Подслушиваю разговор в ординаторской. Мне туда очень надо попасть. Но там сейчас сидит важная наша начальница. Пришла осматривать очередного трудного подростка и застряла... Мне туда нельзя. Я специалист не того ранга... А точнее конкретно моего присутствия не любит эта тётя. У меня все эмоции на лице всегда. Поэтому стою. Жду, когда уйдёт. Обычно быстро уходит...
Но не в этот раз...
Сидит, обо всём громко рассуждает. Вот и Масленицу с блинами обсудили, и случаи участившихся дебютов психических заболеваний... Весна.
Среди прочего вдруг вспоминают о Веронике. Эта девочка была у нас больше пяти лет назад. История у неё очень драматичная и запутанная. Я про неё писала уже. И тогда некоторые комментаторы упрекали меня в тоннельном, однобоком мышлении... Ну спорить с комментаторами в Дзене не мой конёк.
Поэтому теперь комментарии к статьям я закрываю. Слишком личные истории я описываю. Мне дороги все мои дети. Не хочется, чтобы посторонние люди ездили по ним своим остроумием.
Веронику вспоминают в связке с новым случаем. Важная начальница теперь настаивает, что этого нового ребёнка надо хорошенько изучить, не делать прежних ошибок, не идти на поводу у родителей, трезво оценивать ситуацию...
- А помните Веронику Г. ? - громким поставленным голосом начинает своё повествование начальница.
Уж кто-кто, а я хорошо помню Веронику...
Пятилетняя девочка осталась тогда без матери. Привёз к нам её папаша. Ранее он в жизни дочки никакого участия не принимал.
На Вероничку упала тень запятнанной репутации - девочка несколько лет жила с онкобольной матерью. Вероника была свидетелем её ухода...
Это, по мнению, отца и его новой жены, не могло не отразиться на психике девочки...
Она неадекватно себя ведёт!
Можно ли обвинять мачеху в том, что она совсем не рада была свалившемуся на неё счастью в виде Вероники?
Как это часто бывает отец-молодец повесил дочку на жену, сам уезжал на вахты.
У новой жены была своя такая же девочка. И немолодые молодожёны планировали своего, общего, ребёнка. Вероника была не нужна никому.
Не так сидит, не так стоит, странно себя ведёт, стучит ночью в дверь к мачехе и её дочери...
А ничего, что новая "мама" оставляла пятилетку одну спать в новой квартире, а сама закрывалась со своей девочкой в другой комнате? Отец уехал на вахту... Я вот не удивилась, что Вероничка хотела спать с ними. А те её вытесняли из своей жизни - лишняя, неудобная...
И повадились родители Веронику к нам возить...
Один раз... Ну, бывает... Перестраховались. Девочка адаптируется после потери матери...
Второй раз... Не долечили! Она же больная! Папа показывает на телефоне, как Вероничка изображает собачку...
Третий раз! Четвёртый!
Становится ясно, что родители хотят избавиться от неё под благовидным предлогом. Но совесть где-то там есть, и нужно ответственность переложить на кого-нибудь...
Папаша настаивает на диагнозе. Уже чуть ли не требует его, топая ногами!
Над ребёнком, совершенно здоровой, хорошо развитой девочкой, сгущаются тучи...
Эта самая начальница приходит смотреть Вероничку... И уже устно формулирует предварительный диагноз... Страшный диагноз...
Мы тогда все: и я, и психологи, и воспитатели были в шоке! Разговаривали с врачами. Но те разводили руками, а наши голоса и мнения несут рекомендательный характер. Захочет доктор - примет во внимание, не захочет...
И вляпали бы диагноз! Как пить дать вляпали! Сейчас всё делается под нажимом родителей: пожалуюсь, не имеете права...
Но тут за девочку вступились воспитатели детского сада. Они пропесочили папашу и его мымру так... Воспитатели написали коллективное письмо Президенту. Дай Бог здоровья этим женщинам!
Ясно, что до Него Самого оно не дошло... Но судьбой Веронички заинтересовались нужные люди... И родителями тоже.
Под пресс попали и наши специалистки...
- А помните Веронику Г.? Тоже ведь говорили "больной ребёнок, больной ребёнок"! А она сейчас прекрасно в Красноярске живёт. Учится в пятом классе на одни "пятёрочки"!!! - продолжает тётя-начальница...
Я, заслышав это, одновременно радуюсь и негодую.
Как хорошо, что девчонку забрали к себе дальние родственники матери!
А злюсь я тому, как легко у нас переобувается администрация, приписывая чужие заслуги себе...
Да, я помню Веронику. Очень хорошо помню.