«После того открыл Иов уста свои и проклял день свой». Иов 3:1. Иов проклял день, когда родился, но не Бога. «И начал Иов и сказал: погибни день, в который я родился, и ночь, в которую сказано: зачался человек! День тот да будет тьмою; да не взыщет его Бог свыше, и да не воссияет над ним свет!» Иов 3:2-4. Был важен не только день рождения, но и ночь, в которую зачался человек. Сколько же ценен каждый из нас для Господа! Иов проклинает и день и ночь рождения своего.
«Да омрачит его тьма и тень смертная, да обложит его туча, да страшатся его, как палящего зноя! Ночь та, — да обладает ею мрак, да не сочтётся она в днях года, да не войдёт в число месяцев! О! ночь та — да будет она безлюдна; да не войдёт в неё веселье!» Иов 3:5-7. Даже ночь зачатия новой жизни была для людей праздником, а рождение нового человека в мир тем более. Только одному Богу известно, почему целый человек образуется именно из двух клеток и родится в мир – это чудо Господне. У Иова помрачился разум от страдания, и он уже не рад тому, что появился на свет. И призывает не себя вечную тьму.
«Да проклянут её проклинающие день, способные разбудить левиафана! Да померкнут звёзды рассвета её: пусть ждёт она света, и он не приходит, и да не увидит она ресниц денницы за то, что не затворила дверей чрева [матери] моей и не сокрыла горести от очей моих! Для чего не умер я, выходя из утробы, и не скончался, когда вышел из чрева? Зачем приняли меня колени? зачем было мне сосать сосцы?» Иов 3:8-12. Праведник клянёт ночь своего рождения, ему кажется, что лучше было бы для него совсем не родится на свет, нежели так сильно страдать. Но тем не менее Иов не говорит никаких бранных слов против Господа, не упрекает Его в несправедливости и жестокости. Иов так сильно страдал, что мог бы сказать, что Бога вообще нет. Однако, этого не происходит, потому что праведник знает, что всё посланное ему в жизни есть испытание. Оно не просто так, а для чего-то дано ему.