Битва двух обзоров сериала «Презумпция невиновности» и первый обзор написал Роман Газета.
В кадре тот самый паренёк из «Донни Дарко». Помните, с ним ещё водил дружбу потусторонний жуткий кролик с поломанными ушами. Не иначе, бывший борец.
Не знаю, что стало с кроликом и где он теперь снимается, но Джейк Джилленхол, как по мне, ничего особого не достиг. Хотя замечен в множестве картин, к примеру, в свежем ремейке боевичка «Дом у дороги», где сыграл самого Далтона. Даже в «Горбатой горе» его актёрские таланты заиграли неожиданными красками.
Насчёт актёрских талантов я бы не испытывал иллюзий. «Донни Дарко» остаётся вершиной его творчества. Джилленхол не сменил с тех пор даже выражения лица. Но если для подростка эта физиономия выглядела отрешённо-таинственно, то в роли взрослого могущественного госслужащего вызывает недоумение.
Сериал «Презумпция невиновности» (Presumed Innocent), США, 2024.
Заметили, какое необычное название? Можно было подобрать и покруче, типа «Состав преступления» или «Уголовно-процессуальный кодекс».
Режиссёры Грег Яйтанс и Анне Севитски.
Сценарист — Дэвид Э. Келли (к чему это «Э»? ну да ладно). Бывший юрист прокуратуры с учёной степенью и, что удивило после просмотра, действующий муж Мишель Пфайффер.
В ролях: Джейк Джилленхол, Рут Негга, Кингстон Руми Сауфвик, Билл Кэмп, Ренате Реинсве, Питер Сарсгаард, Тейт Бёрчмор, Роберта Бэссин.
Жанры: драма, криминал, детектив
Рейтинг IMDb: 7.7. С чего бы это?
Знаете, что сразу не понравилось? Автор сценария о прокурорах — бывший работник прокуратуры. Думаете, в длинном сериале есть что-то увлекательное о тонкостях профессии? Какие-то занятные факты из практики или детали из закулисья?
Ничего подобного. Даже не отражена драма человека, в один миг оказавшегося по другую сторону баррикад: из обвинителя в обвиняемые.
В общем, живёт такой себе Расти Сабич (Джейк Джилленхол). Работает окружным прокурором в Чикаго, и в общем всё как у всех: служба-дом, семья-любовница.
В своём особнячке по американской традиции Расти обучает сына игре в бейсбол. В учебниках кинодраматургии положено, чтобы в каждом эпизоде был конфликт, что в принципе нелишне. И этот конфликт появляется: жена требует, чтоб не применяли кручёные броски. Слопали?
Расти вызывают на службу: произошло убийство коллеги. И с не меняющимся унылым лицом, которому позавидовал бы сам Филипп Янковский, главный герой отправляется в долгий многосерийный путь.
А через полсерии, пока жены не будет дома, Расти всё-таки бросит кручёный. А он непрост, этот парень. Идёт против системы.
Какие-то невнятные флешбэки безуспешно пытаются сдвинуть уныло плетущуюся историю. Потом авторы решают не заморачиваться и поручают героям в диалогах объяснить фабулу.
«Мой отец изменял маме» — страдает главный герой. И действительно, слыханное ли дело.
Ещё у Расти проблемы с женой (Рут Негга): та недовольна, что супруг мало времени уделяет ей, и много — работе. Оказывается, виной тому тайный роман Расти с коллегой Каролин (Рената Рейнсве). Всё бы ничего, но именно Каролин находят странным образом связанной и убитой.
Вначале расследование поручено вести главному герою, и он отправляется в тюрьму, где некий душегуб мотает срок за подобное преступление. Линия «Молчания ягнят» вскоре затухает, и на первый план выходят служебные интриги.
Окружной прокурор (не Расти, а его начальник — переводчики постоянно путают звания и должности) переживает, что проиграет на следующих выборах и сокрушается: «Конец моей политической карьере!». Они что, реально чокнутые? Разве задача прокурора — политика?
Постепенно об интрижке Расти узнают и в прокуратуре, и в прессе, и в семье. Теперь он главный подозреваемый. Семья, карьера — всё трещит по вшам.
Вот и гадай, кто убил лору Палмер и подставил кролика Роджера.
Вдобавок оказывается, что Каролин была беременна. Причём от главного героя. Ну здрасьте, Расти. А ещё юрист называется. Как же святое правило Durex sed lex?!
В дебюте вся история настолько тягомотна и невыразительна, будто кто-то рассказывает с набитым ртом.
Да и картинка бледная и жёваная, с соблюдением всего набора оператора-дилетанта. Мельтешение полуторасекундных кадров. Углы завалены, камера трясётся, будто снимали на мобильник. Ну так же нельзя — для чего придуманы стабилизаторы и штативы?
Переизбыток средних и крупных планов. Сцены выстроены небрежно. Постельные сцены в пастельных тонах выглядят безвкусно. Это всё физически тяжело смотреть.
Нельзя сказать, что совсем неинтересно. В сериале столько несуразности и нелепости, что возникает спортивное любопытство: где ещё накосячат?
Мишень для бросания мяча в нескольких сантиметрах от большого окна: они действительно настолько тупые, как говорил Задорнов?
Полиция приезжает арестовывать подозреваемого, который никуда не думает скрываться, аккурат перед рассветом, в пять утра. Вроде бы так поступали только кровожадные чекисты, о чём с самой перестройки нам трубят и ЦРУ и Солженицын.
Заметно, что кадры выстраивались «с холодным носом». Нет никакой изюминки, мало игры без слов. Чем хотели авторы привлечь и удерживать внимание зрителя? Банальным вторичным сюжетом? Картонными персонажами с политкорректной судьёй-негритянкой?
Переводчики тоже постарались, местами называют прокурора прямо противоположным словом «адвокат». Не в курсе, что антоним синонима — антоним?
Почти половину повествования унылый главный герой присутствует во всех сценах! Это невыносимо. Как стендапер какой-то в экранизации автобиографического бреда.
Сюжетная гармония хромает. То попеременно семейная драма/детектив, а то вдруг судебный процедурал длинной в целую серию с бесконечными монологами прокурора и адвоката.
«Суды сводятся к соревнованию историй: у кого интереснее, тот и победил!» — вещает с экрана персонаж. А если обе скучные? — так и хочется спросить. Или если это суд над Джулианом Ассанжем?
И ещё: неужели в Америке окружным прокурором действительно может быть такой беспомощный заморыш?
Ни одного неожиданного поворота в сцене. Не цепляет практически ничего — разве что реплика супруги главного героя: «Нам нужно поговорить». На этом моменте у любого, кто хоть раз был женат, обязательно начинает глаз дёргаться.
С середины сезона попытались оживить историю. Тюфяк Расти вдруг приходит в ярость и избивает коллегу. Не поздновато ли закинута удочка, что психопатом может оказаться сам прокурор?
Его тихоня-жена решает загулять на стороне. Госслужащие вдруг хотят социальной справедливости ни с того ни с сего предъявляют воротилам с Уолл-стрит за ипотечный кризис.
Даже картинка стала яркой и объёмной. Впрочем, это кино уже не спасти.
Вот скажите на милость, почему сериал, начавшийся с убийства Ларисы Груздевой, до сих пор смотрится на одном дыхании? Вдвое меньше хронометраж, при этом куда более насыщен событиями; повествование внятное, герои вызывают доверие и сопереживание.
И каждую минуту интересно: а что же будет дальше?
Помните, как взялись критиковать советское кино в перестройку? Мол, никаких боевиков и про индейцев, сплошные производственные драмы! Отчасти это было правдой, хотя фильм «Кафедра» вполне неплох.
На первом курсе я пересмотрел кучу кинокартин. Виной тому мой лучший друг Тажудин, который к синематографу относился с благоговейным трепетом, точно Караченцов с улицы Капуцинов.
Однажды поплелись мы на какую-то муть про недоперевыполнение плана в лаборатории. Разумеется, задрыхли. Но не скажу о фильме ничего плохого — с таким же успехом мы спали на фильме Тарковского, в котором Янковский (не Филипп) бродит со свечой в руке по грязюке и глубокомысленно взирает, чтоб свечка не погасла.
Вернёмся к сегодняшнему фильму.
Последние годы сложилась устойчивая ситуация: включая любой новый сериал, можно с уверенностью предполагать, что он будет банальным и унылым — пока не будет доказано обратное.
В случае с «Презумпцией невиновности» — не доказано.
Роман Газета для сайта Alterlit.ru