Аня смотрела в его глаза, такие родные, до каждой точечки, серые в коричневую крапинку, гладила непослушный ежик волос, пальцами, легко касаясь, обводила шрамы на руке и спине, и чуть дотрагивалась до замиравших мышц живота. Егор лежал навзничь на брошенном среди бескрайнего поля одеяле и зажмурившись, запоминал эти прикосновения. Она пила его поцелуи, а он – дарил их, нежно касаясь губ и тела любимой женщины…Женщины, о которой мечтал двадцать пять долгих лет… Женщины, которая всегда жила в его душе, которую он помнил босоногой девчонкой, с которой в том, далеком детстве, купался в прохладном озере и к которой боялся даже прикоснуться, такой чистой и нежной она была…
Аня прятала слезы и улыбалась, запоминая прикосновения его рук, его тихий родной голос, упрямо мотая головой на его мягкие уговоры…
- Ты женат, как я твоей жене в глаза смотреть буду? – тихо спросила она, когда его руки требовательно напряглись.
- Егор, Егор, время упущено, у тебя – семья, у меня – дети, не делай больно всем. Мне здесь и сейчас с тобой хорошо, мне так хорошо, что ты даже не можешь этого себе представить…
Она сдержала вздох и спрятала свое лицо у него на груди.
- Черт, черт, черт! – он ударил кулаком об землю, - Нюта, я ждал этой встречи, я представлял ее в деталях, я на похороны отца приехал из-за тебя и послал всех к черту…
- И я ждала, - слабо улыбнулась она, отводя больные глаза в сторону. – Я так много хотела сказать…
Она прикрыла глаза и вспомнила их встречу. Она приехала в родной поселок из далекого города, проведя в пути почти сутки… ради этой встречи… почему-то была уверена, что вот сейчас сможет расставить все точки над i, сказать все, о чем думалось, что лежало в душе тяжелым камнем, попросить прощения и увидеть родные до боли шальные глаза и улыбку… Увидела и – пропала… Пропала, купаясь в ласке его глаз, улыбалась только ему, улыбаясь шуткам одноклассников, ловила на себе его взгляд и прятала счастливые глаза, дарила ему ответную ласку, не смея прикоснуться даже рукой… И только мудрая их учительница видела как между этими двумя снова промелькнула искра, как снова загорелись их глаза и тихо вздыхала – прошла целая жизнь, оба связаны отношениями, детьми, а их чистая школьная любовь никуда не делась…Тамара Ивановна любила эту девочку с карими глазами и теплой улыбкой, такую своенравную и умную, шедшую по ее стопам…Любила и всем сердцем желала этой девочке счастья. Которого жизнь ей отмерила так мало… Желала и жалела – дерево уже стало лодкой, как говорится в старой поговорке, и Аня, она знала характер этой девочки, не сможет переступить черту – для нее женатый мужчина был табу… А любимый женатый мужчина… Сердце заныло и старая учительница, прикрыв ресницами блеснувшие слезой глаза, покачала головой…
- Тамара Ивановна, вам плохо? – раздался голос одной из ее девочек – смешливой егозы, которая несмотря на пятый десяток, таковой и осталась.
- Нет, Катюша, все хорошо, все хорошо. Просто я так рада всех видеть, так рада, что Егор приехал и Аня тоже…- Она прикусила язык, чтобы не сказать лишнего. А эти двое продолжали разговор глазами…Улыбались, смеялись, шутили и ласкали друг друга взглядами, жадно изучая, и подмигивая изредка друг другу.
Они говорили тосты, фотографировались, танцевали и ждали... Это ожидание осязаемо висело между ними, они провожали семейные пары одноклассников, снова шутили и замирали иногда, отсчитывая мгновения…
Наконец, остались вдвоем… Прохладный вечерний воздух охлаждал горящее тело и Аня, запрокинув голову, смотрела вверх. На ночное небо, на большую ухмыляющуюся луну, и усмиряла колотящееся сердце – вдвоем…сейчас она может выложить ему все, и будь что будет…
- Погуляем? – предложила Аня.
- Я на машине, - Егор мотнул головой, - давай проедемся?
-Давай, - она прижалась к нему – теплому, родному, дарящему покой и надежность. И замерла. Егор обнял ее одной рукой и прижался к кудрявым темным волосам. Он вдыхал такой родной и любимый запах… запах, с которым он жил последние двадцать пять лет…Его женщина, нет, его девочка, его Нюта, пахла его любимым морем…
продолжение ...