Маглиновская Юлия Яковлевна, в девичестве Мордмилович, родилась 11 августа 1878 года в Екатеринодаре и поначалу феминисткой не была, но очень активно участвовала в общественной жизни с позиции женщины и, старалась сделать жизнь других женщин лучше.
Семейный особняк семьи Юлии Яковлевны стоит до сих пор, и это довольно богатый дом по адресу ул. Красноармейская 14, в Екатеринодаре улица называлась Бурсаковская 12. Дом этот приобрел её отец Яков Александрович Мордмилович в 1893 году за 3750 руб, а позднее он настроил второй этаж и дом превратился в настоящий особняк стоимостью 32 400 рублей. Так же этот дом был заложен в Донском земельном банке, тем самым ежегодно принося доход семье в размере 600 рублей. Почему мы заговорили о цифрах? Чтобы, для начала разобраться в происхождении Юлии Яковлевны и, впоследствии понять причины отношения к ней партийного руководства. Будет сложно, но это важно. И так, отец Юлии Яков, по имени мы уже понимаем, что пахнет еврейскими корнями, к тому же его махинации с процентами, надстройкой дома и тд, говорят нам об этом. Однако Яков добился больших высот в службе при царской власти, был председателем многих сообществ и учреждений, членом Екатеринодарского окружного суда, статским советником, получил ордена Св. Станислава 1-й степени, св. Владимира 3-й степени, персидский орден Льва и Солнца и множество других званий и наград нажил Яков Александрович, что было бы невозможно, будь он обыкновенным евреем. При монархической власти, права евреев были минимализированы и, вынуждены они были проживать только в черте оседлости, в разные времена права евреев то ослаблялись, то снова ужесточались, но, со времен Петра 1, возможно и раньше, их права были сильно ущемлены и жить наравне с дворянством они, ни в коем случае не могли. Мать Якова, Антонина Подберезская, была католичкой и происходила из шляхетского рода, то есть была знатной полькой, отец же Александр был лютеранином и, самым настоящим евреем. Лютеранство в Российской империи принимали те евреи, которые желали избавиться от тех самых ограничений в адрес их национальности. Сына Якова, то есть отца нашей главной героини, Александр крестил по римско-католическим канонам, дабы сынишке в последующем обеспечить счастливое будущее. В частности поэтому Яков и был почетным блюстителем Екатеринодарского римско-католического церковно-приходского училища. Еще раз напомню, что нам пришлось так глубоко копать в происхождение Юлии Яковлевны, чтобы впоследствии лучше понимать, почему же она стала именно бороться за права женщин а не преспокойно организовывать их жизнь в социуме. И так мы выяснили, что Юлия была дворянско-еврейской крови.
Получив образование в Екатерининской женской гимназии №1, Маглиновская, тогда еще Мордмилович, устроилась работать учительницей воскресной школы, в скором времени её социальный потенциал стал еще больше и, в 1912 году она вступила с инициативой организовать в Екатеринодаре, по примеру других городов, женский клуб для культурно-просветительной и общественной работы, уже в этом году проект был одобрен и Ю. Я. Маглиновская была избрана секретарем клуба. Сообщество имело успех и 152 екатеринодарки с удовольствием записались в клуб, разделившись на комиссии : литературная, библиотечная, хозяйственная, педагогическая, секции гимнастики, швейная мастерская и детский сад. В клубе читались различные лекции, проводились собрания и концерты, жизнь учреждения кипела и, жительницы города с удовольствием находили себя благодаря ему, чувствовали себя значимыми и общественно полезными. В 1913 году впервые в Екатеринодаре отмечался Международный женский день, опять же, благодаря Юлии Яковлевне. Но и этого ей было мало, столько потенциала было в этой женщине.
В 1915 году, после окончания соответствующих курсов в Киеве, она открывает курсы стенографии и машинописи, но уже в 1920-м году ( после смены власти всё изменилось), Коллегией Кубано-Черноморского отдела народного образования, было принято закрыть курсы, обосновав это тем, что их существование нецелесообразно, а оборудование, собственность самой Маглиновской национализировали. Почему так поступили, не совсем ясно, так как курсы пользовались большой популярностью и, позволяли подготовить хорошие кадры для последующей работы на благо нового правительства. Отчасти это произошло из за происхождения самой Маглиновской, ведь после революции, собственность многих дворян и мещан тоже была национализирована, в том числе недвижимость, фабрики, магазины и пр.
Юлии Яковлевне понадобилось целых три года, чтобы прийти в себя, но она не опустила руки и продолжила свою деятельность, но только как стенограф, специалист. С 1923 года работала председателем Комитета стенографов Кубано-Черноморской области, а в 1925 представляла, теперь уже Краснодар на Первой республиканской конференции стенографов в Москве. с 1947 года до своей смерти, в 1964 году руководила кружком стенографии, сначала при Краснодарском Доме офицеров, потом при Совнархозе. Не сменилась бы власть в стране, думаю Юлия Яковлевна добилась бы многого в общественно-просветительской области, ведь изначально она сама создавала и руководила клубами, кружками и курсами, впоследствии ей пришлось работать в найме на государство и, только там где ей скажут работать, рамок для деятельности стало больше, а энтузиазма становилось с годами всё меньше. Могила Юлии Яковлевны Маглиновской сохранилась до сих пор и захоронена она рядом с мужем Степаном Маглиновским на Всесвятском кладбище на "кубанской голгофе". Могила её отца, Якова Александовича Мордмиловича так же сохранилась на том же кладбище.