Как то проходя мимо заснеженных кустов у моего высотного дома, я увидел странный одеяльный свёрток.
Увы, мои глаза зооволонтера настроены именно на такие вот свёртки, коробки, пакеты. На живое неживое. На неживое живое.
Подошёл. Развернул.
В старом одеяле умирала в агонии маленькая собачка. Её хрупкое тельце тряслось от холода зимы и дыхания смерти. Оно выгибалось в страшной боли, призывая небытие.
Умереть - тяжёлый труд. Как и родиться.
Тельце чьей то маленькой собачки горело в последнем горячем аду ледяной земной жизни. Он, этот ад агонии, был особенно страшен для неё, потому что рядом не было любимой хозяйки.
Как страшно умирать в одиночестве ,после прожитых вместе лет. Как хочется ощутить тепло родной руки на холодеющей лапке. В последний раз посмотреть в бесконечно любимые глаза. Лизнуть, прощаясь, знакомую до боли ладонь.
Всё это я понял просто развернув старое одеяло и посмотрев в большие печальные глаза маленькой умирающей собачки.
Знаете, я занёс этот свёрток чьего-то предательства домой. Ведь смерть - это очень личное. Я молча держал маленькую умирающую собачку за лапку. Гладил по шерстке. Смотрел в глаза.
Эти глаза до последнего искали- не меня. Не в меня верили. Не меня ждали. Не обо мне думали.
Но так получилось, что провожал её тот, кого она совсем не знала.
Нет, я не стал ей ничего говорить о предательстве. Я говорил ей о том, что её хозяйка попросила меня проводить свою маленькую, бесконечно любимую собачку, на небеса. Что чуть позже, она обязательно догонит, обнимет и будет рядом.
Лишь когда истерзанное смертью тельце затихло, так и не убрав своей лапки с моей ладони, я подумал что так и не смог объяснить этой старушке с хвостиком, почему провожал её я, а не та, кого она ждала до последнего. Та, что вынесла свою старую собаку умирать под заснеженным кустом в дырявом одеяле. Та, что сделала смерть из интимного - в публичное.
"Она любит тебя!" - отпустил я лапку и душу.
И взмыла в равнодушное небо очередная человеческая ложь...
Автор - Алексей Прокурор.