новой залитой бетоном площадке. Так прошла зима и весна. Сашка закончила 9 класс, и устроила по этому поводу праздничный ужин, на который пригласила Лешку. На этом ужине она объявила, что поедет учиться в город, в колледж на специальность – технолог пищевого производства. Этим очень удивила и Лешку и свою бабушку. Та была уверена, что Сашка будет бухгалтером. Но Сашка была непреклонна, у них в поселке есть молкомбинат, а еще собираются открывать сыроварню, так что технологи явно понадобятся.
И в конце августа Саша уехала, Татьяна Петровна очень переживала отъезд внучки, чтобы быть хоть кому-то полезной, она взяла шефство над Лешкой, готовила ему ужин, собирала с собой обед. В выходные Лешка строил дом, сам, один. Получалось хорошо, только медленно. Медленно, но верно стены росли. Татьяна Петровна приходила посмотреть, иногда и помочь, что то подать, придержать.
Время шло, дом строился, Сашка училась. Так прошло 4 года. За это время дом был готов полностью, оставалась внутренняя отделка на кухне и в коридоре. А Саша закончила колледж и вернулась домой. Встреча получилась несколько натянутой, Сашка изменилась сильно, красивее она не стала, а вот фигура ее изменилась сильно, это уже не угловатый подросток, а вполне себе сформировавшаяся девушка. Стильная стрижка сделала непослушную копну волос аккуратной и симпатичной. Лешка даже попытался сделать ей комплимент, но получилось плохо, и он поспешил удалиться, сославшись на занятость.
На следующий день Лешка заехал на заправку, на соседней колонке заправлялась пассажирская газель, возле машины стояли мужики и разговаривали, самих мужиков Лешка не видел, но разговор их слышал хорошо.
- ты слышал – суразка вернулась, спросил один из мужиков,
Знакомая кличка резанула слух, надо же еще кого-то так называют, подумал Лешка.
- тебе надо на ней срочно жениться, - сказал другой мужик.
- а что, сплошные выгоды, с ее лицом никакой ревности, никто на нее не позарится, и она радостная будет, что ее замуж взяли – шелковой будет. Дом у нее есть, будешь жить как у Христа за пазухой.
- так она с бабкой живет – училка старая.
- она не в счет, я же не навсегда, лет пять-шесть, денег накоплю и свалю, за квартиру не платить, и кормить меня будут, и не только – и мужик противненько рассмеялся.
Как только они сказали про старую учительницу пазл сложился в голове у Лешки, ведь это они про Сашку, на ней этот идиот собирается жениться и потом бросить. Кулаки сжались и Лешка бы тут же ринулся бы в драку, но к заправке подъехала скорая, и Лешке пришлось быстро освобождать колонку, пока он отгонял машину, пассажирская газель с мужиками уехала. Лешка весь день был под впечатлением от этого подслушанного разговора. Надо предупредить Сашку, но как? Что говорить? Что вообще делать?
Из-за того что голова была не на месте, не заметил яму на дороге и пробил колесо, провозился с запаской до полночи, домой вернулся уже светало. Он ночевал уже в новом доме, окна были большие, одно из них выходило на дом соседей. Лешка долго стоял у окна, пытаясь построить разговор с Сашкой, ничего не получалось. Пропел петух, наступало утро, Лешка посмотрел на часы, было 5 утра. Вдруг дверь в соседнем доме открылась и на крыльцо вышла Сашка. Она была в коротенькой полупрозрачной ночной рубашке, все соблазнительные девичьи округлости легко угадывались через это одеяние. Она подняла руки и потянулась к солнцу, она улыбалась и что-то напевала.
«А ты посмотри на человека, когда он один, сам по себе, когда на него никто не смотрит, вот тогда вся его натура и проявится» - вспомнил Лешка слова старой учительницы.
А Сашка тем временем сошла с крыльца и ушла за дом. Лешка не мог заставить себя отойти от окна, он снова и снова видел девичью фигурку в прозрачной рубашке, а Сашка уже вышла из-за дома, и была она полностью обнаженной, двумя руками держа полотенце на голове и вытирала волосы. У Лешки перехватило дыхание, она была очень красивой, упругая девичья грудь, плоский живот, стройные ноги, и это Сашка?
И что делать? Ты хочешь, чтобы Сашка досталась кому-то? Это твоя девчонка, ты вспомни. Лешка ходил из угла в угол и не знал что делать.
А потом взял в руки телефон и набрал Сашкин номер. Она ответила быстро, как будто ждала этого звонка.
-А ты хочешь мой дом посмотреть? - спросил Лешка (нормальный вопрос в 5 утра?)
- Конечно – ответила она, ничуть не удивившись.
- Приходи.
Единственное, что успел Лешка до ее прихода - это поменять футболку, она пришла быстро.
Леша водил ее по дому, припоминал ей ее придумки с интерьерами, они как будто окунулись в прошлое, как будто не было этих лет молчания и отчуждения, вернулась и легкость и непринужденность.
- Тебе нравится?
- Да.
- А хочешь быть в нем хозяйкой?
- Это ты мне так предложение делаешь?
- Ну да, вроде того
- Я согласна.
«Кто внутреннюю твою красоту разглядит, тому и внешность твоя самой красивой будет» вспомнил Лешка бабушкины слова.
И он любовался своей Сашкой, она самая красивая.