Кинематограф и реальность быта — в подборках канала "История повседневности" и "История и кино"
Пусть это и будет некоторым повтором своих же слов из другой публикации, но ведь своих же, автор на нарушение авторских прав пенять не будет. При всём возможном засильи пропаганды в информационных потоках, даже тогда художественые произведения литературы, театра, кинематографа, если сюжет их современен их авторам, в отражении бытовых деталей повседневности достаточно правдивы. Потому для внимательного человека не склонного к мистификации советские фильмы о современности (тогдашней современности) вполне могут послужить источником для знакомства с историей повседневности. Это касается больше всего молодых читателей, хотя молодые читатели, родившиеся в 1990-х, теперь своим детям уже рассказывают как было раньше. Ну что же, преамбула закончена.
Упаковка
— Американский напиток, роскошная вещь. А в бутылке потом подсолнечное масло хранить можно.
— Придумают же!
(герой фильма "Ты — мне, я — тебе" Иван Сергеевич Кашкин в гостях у родственников в провинции угощает виски гостей)
Есть такой термин "вторичное использование", в такое вторичное использование попадала часто редкая красочная иностранная упаковка. Правда, у красивых бутылок и алюминиевых банок был ещё один вариант судьбы —на полку в качестве украшения, а заодно Советский сервис, если он был направлен не на экспорт и не на обслуживание иностранцев, не особо заморачивался по поводу эстетики, как и удобства. А уж про экологичность вообще Поэтому в начале 1990-х тема тары и упаковки на постсоветском пространстве была почти непаханным полем. Как раз в середине 90-х автор этой статьи познакомился по роду своей деятельности с одним итальянским предпринимателем. Помнится, звали его Антонино Джанни Скаринчи, жив он теперь или нет неизвестно. 30 лет назад он уже был далеко не молодой человек. Последний раз видеться с ним пришлось в Москве лет эдак 17 - 18 назад. Интересны некоторые моменты его биографии: родом из г. Мессена на о. Сицилия из небогатой семьи; заработал денег и переехал в г. Милан. Очень примечательный жизненный маршрут. В России вёл бизнес ещё с брежневских времён в условиях СССР, а с началом рыночной экономики наступило золотое почти в прямом смысле слова время для проектов производства и продажи упаковки яркой, разнообразной, удобной. Причём делалось это по довольно выгодным схемам с завозом в Россию на разных условиях старого оборудования и копирования без заморочек об авторском праве различных образцов техники. Но это был прорыв, по крайней мере, для провинции уж точно.
Серая, иногда с неярким рисунком, обёрточная бумага — настоящая королева советской упаковочной индустрии. В неё заворачивали практически всё от верхней одежды до конфет и сливочного масла. Один из популярных приёмов в упаковке весового и тем более сыпучего товара — знаменитый бумажный кулёк хоть для семечек, хоть для конфет. Из той же обёрточной бумаги, иногда из почтовой, она жёстче, делали небольшие пакеты, в которые могли расфасовать чаще всего продукты — сырые котлеты, например, или овощи и зелень, как у героини фильма "Москва слезам не верит" Катерины, когда её во второй серии у подъезда караулит некто Гога (Гоша, Георгий Иванович) с целью продолжения знакомства, начавшегося накануне в пригородной электричке.
Конечно, обёрточная бумага в СССР вовсе не была уникальной упаковкой, как не была и единственной. Некоторое распространение в стране, в которой всё увеличивались добыча и экспорт нефти, а едва ли не каждый второй завод, показанный в кинофильмах 1960 - 1970-х, был химическим, получили и полиэтиленовые фасовочные пакеты. Примечателен тот факт, что сама Екатерина Александровна Тихомирова по сюжету во второй серии начинает работу в должности лиректора химического предприятия, выпускающего различные полимеры, в том числе похожую на полиэтиленовую плёнку. А когда она возвращается с работы в упомянутом выше эпизоде, в руках у неё бумажные пакеты с зелёным луком и ещё с чем-то.
Из полимерного волокна получалисъ также сетки, в которые чаще всего упаковывали фрукты и овощи, когда продавали их расфасованными как в начальных титрах кинофильма "Блондинка за углом" (1984) расфасованный в такие сетки репчатый лук.
Советский анекдот в тему для тех, кто в теме:
Генсеку ЦК КПСС Леониду Ильичу Брежневу пришло письмо от ветеранов с жалобой на то, что на пробках из толстой фольги на бутылках с водкой и другими алкогольными напитками производители перестали размещать "ушки", за которые удобно было дёргать и откупоривать бутылку. Ветераны настоятельно просят вернуть "ушки" на место. Леонид Ильич прочитал письмо и поставил резолюцию "уважить ветеранов и вернуть водочным пробкам прежний вид". После чего с чувством глубокого удовлетворения достал из холодильника бутылку "Посольская" Московского ликёро-водочного, открутил винтовую пробочку, налил себе стопочку и полумал: "А зачем здесь" ушки"? ".
Для продаваемых расфасованных жидкостей от напитков до немногочисленной бытовой химии что в реальности, что в кино самой популярной упаковкой оставалась стеклянная бутылка или банка.
Дополнительный стимул использования стеклянной тары — это её возвратность, если это бутылки из-под газированных напитков, соков, спиртного и молочки. А стеклянные банки опять же ценились за ту же возможность вторичного использования. Вот потому Шурик из фильма о его приключениях так старательно споласкивал бутылку из-под кефира из своего незатейливого обеда.
Качество и бренды
У Ивана Ефремова в его фантастическом романе "Час быка" короткоживущие (25 лет) пролетарии (кжи) далёкой планеты Торманс в условиях государственного капитализма свою работу принципиально делали кое как. Хотя это больше было похоже на отношение к качеству своей работы у не настолько коротко живущих советских рабочих и служащих.
В советском кино показ нерадивых производителей и продавцов по общей задумке должен был способствовать их исправлению и перевоспитанию. Так, артист эстрады Максимов в исполнении уже знаменитого Аркадия Райкина в фильме "Мы с вами где-то встречались "(1954), чтобы отдохнуть в поезде от назойливого внимания поклонников искусства представился наугад заместителем директора обувной фабрики № 6. И не угадал: соседи по купе тут же набросились на него с претензиями по поводу безобразных фасонов и низкого качества обуви производства фабрики, где он якобы работает. Недоразумение разрешилось, а артист Максимов со сцены высмеял подобных производителей товаров широкого потребления (ширпотреба).
Интересный диалог стоит привести из фильма "За витриной универмага" (1955), участники на верхнем фото слева направо: директор швейной фабрики "Заря", директор универмага, заведующий отделом универмага Крылов.
Андреева: — Давайте только сразу договоримся: друг друга не агитировать. В чём дело? Вообще, что у вас тут происходит? Товарищ Уткин, дайте рекламации! Мы получили от вашего универмага 15 рекламаций, а от других организаций — ни одной.
Директор универмага: — Ну, Аааанна Андрееевна...
Андреева: — В чём дело? У вас что здесь, товарищи, другие критерии? Вчера мне сообщили, что вы снова забраковали 30 костюмов в последней партии.
Директор универмага: — Товарищ Крылов сдал на склад.
Андреева: — Так, послушайте, кстати, товарищ Крылов, скоро закончится поток клеветы, которой под Вашим художественным руководством обливают "Зарю"? Всё началось с Вашей статьи в "Московской правде". Вот, пожалуйста — "Выше качество одежды". Некоторые восклицания, по-моему, дельные, до некоторой степени даже справедливые. Слушайте, но дальше пошло нечто фантастическое. Появилась заметка в "Комсомольской правде", подписанная "Сидоров". Кто такой Сидоров, продавец Вашего отдела? В вечёрке Зубчиков, в "Крокодиле", в "Труде".
Крылов: — В "Известиях".
Андреева: — В "Извееестиях".... Ну ты понимаешь, Сергей Антоныч, посыпались бесконечные запросы из редакций, комиссии, расследования... Фабрику непрерывно лихорадит. Слушайте, я прошу мне объяснить...
Крылов: — Так что же тут объяснять, товарищ Андреева? Я делаю то, что обязан делать и против Вас ничего не имею.
Андреева: — Ничего?..
Крылов: — Нет.
Андреева: — И на том спасибо.
Директор универмага: — Мы против Вас ничего не имеем.
Андреева: — Слушайте, Вы действительно считаете продукцию фабрики такой ужасной, что нужно поднимать на ноги всю общемтвенность?
Крылов: — Почему? Мы никогда не ставили так вопрос.
Директор универмага: — Мы никогда вопрос не ставили.
Крылов: — Фабрика работает неплохо. Верно ведь? (кивок директору) Но вот когда попадается вещь с дефектами...
Директор универмага: — Бывает, что ж, бывает...
Крылов: — Бывает. У Вас, видимо, неплохой вкус. На Вас прекрасно сшитый костюм. Правда, он не вашей фабрики.
Андреева: — Вы понимаете, что мы — фабрика, выпускающая массовую продукцию.
Крылов: — Но каждый ваш массовый костюм для покупателя становится глубоко индивидуальным.
Андреева: — Хорошо. Прекратим этот бесплодный спор. Товарищи, мы будем передавать дело сразу в арбитраж, к соглашению мы всё равно не придём.
Перед разговором возмущённая директор фабрики с таким размахом влетела в кабинет директора универмага, что завотделом Крылову досталось дверью в лоб. А ещё раньше у директора универмага был разговор с завотдела Крыловым по поводу рекламаций всё той же фабрике "Заря" и её продукции, что не надо придираться к незначительным дефектам, что покупатели и так всё с руками оторвут, что забракованные костюмы ушли бы за полчаса и что универмаг сильно зависит от поставщиков. Короткий эпизод, а сразу столько проблем попало в поле зрения.
Весь критический посыл этих сюжетов строился на предположении, что производившие заведомо невостребованный или бракованный товар коллективы, а особенно руководители этих коллективов, попав под огонь критики и сатиры, устыдились бы и стали работать старательно, добросовестно, инициативно, изобретательно и т. д., и т. п. Здесь стоит только подивиться наивности и тех, кто верил в волшебство такого метода тогда, и тех, кто верит в волшебство подобных приёмов сейчас.
Сатира не сильно помогла, раз в советском кино 1970-х - 1980-х низкое качество товаров и услуг почти уже не сопровождалось оптимистичным "у нас ещё встречаются отдельные". Зато отрицательные или не очень положительные герои, имеющие страсть к материально обеспеченной комфортной жизни вместе общественного горения сплошь пользовались импортными вещами и даже щеголяли этим. При этом от высмеивания в фильмах 1950-х - 1960-х акцент всё больше перемещался к констатации факта в фильмах 1970-х - 1980-х: импортное лучше.
Что касается сферы услуг, то отношение к реальности и возможности её изменения в советском кино менялось по той же схеме. Если в 1950-е Райкин А. И. в уже упомянутом фильме высмеял со сцены фотографа так, что он сгорал от стыда, сидя в партере, то в 1970-е услуги сантехника Афанасия Борщова в фильме "Афоня" () не только не отличаются высоким качеством, ещё и сопровождаются поборами с жильцов. И не сказать, чтобы режиссёр Георгий Данелия акцентировал бы внимание на том, что Афоня — "отдельный недостаток". Нет, Афоня — фигура вполне типичная.
И в советском кино качество товара было напрямую связано с понятием бренда. Хотя в 1950-х - 1960-х действовали ещё анонимные фабрики № 6 и "Заря", а импорт обозначался лишь страной происхождения: английский, японский. А вот в 1970-е и особенно в 1980-е на иностранные марки вполне обращали внимание. Правда, на используемом в коллаже фото персонажа Михаила Пуговкина могла быть вполне отечественная пачка сигарет "Мальборо" производства Кишинёвской табачной фабрики. Но всё-таки "Мальборо".. Впрочем, более подробный рассказ о брендах в советском кино стоит продолжить в одной из следующих публикаций.
Продолжение следует...
Традиционное: заходите, читайте, смотрите, ставьте like, если понравилось, делитесь ссылкой в соц. сетях, ну и подписывайтесь на канал.