Набежавшая глубоко за полночь туча обрушила на замершую в ожидание землю потоки дождя, заставив обитателей леса прятать по норам. Потоки воды быстро загасили костер, если бы не предчувствие, заставившее человека соорудить шалаш из разлапистых ветвей ближайшей ели сидеть ему мокрым насквозь. После полудня дождь все никак не хотел прекращаться, превратившись в противную мелкую морось, и разглядывая как вода, веселыми ручейками заливается в черноту провала, ведущего под землю, человек радовался, что успел выбраться вовремя. Мокрый и взъерошенный лис показался из кустов ближе к вечеру, и хоть от него страшно пахло мокрой собакой, человек все равно заботливо укутал животное в свою куртку. Прижав дрожавшее животное к себе, он наделся, что дождь все же скоро пройдет.
На рассвете тучи наконец-то разошлись, и отправившись в путь, человек чувствовал благодарность непогоде за нежданный, но такой необходимый отдых. После мрачных подземелий ему просто необходимо было просто посидеть под небом и привести чувства и мысли в порядок. Хотя и нельзя сказать что он все время предавался приятному безделью. Через плечо человека, теперь, был перекинут новый кузовок с несколькими чагами и мхом для розжига, а в руке он держал самое настоящее самодельное копье. Потратив примерно половину дня и испортив несколько камней, что принес из пещеры он все же смог обтесать один, придав ему листовидную форму. Наконечник получился хоть и слегка зазубренным, но довольно острым в чем человек смог убедиться, не глубоко поранив себе палец. Лис не одобрительно шевелил носом в сторону незнакомого предмета и все так же периодически убегал вперед рыжим призраком мелькая в кустах волчьей ягоды. В очередной раз, выскочив из чащи животное, бросило что-то к ногам человека и тут же стрелой унеслось обратно мгновенно, скрывшись за деревьями. Похоже, что лис теперь воспринимал его как часть стаи, и подняв задушенного зайца человек удивленно хмыкнув, забросил неожиданный подарок в кузовок.
Ближе к вечеру заяц уже вовсю жарился на костре вместе с парой грибов навевая мысли о теплом крове, и мягком кресле в котором так удобно сидеть такими вот вечерами потягивая горячий чай. Не задумываясь, откуда все это приходит, человек лишь меланхолично поворачивал вертел, не давая мясу пригореть, хотя где-то глубоко внутри он ощущал себя очень одиноким.
Добравшись до пещеры Демона, Зло остановилось, подозрительно прищурив налитые кровью глаза. Оно ненавидело эту сущность, старую и могущественную настолько, что раньше Зло никогда бы и не подумало даже приближаться к месту его обитания. Правда сейчас пещера напоминала выеденное яйцо, ее хозяин исчез и если оно не ошибалось Демон ушел вместе с незваным пришельцем. Это заставило Зло содрогнуться в предчувствие беды, Демон был единственным, кого Злу все еще приходилось бояться. Гнев его перерос в ярость, и земля содрогнулась от ударов, которые оно обрушило на своды пещеры. Зло ненавидело свой страх, ненавидело, когда ему сопротивляются, раскалывая скалы, оно бесновалось посреди разрушенного кургана, расшвыривая камни, будто стараясь стереть само воспоминание о Демоне. После того как с пещерой было покончено Зло продолжило свой путь не обращая внимания тени сновавшие вокруг. Его мало беспокоили дикари, приносившие ему жертвы, и постепенно деформировавшиеся, отторгая все человеческое пока не скатились до состояния животных живших лишь примитивными инстинктами. Такова была плата за поклонение Злу. Хотя некоторые наименее расторопные из них привлекали его внимание тут же становясь закуской для своего божества. Так сопровождаемое воплями и криками оно продвигалось по лесу пытаясь нагнать незваного визитера.
После того как носитель покинул забытый город Демону требовался продолжительный отдых. Стараясь не подпустить к человеку древнего обитателя недр, он истратил даже чуть больше, чем мог и теперь дремал, наблюдая сквозь сон за действиями носителя. Но вот какое-то знакомое и очень неприятное чувство дотронулось до его сознания, это походило на то, как тянет край старой плохо зажившей раны. Его пещера. После бесчисленных столетий проведенных в этой каменной ловушке Демон практически сроднился с ней, и даже покинув пещеру, ощущал связь с этим местом, теперь же она оборвалась. Как будто кто-то со всей силы дернул эту тонкую невидимую нить, грубо вырвав ее из «тела» Демона. Из всех обитателей этого мира так могло поступить только Зло. Демон подозревал, что рано или поздно оно почует человека, но надеялся, что к этому времени они успеют уйти гораздо дальше. К сожалению, похоже, этим надеждам не суждено было сбыться, и теперь за ними начнется настоящая охота, по сравнению с которой тени и древние существа покажутся лишь детской забавой. Тяжело вздохнув, Демон «пошевелился» устраиваясь по удобнее, в любом случае у него есть в запасе еще пара дней, которые стоит потратить с умом.
Следующие несколько дней пути прошли налегке и, без каких-либо событий, что показалось человеку сродни глотку свежего воздуха, он просто шел вперед и даже начал наслаждаться видом бесконечного зеленного леса. Лис бежал рядом, периодически убегая на охоту и принося добычу. Судя по всему животному, нравилась жареная еда, и каждый раз, когда человек готовил очередное блюдо, животное сидело рядом, с любопытством водя носом в ожидание, своей доли. После выхода из подземелий лес сильно изменился и на смену глухим почти непроходимым чащобам, пришло редколесье утопающее в высокой траве. Ингода человеку даже казалось, что он вот-вот выйдет из леса и от этой перспективы он непроизвольно вздрагивал. Привыкнув к этому странному месту и его обитателям он откровенно боялся того что могло лежать за его пределами. Благодаря редколесью ночи теперь превратились в царство лунного света, нескованного больше кронами великанов и властвовавшего безраздельно наполняя мир серебристым сиянием. Света луны хватало настолько, что человек стал позволять себе немыслимое – как будто что-то толкало его в спину, он продолжал идти и после захода солнца, останавливаясь лишь на кратковременные привалы. Такими ночами лес полностью преображался. В воздухе с сердитым гулом носились огромные светлячки, некоторые размером с ладонь, шуршали по кустам какие-то мелкие зверьки, на которых с удовольствием охотился лис, подлетая иногда на полметра вверх и исчезая в густой зелени. Иногда вдалеке горели потусторонним светом гнилушки, создавая впечатление сказочности. Забыв про все предыдущие тревоги, человек радовался теплу и даже кратковременным дождям, которые пережидал в небольших рощах, либо вовсе продолжая идти, натянув на голову куртку. То и дело на пути, который все так же лежал на восток им стали попадаться небольшие сопки покрытые деревьями, между которых словно прорезанные ножом виднелись каменные осыпи оврагов. Спускаясь в один из таких распадков, человек натолкнулся на очередную находку, заставившую его надолго погрузиться в раздумья. На его ладони лежала небольшая плоская пластинка, сделанная из отшлифованного метала в несколько миллиметров толщиной с острым краем. Кто в лесу мог создать подобное? Неужели он все же не один или же пластинка пролежала здесь тысячи лет? Воспользовавшись плоским камнем он закруглил часть пластины и обвязав извлечённой из кармана веревкой получил грубое подобие ножа. Сделав для пробы пару взмахов, человек удовлетворенно кивнул. В поисках еще каких-нибудь доказательств того что в лесу по мимо него могли находиться люди он внимательно осмотрел дно и стены оврага с замиранием разглядывая каждый показавшийся ему необычным камень или ветку но так ничего и не нашел. По иронии судьбы доказательство ждало его впереди, и выйдя под вечер, из очередной березовой рощи человек отметил странный звук, которые приобрели его обычно глухие шаги. Каждый удар стопы звучал, так как будто бы он шел по камню. Оглядевшись человек заметил небольшие островки черного цвета выглядывающие из травяного моря. Больше всего это походило на дорогу из похожего на бетон материала который в некоторых местах еще сопротивлялся наползавшей растительности. Наклонившись, человек поднял крошащийся в руках обломок, испачкав пальцы в сероватой пыли. Если судить по остаткам, то ширина дороги была почти шесть метров, и подняв глаза к небу, он понял что она идет точно на восток. Было ли это удачей или простым совпадением человек не знал и если признаться честно не хотел знать. Ему уже было все равно на странность дроги проходившей посреди леса, города мертвых и тварей, хотелось просто идти вперед и не о чем не думать. Хоть и порядком заросшая дорога все еще сохраняла свои первоначальные функции, и идти по ней было гораздо удобнее, чем по лестным тропам. Лис бежал чуть впереди и человек сам того не замечая ускорил шаги стараясь поспеть за своим проворным спутником. Дорога тем временем петляла среди деревьев, то совсем скрываясь под покровом травы, то оголяя целые участки, покрытые серым камнем. День постепенно клонился к вечеру, и заходящее солнце окрасило мир в красные оттенки. Мелькнув на прощание в последний раз, дорога исчезла, так же неожиданно как и появилась, оставив человека стоять в нерешительности. Осматривая последний участок бетонного покрытия, он отметил про себя отметины, оставшиеся на камне, как будто что-то с силой вырвало остальную часть дороги, лишив будущих путников возможности узнать, куда та ведет. Вздохнув от неприятного чувства незавершенности человек, решил дать усталым мышцам отдых, и пристроившись между мощных корней клена, наблюдал, как лис гоняется за стайкой похожих на мышей зверьков разбегавшихся в разные стороны. Почти задремав, он вздрогнул, когда на колени к нему взобралось что-то теплое и лохматое. Судя по довольному выражению, лис успел сытно поужинать и немного покрутившись, устроился на руках человека, согревая его.
Лес затих будто предчувствуя надвигающуюся беду и человек беспокойно обернувшись, замер завороженный картиной бесчисленного множества животных в панике выбегавших из-за деревьев. Шустрые лисы и куницы, похожие на больших собак волки и даже огромные лоси, бегущие рядом с медведями проносились мимо него, не замечая боящуюся пошевелиться фигуру, а за ними неслышно неслись хищные тени. То и дело одно из существ выпрыгивало вперед, и хватая очередную жертву, тут же скрывалось с добычей в высокой траве. Отвлекшись на секунду от теней, он перевел глаза на стену деревьев, за которой стояло Оно. Человек мог разглядеть лишь очертания исполинской туши, вокруг которой клубился туман черный как самая беззвездная ночь. Внутренний голос твердил, что если человек не развернется и не побежит, то его ожидает участь что во стократ хуже любой смерти, но, не смотря на все усилия, ноги отказывались повиноваться, налившись свинцом. Казалось, что сами корни и трава опутали его подобно змеям не давая пошевелиться. Человек чувствовал, что фигура за деревьями пришла сюда именно из-за него, сморщившись словно от горького привкуса, он буквально ощущал как злая воля ищет его повсюду, докуда может дотянуться. Мир постепенно стал выцветать, как если бы кто-то уменьшил контрастность на старом пленочном аппарате, отчего стали видны тонкие лучи света, идущие из-за спины человека. Повернув голову и чуть прикрыв глаза рукой, он различил неясную фигуру, вылепленную из серого тумана похожего скорее на дым от костра, молча стоя возле такого знакомого провала в земле, она призывно махала человеку рукой. Не в силах оторвать взгляд от фигуры он попробовал сделать шаг, радостно осознав, что может хоть и с большим трудом переставлять ноги. Одновременно с этим до него донесся скрип падающих деревьев, которые валило огромное существо пытавшееся выбраться из леса. Внутренний голос, подгонявший его смолк, оставив наедине с хриплым дыханием вырывавшимся из груди и ревом неизвестной твари что гналась за ним пока человек напрягая все силы, шел к манящей его фигуре. Это напоминало движение против сильного ветра либо как будто к спине привязали огромный валун, но все же в последний как ему показалось миг человек все же смог прыгнуть очертя голову в спасительный провал. Который как ни странно закончился, даже не начавшись и вылетевший из него кубарем человек, приземлился на спину, чуть не угодив рукой в горячее угли. Вскочив, он с недоумением уставился на мирно горящий костер и странного, но такого знакомого человека, на руках у которого примостился крупный рыжий лис. Он рассматривал странного человека спящего у дороги. На вид спящему можно было дать лет сорок, хотя возможно его немного старила начавшая уже густеть щетина. Человек автоматически провел по своему лицу, на голове виднелись седые пряди, серебрившиеся на фоне темных волос. Хмыкнув и вспомнив, через что ему пришлось пройти, человек даже немного загордился, что их было не так уж много. Правда вид портила одежда, которой побрезговали бы даже бездомные, настолько грязной и неряшливой она выглядела. Огорченно вздохнув человек покрутил головой гадая что ему делать дальше и не найдя ничего лучшего просто пристроился рядом с собой и закрыв глаза постарался уснуть прямо во сне.
Недовольно поморщившись, Демон обеспокоенно смотрел за плечо спящего человека. Из-за его беспечности вся миссия едва не закончилась полным провалом, восстанавливая силы, он утратил бдительность, и Зло смогло вытянуть душу носителя из его тела, перенеся ее за многие километры прямо в лапы врага. Если бы вовремя пришедший в себя Демон не успел прийти на помощь, то душа человека оказалась бы поглощена, а в его теле поселился бы новый хозяин. Хуже было еще и то, что Демон потратил практически все драгоценные силы, стараясь помочь человеку, и теперь на долгое время оказался беспомощен перед Злом, которое наверняка поняло, где они находятся. Но все же оставалась хрупкая как осенний лед надежда на то, что они смогут убежать, благо Зло все еще находилось довольно далеко.
Многолетние дубы выдирались с корнем и ломались точно сухие ветки когда Зло в припадке бешенной ярости крушило все что попадалось ему под руку. Ему почти удалось поймать незнакомца и если бы не вмешательство проклятого Демона, Зло скинуло бы эту надоевшую ему плоть и вольготно разместившись новом теле, обрело еще больше силы. Оно металось и рыхлило землю вокруг себя, не замечая бегающих в панике теней некоторые, из которых оказались раздавлены не успев убраться из под массивной туши. Рассмотрев незнакомца, Зло еще больше испугалось перемен которые нес в себе этот человек, ощутив очередной приступ ярости от неудавшегося плана, оно врывало из земли огромный валун швырнув его в сторону ни в чем не повинных сосен. Не стоит даже думать о том, что бы попробовать повторить подобный трюк, Демон плотно закрыл «дверь» в разум человека, хотя Зло и успело, поставить на нем свою метку, и теперь точно будет знать, где они находятся. Немного успокоившись и отдохнув, Зло направилось в нужную сторону из небольшого оврага, в который превратилась зеленая роща.
Человек открыл глаза, и удивился, насколько хорошо он помнил свой странный сон. Как будто бы все это было наяву и, повернув голову он, вполне ожидал увидеть самого себя мирно спящего рядом, но рядом никого не было. Перекусив на скорую руку, он подгоняемый неприятным чувством отправился дальше. Ощущение что он куда-то опаздывает, нарастало с каждой минутой, и человек все ускорял шаг, срываясь на бег в тех местах, где это позволяла трава, доходившая иногда до пояса. Лис бежал рядом иногда недоуменно поскуливая глядя на странное поведение спутника. Остатки ночного кошмара постепенно растворились по лучами выглянувшего солнца, словно осколки льда и окончательно успокоившись через несколько часов, человек сбавил темп, и даже несколько раз останавливался, что бы передохнуть.
К средине дня немного замечтавшись, он вышел к краю огромного болота. Казалось что лес просто кончился, превратившись в редкие искривленные деревца растущие на небольших островках и кочки покрытые желтоватой немного жухлой на вид травой вокруг которых простиралась затхлая топь. Стоя возле кромки, дурно пахнущей буроватой воды человек думал, а стоит ли ему вообще лезть в это болото? Может быть, поискать другой более безопасный путь? Вновь вернувшийся мягкий внутренний голос старался убедить его, что если он пойдет в обход то может никогда не добраться до цели своего путь, но страх перед темной глубиной был сильнее. Человек почти смог повернуть назад, когда что-то остановило его. Весь страх и неуверенность исчезли, оставив в место себя только полною уверенность, что путь лежит именно через болото и займет он не более двух дней, в то время как обход может затянуться почти на неделю, и раньше, чем человек понял, что происходит он уже прыгал с кочки, на кочку опираясь на предварительно обломанную крепкую палку. Быстро удаляясь от берега, он обернулся, заслышав громкий лай лиса. Животное бегало по кромке воды, периодически наступая в нее лапой и с недовольным лаем отскакивая назад. Глядя на него человек, чуть было не повернул но тело не слушалось его, понимая что не сможет перейти болото с животным даже если возьмет его на руки, тем более что лис может просто-напросто вырваться и утонуть. Жалобно завыв, лис стрелой бросился прочь, от зловонной лужи оставив в душе человека огромную пустоту. Отвернувшись от берега, где теперь никого не было, он продолжил прыжки, идя по одному ему видимому пути который извивался среди затопленных кочек.
Через несколько часов небо заслонили серый тучи, а поднявшиеся от воды клубы белого тумана, заставили человека, который теперь двигался, как будто между двумя облаками окончательно потерять направление. Он совершенно не понимал, где находится берег и вообще, не ходит ли он кругами настолько одинаковыми казались ему чахлые деревца и редкие участки сухой земли. Оглядывая унылый пейзаж человек, раздумывал, увидит ли он еще лиса и сможет ли его спутник найти его если конечно у этого болота есть край. Сократив видимость до нескольких шагов туман, принес с собой всевозможные звуки некоторые, из которых не могло произвести ни одно живое существо. То и дело вокруг человека рычало, выло, и раздавались равномерные шлепки босых ног исходящие от сгорбленных фигур появлявшихся и тут же исчезавших в бело-желтой пелене испарений, а далекий клекот птиц проносящихся в вышине был приглушенным как будто проходил сквозь несколько слоев ваты. Хотя даже такое отталкивающие, казалось бы, место не было лишено жизни. Через пару часов, когда прыжки по кочкам превратились в рутину возле той, на которую только что приземлился человек, в воздух ударил пятиметровый фонтан воды, и огромная челюсть, похожая на капкан, с лязганьем захлопнулась в нескольких сантиметрах от его ноги. Опомнившись только после того как оказался в десяти метрах от кочки человек удивленно наблюдал как изящно развернувшись участок казалось бы твердой земли ушел под воду напоследок зыркнув на него злыми желтыми глазами. Скорее всего, ему повезло, что крокодил или какой-то другой водяной хищник не посчитал его достойной погони добычей, но человек дал себе зарок на будущее проверять палкой каждый метр, прежде чем ставить туда ногу. Остановившись передохнуть возле очередного поросшего мокрым мхом корявого деревца человек подняв голову, смотрел на еле пробивавшееся через пелену туч и тумана солнце. День тянулся необычайно долго, и временами казалось, что он все еще не перевалил за полдень, хотя судя по тому, как налились тяжестью руки, можно было судить, что прошло не менее четырех часов, с тех пор как человек покинул берег. Ко всему прочему он сильно промочил ноги, которые уже начинало сводить от постоянных прыжков, а места для отдыха все не находилось. Все кочки и островки, на которых он побывал, оказывались либо слишком маленькими, либо мокрыми, так что оставалось лишь прыгать и брести вперед в надежде на удачу. На счастье человека поднявшийся несильный ветерок постепенно стал растягивать туманный занавес и чрез примерно час однообразных упражнений, когда шест был готов вот-вот вывалиться из одеревеневших пальцев, он заметил невдалеке островок чуть больше десятка шагов в поперечнике поросший молодыми деревцами. Однако до него было сложно добраться, путь пересекало особенно широкое пространство воды на поверхности которой так обманчиво опасно колыхался зеленоватый мох. Примерившись человек, прыгнул и, не долетев каких-то пары метров, упал в вводу, погрузившись сразу по пояс. Замерев от испуга, и бестолково расставив в разные стороны руки, он старался ухватиться за ветки или дотянуться палкой до берега. Паника подступала все ближе, в мыслях всплывали образы бездонных глубин в которые он будет медленно погружаться не в силах, что либо предпринять, пока не захлебнется, и содрогнувшись всем телом он еще глубже погрузился под воду когда неожиданно почувствовал что ноги коснулись дна. Крепко стоя на чем-то твердом и сняв с плеча свое самодельное копье, он оперся на него вместе с зажатым в другой руке шестом, и постарался сделать шаг. Идти было чрезвычайно трудно но все же загребая руками и отталкиваясь от дна человек медленно шаг за шагом вытаскивал себя из трясины которая с противными чваканьем и стонами старалось не отпускать свою жертву. С трудом выбравшись, наконец, на берег и упав на четвереньки человек немного отстраненно разглядывал кусок той самой бетонной дороги, которая столь внезапно оборвалась в лесу, она выглядывала из-под воды, уходя все глубже пока не срывалась в болотистой мути, повернув голову он, разглядел и другие фрагменты, лежащие на небольшом островке. Сам островок оказался довольно сухим, заросшим пожухлой травой кусочком суши примерно в полтора десятка шагов, на котором ютилось несколько кряжистых и низкорослых деревьев возле которых набралось достаточно сухих веток для небольшого костра. Развесив на одном из них мокрую насквозь одежду, человек присел возле огня стараясь согреться, и обхватив руками колени. Глядя на огонь он не заметил как на болото погрузилось во тьму подкравшейся словно вор ночи. Над водой начали проноситься непонятные шары света напоминавшие шаровые молнии а за туманной стеной то и дело раздавались стонущие звуки, даже птичьи крики иногда раздававшиеся на гиблой топью больше напоминали плачь. В добавок ко всему свет от костра привлек целые сонмы насекомых, с радостью набросившихся на полуголого человека. Огромные стаи комаров и прочей мелкой заразы роились вокруг огня и от их звона, начинала болеть голова. Отбиваясь от них, и периодически подкладывая в костер мокрые пучки травы, в тщетной попытке отогнать насекомых дымом, человек решил, что эту ночь смело можно было назвать худшей из тех, что выпали на его долю. Топливо для костра быстро кончалось, и вернувшись после очередного похода за сушняком, человек с тревогой отметил изменения, произошедшие, пока он отсутствовал. Судя по всему он был уже не одинок, в нескольких метрах от костра в темноте светились два выпуклых глаза, принадлежавшие скорчившейся на грани видимости фигуре. Визитер не проявлял никакой агрессии, но все же человек стараясь не делать лишних резких движений, подобрал свое самодельное копье до этого мирно прислоненное к дереву. Почувствовав себя немного увереннее, он аккуратно подкинул еще несколько больших веток, и лишь чудом не вскрикнул, рассмотрев своего загадочного гостя. Больше всего существо походило на антропоморфную лягушку с сине-зеленой бородавчатой кожей и длинными щуплыми руками, украшенными причудливыми веревочными браслетами. Оно сидело, подобрав под себя ноги, что мешало определить его рост, однако человек сомневался, что существо будет выше полутора метров. Огромные губы и белесые глаза навыкате казалось, совсем не замечают стоящего в нерешительности человека, и все внимание существа занимал огонь, пляшущий на сухих ветках. Загипнотизированное этим танцем существо не пошевелилось, даже когда человек подбросил дров. Оправившись от первого шока человек заметил что рядом с ночным гостем лежало очень похожее самодельное копье с тем лишь отличием что камень на его вершине был похож на осколок стекла блестевший в красноватых отблесках. Заслышав плеск воды за пределами круга света он по тверже перехватил свое немудреное оружие глядя как из темноты появлялись все новые существа как один похожие друг на друга. Не проявляя никакого интереса к человеку они садились вкруг огня отражавшегося в их мутных немигающих глазах. Немного успокоившись человек сел на прежнее место скопировав позу существ но не выпуская копья из рук. Дрова постепенно заканчивались несколько раз человеку пришлось идти за дополнительным топливом пробираясь мимо этих странных созданий от которых пахло тиной, а те все так же сидели неподвижно глядя в пламя. Не зная, что случиться на рассвете он аккуратно перемещался между сидящих фигур, подбирая последние сухие ветки и пучки трав. Кто мог предположить уйдут ли ночные гости мирно или решат забрать его с собой? К средине ночи, когда одежда окончательно высохла, и недев ее, человек хоть немного согрелся, он подумал, что сможет незаметно уйти в темноте, пока существа поглощены своим немым созерцанием. Даже перспектива ночного перехода по болоту казалась ему привлекательнее полной неизвестности ожидания. Но стоило ему подойти к краю островка, как все существа повернули к нему свои безобразные головы. В их глазах, похожих на блеклые мертвые шарики, нельзя было различить ни единой эмоции и все же человеку показалось, что на него смотрели с недовольством как на громко крикнувшего в библиотеке. Сжав копье побелевшими от напряжения пальцами он приготовился защищаться но существа просто смотрели на него и не найдя ничего лучше человек вернулся к костру вновь повторив позу своих гостей. О сне не было даже речи, как только огонь начинал хоть немного затухать существа тут же начинали придвигаться ближе, сужая круг и заставляя человека испуганно подбрасывать новую порцию дров. Постепенно светлело, болото подернутое туманом просыпалось и, не смотря на то, что от костра расходилось приятное тепло, человек дрожал. Уже готовый бежать, драться или сделать хоть что-нибудь чтобы прекратить томительное ожидание, он с трудом удержался, когда внезапно как по команде все существа встали и все, также, не издавая ни звука, пошли обратно в топь, постепенно растворяясь в тумане который поглатывал их фигуры одну за одной пока человек вновь не остался один. На земле возле самого костра осталась лежать скользкая от слизи зеленоватая монетка. Далеко не с первого раза человеку удалось справиться с дрожью пальцев, и поднять ее. Протерев небольшой кругляшек, он разобрал профиль статной женщины с короной на голове, но детали оттиска утратились из-за возраста монеты. Повинуюсь минутному порыву, он спрятал эту своеобразную плату в карман. Надо было двигаться дальше, но за ночь человек ни только не отдохнул, а казалось, еще больше устал, причем моральная усталость давила на него сильнее физической. С большим трудом переборов себя и то лишь после того как даже звуки шагов ночных гостей затихли тумане, человек встал и медленно побрел дальше.Набежавшая глубоко за полночь туча обрушила на замершую в ожидание землю потоки дождя, заставив обитателей леса прятать по норам. Потоки воды быстро залили небольшую полянку, на которой сидел человек, и, если бы не предчувствие, заставившее его соорудить шалаш из разлапистых ветвей ближайшей ели сидеть ему мокрым насквозь. Костер, разожженный теперь под навесом, плевался искрами, и то и дело пытался погаснуть от небольших струек воды, пробивавшихся сквозь зазоры в самодельной «крыше», вызывал у человека глупую улыбку, как и все происходило вокруг него. Лес казался опьяняюще прекрасным после затхлых и темных подземелий, а крики птиц слышались музыкой, равно как скрип и перестук деревьев вкупе с шелестом и журчанием дождя, превратившегося после полудня в противную мелкую морось, скапливавшуюся на листьях, и виде капель, и устремлявшуюся к напитанной водой земле. Разглядывая веселые ручейки, бегущие по полянке и с шумом исчезающие в черноте провала, ведущего под землю, человек радовался, что успел вовремя. От одной мысли, что в купе с ледяным ветром на него еще и лилась бы вода, он вздрагивал, и непроизвольно протягивал руки поближе к пламени. От ничего неделанья клонило в сон, и решив не сопротивляться, человек заснул убаюканный мерным шепотом воды. Мокрый и взъерошенный лис разбудил его, показавшись из кустов ближе к вечеру, и хоть от него страшно пахло мокрой собакой, человек все равно заботливо укутал сопротивлявшееся первое время животное в свою куртку. Прижав дрожащего лиса к себе, и придвинувшись поближе к костру, он наделся, что дождь все же скоро пройдет.
На рассвете следующего дня тучи наконец-то разошлись, и отправившись в путь, человек чувствовал благодарность непогоде за нежданный, но такой необходимый отдых. После мрачных подземелий время, проведенное в покое под открытым небом, позволило, наконец, привести чувства и мысли в порядок. Однако нельзя было сказать, что он совсем ничем не занимался. Через плечо человека, теперь, перекинулся новый кузовок с шишками, мхом для розжига и всем необходимым для создания факела, а в руке он держал свою гордость - самодельное копье. Испортив несколько камней, что принес из пещеры он все же смог обтесать один из них, придав ему листовидную форму. Наконечник получился хоть и слегка зазубренным, но довольно острым в чем человек смог убедиться, до крови поранив себе палец. Похожий на голубоватое стекло он причудливо искажал солнечные лучи, внушая человеку некоторую уверенность в собственных силах. Лис неодобрительно шевелил носом в сторону незнакомого предмета и все так же периодически убегал вперед рыжим призраком мелькая в кустарнике дикой ягоды. В очередной раз, выскочив из чащи животное, бросило что-то к ногам человека и тут же стрелой унеслось обратно за мгновение, скрывшись за деревьями. Похоже, что лис теперь воспринимал его как часть своей стаи, и подняв задушенного зайца человек удивленно хмыкнув, забросил неожиданный подарок в кузовок.
Ближе к вечеру заяц уже вовсю жарился на костре вместе с парой грибов навевая мысли о теплом крове, и мягком кресле в котором так удобно сидеть такими вот вечерами потягивая горячий чай. Не задумываясь, откуда он все это знает, человек лишь меланхолично поворачивал вертел, не давая тому пригореть, хотя где-то глубоко, внутри он ощущал себя очень одиноким. Не помогал даже лис, так похожий в этот момент на собаку, свернувшийся у его ног и неотрывно следивший за готовящимся мясом.
Добравшись до пещеры Демона, Зло остановилось, подозрительно прищурив налитые кровью глаза. Оно ненавидело древнюю сущность, старую и могущественную настолько, что раньше. Зло никогда бы не подумало даже приближаться к месту его обитания. Правда сейчас пещера скорее напоминала выеденное яйцо, ее хозяин исчез и, если оно не ошибалось, Демон ушел вместе с незваным пришельцем, несущим в себе перемены. Догадка заставила тушу содрогнуться от предчувствия скорой беды. Сколь ни могучим казалось себе Зло, а с эти мерзким Демоном ему все еще приходилось считаться. Гнев быстро перерос в ярость, и земля содрогнулась от ударов, которые Зло обрушило на дом своего врага. Оно ненавидело свой страх, ненавидело, когда ему сопротивляются, и раскалывая скалы, огромная тварь бесновалась посреди разрушенного кургана, расшвыривая камни, будто стараясь стереть само воспоминание о Демоне. После того как с пещерой было покончено Зло продолжило свой путь, не обращая внимания на Теней, сновавших вокруг него. Его мало беспокоили дикари, служившие ему, и постепенно деградировавшие, отторгая все человеческое пока не скатились до состояния животных, живших лишь примитивными инстинктами. Такова была плата за поклонение Злу. Некоторые наименее расторопные из них тут же становились закуской для своего вечно голодного божества. Так сопровождаемое воплями и криками оно продвигалось по лесу пытаясь нагнать незваного гостя.
После того как носитель покинул забытый город Демону требовался продолжительный отдых. Древний обитатель подземелья практически настиг их в и на то, чтобы удержать это безумное создание подальше, Демону пришлось истратить чуть больше сил, чем мог себе позволить и теперь он дремал, наблюдая сквозь сон за действиями носителя. Но вот какое-то знакомое и очень неприятное чувство дотронулось до его сознания, это походило на то, как тянет край старой плохо зажившей раны. Через мгновение пришло осознание. Его пещера! После бесчисленных столетий, проведенных в этой каменной ловушке Демон практически сросся с ней, и даже покинув свое обиталище, ощущал связь с этим местом. Теперь же эту связь разрубили. По ощущениям кто-то со всей силы дернул эту тонкую невидимую нить, грубо вырвав ее из «тела» Демона. Из всех обитателей этого мира так могло поступить только Зло. Скривившись словно от горького привкуса во рту, Демон «оглянулся» назад. Он, конечно же, подозревал, что рано или поздно Зло почует человека, но надеялся, что к этому времени они успеют уйти гораздо дальше. К сожалению, похоже, этим надеждам не суждено было сбыться. Теперь за ними начнется настоящая охота, по сравнению с которой и Тени и древние существа покажутся лишь детской забавой. Хотя то, что для носителя сулило лишь неприятности, для Демона могло обернуться новым поводом к развлечению. Усмехнувшись подобной перспективе, он «пошевелился» устраиваясь по удобнее, в любом случае у него есть в запасе еще пара дней, которые стоит потратить с умом.
Следующие несколько дней пути прошли без каких-либо событий, что показалось человеку сродни глотку свежего воздуха. Он просто шел вперед и даже начал наслаждаться видом зеленной листвы. Охотящийся в зарослях Лис, теперь каждый день приносил тушки животных стоило только устроиться на очередной привал. Судя по всему, животному, нравилась жареная еда, и каждый раз, когда человек начинал готовить, лис сидел рядом, с любопытством водя носом в ожидании, своей доли. Постепенно местность вокруг них стала меняться и на смену глухим почти непроходимым чащобам, пришло редколесье, утопающее в высокой траве. Ингода человеку даже казалось, что он вот-вот выйдет из леса и от этой перспективы он непроизвольно вздрагивал. Привыкнув к странному безграничному лесу и его обитателям, он открыто признавал себе, что боится того, что могло лежать за его пределами. Благодаря редколесью ночи теперь превратились в царство лунного света, не скованного больше кронами великанов деревьев и властвовавшего безраздельно наполняя мир своим серебристым сиянием. Света луны хватало для того, чтобы человек стал позволять себе немыслимое – словно подталкиваемый в спину он продолжал идти и после захода солнца, останавливаясь лишь на кратковременные привалы. Ночью лес полностью преображался. В воздухе с сердитым гулом носились огромные светлячки, некоторые размером с ладонь, шуршали по кустам какие-то мелкие зверьки, на которых с удовольствием охотился лис, подлетая иногда на полметра вверх, исчезая в густой зелени. Временами вдалеке вспыхивали потусторонним светом гнилушки, усиливая впечатление сказочности. Забыв про все предыдущие тревоги, человек радовался теплу и даже кратковременным дождям, которые пережидал в небольших рощах, либо и вовсе продолжая идти, натянув на голову куртку. То и дело на пути, который все так же лежал на восток им стали попадаться небольшие сопки, покрытые лесом, между которыми виднелись словно прорезанные ножом каменные осыпи оврагов. Спускаясь в один из таких распадков, человек натолкнулся на очередную находку, заставившую его надолго погрузиться в раздумья.
Уловив взглядом солнечный зайчик, казавшийся очень неуместным среди серых груд камня, человек наклонился, не удержавшись от громкого возгласа удивления. На его ладони лежала небольшая плоская пластинка, сделанная из отшлифованного, метала, в несколько миллиметров толщиной, с единственным острым краем. Кто мог создать подобное? Неужели он все же не один в этом лесу, или же пластинка пролежала здесь тысячи лет? Разглядывая потемневший металл, человек, откуда-то точно знал о большом содержании углерода, который позволил пластинке сопротивляться губительному влиянию коррозии. Решив не выбрасывать столь полезную находку, он камнем закруглил часть пластины, и обвязав извлеченной из кармана веревкой, получил грубое подобие ножа. Сделав для пробы пару взмахов, человек удовлетворенно кивнул. Теперь разделывать тушки, приносимые Лисом, станет гораздо проще. В поисках еще каких-нибудь доказательств того, что в лесу по мимо него могли находиться люди он внимательно осмотрел дно и стены оврага с замиранием разглядывая каждый показавшийся ему необычным камень или ветку, но так ничего и не нашел. По иронии судьбы доказательство ждало его чуть впереди, и выйдя под вечер, из довольно густого березняка человек, стряхивая с волос очередную паутину, отметил странный звук, которые приобрели его обычно глухие шаги. Каждый удар стопы звучал, так, как если бы он шел по камню. Раздвинув сочные зеленые стебли, человек с удивлением разглядывал плоскую каменную плиту, слегка ушедшую одним краем под землю. Больше всего это напоминало полуразрушенную дорогу, чье похожее на бетон покрытие в некоторых местах все еще сопротивлялось наползавшей растительности, упрямо исполняя свои функции. Наклонившись, человек поднял крошащийся в руках обломок, испачкав пальцы в сероватой пыли. Если судить по тому, что от нее осталось, то ширина дороги достигала почти шесть метров, и подняв глаза к небу, он понял, что она идет точно на восток. Было ли это случайностью или просто удачным совпадением человек не знал, да и, если признаться честно не хотел знать. Он уже устал обращать внимание на странности этого места навроде дроги, проходившей посреди дремучего леса, города мертвых и всевозможных страшных тварей, ему хотелось одного - просто идти вперед и не о чем не задумываться.
Хоть и порядком заросшая, дорога все еще сохраняла свои первоначальные функции, и идти по ней оказалось гораздо удобнее, нежели по извилистым лестным тропам. Лис бежал чуть впереди и человек сам того не замечая ускорил шаги стараясь поспеть за своим проворным спутником. Остатки дороги каменной змеей петляли среди деревьев, то совсем скрываясь под покровом травы, то оголяя длинные участки, покрытые серым камнем. Зарекшись больше ничему не удивляться человек все же не мог представить кому вообще могла понадобиться подобная дорога посреди леса с учетом того, что больше вокруг не наблюдалось никаких следов пребывания людей. Почти перед самым закатом мелькнув последний раз, дорога исчезла, так же неожиданно, как и появилась, оставив человека замереть в нерешительности посреди небольшой ольховой рощицы. Осматривая последний участок бетонного покрытия, он отметил про себя отметины, оставшиеся на камне, как будто что-то просто вырвало остальную часть дороги, лишив будущих путников возможности узнать, куда та ведет. Вздохнув от неприятного чувства незавершенности человек, решил дать усталым мышцам отдых, и пройдя еще несколько минут, устроился у разлапистых корней дерева, наблюдая, как лис весело гоняется за стайкой похожих на мышей зверьков, разбегавшихся в разные стороны. Почти задремав, он вздрогнул, когда на колени к нему взобралось что-то теплое и лохматое, судя по довольному выражению, животное успело сытно поужинать, и немного покрутившись, лис устроился на руках человека, согревая его.
Очнувшись по среди грозно притихшего под серым небом леса, человек беспокойно обернулся, и замер, завороженный картиной бесчисленного множества животных в панике, выбегавших из-за деревьев. Шустрые лисы и куницы, похожие на больших собак волки и даже огромные лоси, бегущие рядом с медведями, проносились мимо него, не замечая боящуюся пошевелиться фигуру, а за ними неслышно неслись хищные Тени. Те же создания что ранее преследовали его, теперь не обращали на человека никакого внимания, увлеченно преследуя новую добычу. То и дело одно из существ выпрыгивало вперед, и хватая очередную жертву, тут же скрывалось с добычей в высокой траве. Послышавшийся низкий гул заставил человека, с трудом отвлекшись от Теней, перевести взгляд на стену деревьев, за которыми, не скрываясь, стояло Оно. Стоявшие почти вплотную стволы мертвых деревьев позволяли различить лишь очертания исполинской туши, вокруг которой клубился туман черный как самая беззвездная ночь. Внутренний голос твердил, что если человек не развернется и не побежит, то его ожидает участь что во стократ хуже любой смерти, но, не смотря на все усилия, ноги отказывались повиноваться, словно налившись свинцом. Опустив глаза, человеку показалось, что корни и трава опутали его подобно змеям, мешая и не давая пошевелиться. Внутренний голос буквально кричал ему, что страшная фигура за деревьями пришла сюда именно за ним, и сморщившись, словно от головной боли, он буквально ощущал, как злая воля ищет его повсюду, докуда может дотянуться. Мир постепенно стал темнеть, словно поглощаемый темной пеленой, исходившей от страшного создания, отчего стали видны тонкие лучи света, идущие из-за спины человека. Повернув голову и чуть прикрыв глаза рукой, он различил неясную фигуру, сотканную из молочно белого дыма, испускавшую мягкий неяркий свет. Молча стоя возле такого знакомого провала в земле, она призывно махала человеку рукой, указывая на проход, ведущий к мертвому городу. Не в силах оторвать взгляд от фигуры он попробовал сделать шаг, радостно осознав, что может хоть и с большим трудом, но переставлять ноги. Одновременно с этим до него донесся скрип и грохот падающих деревьев, которые валило огромное существо, заметившее, что жертва пробует сопротивляться, и пытавшееся выбраться из леса. Внутренний голос, подгонявший его, смолк, оставив наедине с хриплым дыханием, вырывавшимся из груди и ревом неизвестной твари, что гналась за ним, пока человек напрягая все силы, шел к манившей его фигуре. Чем-то это напоминало движение против сильного ветра либо, как если бы к его спине привязали огромный валун неуклонно старавшийся утянуть его назад. Через несколько минут, когда до фигуры из света оставалось всего ничего земля под ногами начала ощутимо подрагивать, и даже не оборачиваясь человек, понял, что его настигают. Холодный пот заливал глаза, а на шее уже чувствовалось прикосновение пальцев страшной твари, но все, же в последний как ему показалось миг, он смог очертя голову прыгнуть в спасительный провал. Который, как ни странно, закончился, даже не начавшись и вылетевший из него кубарем человек, приземлился на спину, чуть не угодив рукой в горячие угли. Вскочив, он с недоумением уставился на весело трещащий костер и странно знакомую фигуру, на руках у которой примостился крупный рыжий лис. На вид спящему можно было дать лет сорок, хотя возможно его немного старила уже начавшая густеть щетина, от чего человек автоматически провел рукой по своему лицу. На голове отчетливо виднелись седые пряди, серебрившиеся на фоне темных волос. Хмыкнув и вспомнив, через что ему пришлось пройти, человек даже немного загордился, что их оказалось не так уж много. Правда внешний вид сильно портила одежда, которой побрезговали бы даже бездомные, настолько грязной и неряшливой она выглядела. Огорченно вздохнув человек утомленно вздохнул, гадая что ему делать дальше и не найдя ничего лучшего просто пристроился рядом с самим собой и закрыв глаза постарался уснуть прямо во сне.
Встряхнувшись, словно пловец после долгого марафона, Демон не мог перестать радоваться. Приключения волновали, заставляя почувствовать себя «живым». Даже то, что из-за его беспечности вся миссия едва не закончилась полным провалом, вызывало лишь приятное чувство беспокойства. Восстанавливая силы, Демон позволил себе утратить бдительность, и неустанно ищущее их Зло рискнуло вытянуть душу носителя из его тела, перенеся ее за многие километры прямо в лапы врага. Не приди Демон в себя вовремя, душа человека оказалась бы поглощена, а в его теле поселился бы новый омерзительный хозяин. Хотя больше всего сейчас Демона тревожило то, что, пытаясь спасти носителя, он потратил практически все драгоценные силы, и теперь на долгое время оказался беспомощен перед Злом, которое наверняка смогло определить, где они находятся. Но, не смотря на все эти трудности у них, еще оставалась хрупкая как осенний лед надежда на то, что они смогут убежать, благо их преследователь все еще находилось довольно далеко.
Дубы, видевшие на своем веку несколько сотен лет, выдирались с корнем, ломаясь точно сухие ветки, когда Зло в припадке бешеной ярости, крушило все что попадалось ему под руку. Ему почти удалось поймать незнакомца и, если бы не вмешательство проклятого Демона, Зло скинуло бы эту опостылевшую ему тушу и вольготно разместившись в новом теле, обрело еще большую силу. Оно металось, рыхля землю вокруг себя, абсолютно не замечая разбегавшихся в панике Теней, многие, из которых, оказались, раздавлены, не успев вовремя убраться из-под массивной туши. Сумев, наконец, как следует «рассмотреть» незнакомца попавшего в его лес, Зло еще больше испугалось возможностей, которые таил в себе этот человек, и ощутив очередной приступ гнева от неудавшегося плана, оно врывало из земли огромный валун, швырнув его в сторону ни в чем не повинных сосен. Раздражало то, что теперь не стоило даже думать о том, чтобы попробовать повторить подобный трюк. Демон плотно закрыл «дверь» в разум человека, правда Зло все-таки успело, поставит на нем свою метку, и теперь точно будет знать, где они находятся. Немного успокоившись и отдохнув, Зло направилось в нужную сторону, с трудом выбравшись из небольшого оврага, в который превратилась зеленая роща.
Человек открыл глаза, удивившись, насколько хорошо он помнил свой странный сон. Словно все это и, правда, случилось наяву и, повернув голову он, даже не вздрогнул, если бы увидев самого себя мирно спящего рядом, но естественно там никого не оказалось. Перекусив холодным мясом на скорую руку, он подгоняемый неприятным чувством тревоги, отправился дальше. Ощущение что он куда-то опаздывает, нарастало с каждой минутой, и человек все ускорял шаг, срываясь на бег в тех местах, где это позволяла трава, доходившая в некоторых местах практически до пояса. Лис бежал рядом, и иногда недоуменно поскуливал, глядя на странное поведение спутника. Остатки ночного кошмара постепенно растворялись, словно осколки льда под лучами выглянувшего солнца, но окончательно успокоиться он смог лишь через несколько часов.
К средине дня, человек вышел к краю огромного болота, и замечтавшись, не заметил, как наступил в пахнущую ряской воду. Брезгливо отдернув слегка промокшую ногу, он с интересом огляделся вокруг. Со стороны могло показаться, что лес просто кончался, превращаясь в редкие искривленные деревца, растущие на небольших островках и кочках, покрытых желтоватой немного жухлой на вид травой, вокруг которых во все стороны простиралась затхлая топь. Стоя возле самой кромки, дурно пахнущей буроватой воды человек думал, а нужно ли ему вообще лезть в это болото? Наверное, стоило, поискать другой, более безопасный путь? В противовес этой идее, вновь вернувшийся мягкий внутренний голос старался убедить его, что если он пойдет в обход, то может никогда и не добраться до цели своего пути, но в этот раз страх перед темной глубиной оказался сильнее. Человек почти смог отойти, повернувшись к топи спиной, когда все его тело замерло, не донеся ногу до порытой мокрым мхом земли. Весь страх и неуверенность исчезли, оставив в место себя только полную убежденность, что путь лежит именно через болото и займет он не более двух дней. В то время как в обход может затянуться почти на неделю, а то и больше, и раньше, чем человек понял, что происходит, он уже прыгал с кочки, на кочку опираясь на непонятно, когда обломанную крепкую палку. Быстро удаляясь от берега, он все же обернулся, заслышав громкий лай лиса. Животное бегало вдоль границы топи, периодически наступая в воду лапой и с недовольным лаем отскакивая назад. Глядя на него человек, едва не повернул обратно, не смотря на тело, которое упорно не желало ему подчиняться. Все тот же голос твердил, что он не сможет перейти болото с животным, даже если возьмет того на руки, тем более что лис может просто напросто перепугавшись вырваться и утонуть. Жалобно завыв напоследок, лис стрелой бросился прочь, от зловонной лужи оставив в душе человека огромную пустоту. Еще несколько минут тот неотрывно смотрел в сторону деревьев в надежде, что животное вернется, после чего тяжело вздохнув и с трудом отвернувшись от пустого берега, он продолжил прыжки, идя по одному ему видимому пути, который извивался среди затопленных кочек.
Через несколько часов небо заслонили свинцовые тучи, а поднявшиеся от воды клубы сероватого тумана, заставили человека, который теперь двигался, будто между двумя облаками, окончательно потерять направление. Он совершенно не понимал, где находится берег, и даже не мог гарантировать, что и вовсе не ходит кругами, настолько одинаковыми казались ему чахлые деревца и редкие участки сухой земли на островках. Оглядывая унылый пейзаж, он, не мог престать думать, увидит ли еще раз лиса, и сможет ли пушистый спутник найти его, если конечно у этого болота есть край. Сократив видимость до нескольких шагов туман, принес с собой всевозможные звуки, некоторые, из которых не могло издать ни одно живое существо. То и дело вокруг человека рычало, чавкало, и утробно выло. Временами даже раздавались звуки больше всего походившие на равномерные шлепки босых ног исходящие от сгорбленных фигур появлявшихся и тут же исчезавших в серо-желтой пелене испарений, а далекий клекот птиц, проносящихся в вышине, слышался приглушенным как будто проходил сквозь несколько слоев ваты. Удивительно, но даже такое, казалось бы, отталкивающее место все же кипело жизнью. Через пару часов, когда прыжки по кочкам превратились в рутину, одна из них, на которую только что приземлился человек, зашевелилась, в воздух ударил пятиметровый фонтан воды, и огромная челюсть, похожая на капкан, с лязганьем захлопнулась в каких-то нескольких сантиметрах от его ноги. Опомнившись только после того, как оказался в десяти метрах от «кочки» человек удивленно наблюдал как изящно развернувшись то, что секунду назад виделось участком твердой земли ушло под воду напоследок зыркнув на него злыми желтыми глазами. Скорее всего, просто повезло, что крокодил или какой-то другой водяной хищник не посчитал его достойной погони добычей, но все равно после такого человек дал себе зарок на будущее проверять палкой каждый метр, прежде чем поставить туда ногу. Остановившись передохнуть возле очередного поросшего мокрым мхом корявого деревца человек подняв голову, смотрел на еле пробивавшееся через пелену туч и тумана солнце. День тянулся необычайно долго, и временами казалось, что он даже не перевалил за полдень, хотя, судя по тому, как налились тяжестью руки, прошло не менее четырех часов, с тех пор как он покинул берег. Ко всему прочему человек сильно промочил ноги, которые уже начинало сводить от постоянных прыжков, а места для отдыха все не находилось. Все кочки и островки, на которых он побывал, оказывались либо слишком маленькими, либо мокрыми, так что ничего не оставалось кроме как прыгать и брести вперед. На счастье человека поднявшийся несильный ветерок начал постепенно растягивать туманный занавес и примерно через час однообразных упражнений, когда шест грозил вот-вот вывалиться из одеревеневших пальцев, он заметил невдалеке островок чуть больше десятка шагов в поперечнике поросший несколькими молодыми деревцами. Радость слегка омрачало то, что, между ним и желанным местом находилось около семи метров покрытой грязными кувшинками воды. Оценив расстояние человек, задумчиво осмотрел шест, который все еще держал в руке. Возможно, если использовать его в качестве опоры, можно попытаться преодолеть все расстояние в один присест. Оглядываясь, человек с сожалением отметил, что кроме заветного островка по близости ничего не наблюдалось, и после десяти минут душевных метаний он все же решился. Примерившись несколько раз для верности, человек прыгнул и, не долетев каких-то пары метров, упал в вводу, погрузившись сразу по пояс. Замерев от испуга, и бестолково расставив в разные стороны руки, он старался ухватиться за низкорастущие ветки или дотянуться палкой до берега. Ноги не ощущали опоры, от чего паника подступала все ближе, а в мыслях всплывали образы бездонных глубин, в которые он будет медленно погружаться не в силах, что-либо предпринять, пока, наконец, не захлебнется. Содрогнувшись всем телом, он еще глубже погрузился в ил, как неожиданно почувствовал, что его ноги коснулись дна. Крепко стоя на чем-то твердом и сняв с плеча свое самодельное копье, человек аккуратно оперся на него вместе с зажатым в другой руке шестом, и постарался сделать шаг. Идти оказалось неимоверно трудно, но все же загребая руками и отталкиваясь от дна человек медленно шаг за шагом вытаскивал себя из трясины, которая с противными чваканьем и стонами не желала отпускать свою добычу. Около получаса длилось это противостоянием, прежде чем уставший и мокрый он сидел возле кромки воды и слегка отстраненно разглядывал кусок той самой бетонной дороги, которая столь внезапно оборвалась в лесу. Она выглядывала из-под воды, пресекая островок, и вновь погружалась, уходя все глубже быстро скрываясь в болотной мути. Сам островок оказался довольно сухим, заросшим пожухлой травой кусочком суши примерно в полтора десятка шагов, на которых ютилось несколько кряжистых и низкорослых деревьев. Благодаря их присутствию, на островке нашлось достаточно сухих веток для небольшого костра. Развесив на ветках ближайшего из деревьев мокрую насквозь одежду, человек присел возле огня стараясь согреться, обхватив руками колени. Дрожа всем телом и глядя на огонь, он не заметил, как болото постепенно погрузилось во тьму подкравшейся, словно вор ночи. Правда темнота продлилась недолго. В ночной тиши, накрывшей мир болото, вспыхивало всевозможными красками грибов, люминесцентных лишайников и гнилых колод от которых исходило слабое свечение. Над водой начали проноситься непонятные шары света, напоминавшие шаровые молнии, а в туманной дали то и дело раздавались стонущие звуки, даже крики ночных птиц, охотящихся над гиблой топью, больше напоминали, плачь. В добавок ко всему свет от костра привлек целые сонмы насекомых, с радостью набросившихся на полуголого человека. Огромные стаи комаров и прочей мелкой водяной заразы роились вокруг огня и от их звона, начинала болеть голова. Отбиваясь от них, и периодически подкладывая в костер мокрые пучки травы, в тщетной попытке отогнать насекомых дымом, человек решил, что эту ночь смело можно назвать худшей из тех, что выпали на его долю. Топливо для костра быстро кончалось, и вернувшись после очередного похода за сушняком, человек с тревогой отметил изменения, произошедшие, пока он отсутствовал. Самое главное и неприятное из которых состояло в том, что, больше он был не один.
В нескольких метрах от костра в темноте светились два выпуклых глаза, принадлежавшие скорчившейся на грани видимости фигуре. Визитер не проявлял никаких признаков враждебности, но все же человек стараясь не делать лишних резких движений, подобрал свое самодельное копье до этого мирно прислоненное к дереву. Почувствовав себя немного увереннее, он аккуратно подкинул еще несколько больших веток, и лишь чудом не вскрикнул, увидев своего загадочного гостя. Больше всего существо походило на антропоморфную лягушку с сине-зеленой бородавчатой кожей и длинными щуплыми руками, украшенными причудливыми веревочными браслетами. Оно сидело, подобрав под себя ноги, что мешало определить его рост, однако человек сомневался, что существо будет выше полутора метров. На «лице» создания выделялись огромные губы, и белесые глаза навыкате которые, казалось, совсем не замечают стоящего в нерешительности человека, и все внимание существа привлекал огонь, пляшущий на сухих ветках. Загипнотизированное этим танцем существо не пошевелилось, даже когда человек подбросил дров, взметнув небольшой фонтан искр. Оправившись от первого шока человек, разглядел еще одну неприятную особенность, рядом с ночным гостем тоже лежало самодельное копье, причем намного лучше выполненное, чем его собственное, белее длинный наконечник казался отшлифованным до зеркального блеска отражавшего алые всполохи пламени. Заслышав плеск воды за пределами круга света человек потверже перехватил свое немудреное оружие, с некоторой апатией глядя как из темноты появляются все новые существа как один похожие друг на друга. Не проявляя никакого интереса к человеку, они садились вкруг огня, отражавшегося в их мутных немигающих глазах. Вскоре половина островка оказалась занята сидящими фигурами, среди которых стоявший человек выглядел, словно пугало, замершее на картофельном поле. Поняв, что никто не собирается на него нападать по крайней мере сейчас, человек слегка неуверенно вернулся к костру и сел на прежнее место, неосознанно скопировав позу существ, но, так и не выпустив копья из рук. Дрова слишком быстро заканчивались и несмотря на страх несколько раз человеку пришлось идти за дополнительным топливом пробираясь мимо этих странных существ, от которых сильно разило тиной и сырой рыбой, а те все так же сидели, неподвижно глядя в пламя. Не зная, что может случиться на рассвете, он аккуратно перемещался между сидящих фигур, подбирая последние сухие ветки и пучки трав. Кто мог предположить уйдут ли ночные гости или решат забрать его с собой? К средине ночи, когда одежда хоть немного подсохла, человек, решил, рискнуть и незаметно уйти в темноте, пока существа поглощены свои немым созерцанием. Даже перспектива ночного перехода по болоту казалась ему предпочтительнее полной неизвестности ожидания. Но стоило ему подойти к краю островка, как все существа словно по команде повернули к нему свои безобразные головы. В их глазах, похожих на блеклые мертвые шарики, невозможно было различить ни единой эмоции и все же человеку показалось, что на него смотрели с недовольством словно на громко крикнувшего в библиотеке. Сжав копье побелевшими от напряжения пальцами он приготовился защищаться, но существа просто смотрели на него и не найдя ничего лучше человек вернулся к костру. О сне не шло даже речи, ведь стоило огню только начать хоть немного затухать, как существа тут же принимались придвигаться ближе, сужая круг и заставляя человека испуганно подбрасывать новую порцию дров. Казалось, что эта ночь тянется бесконечно, луна, ставшая привычной спутницей, за последние дни предательски скрылась за пеленой облаков, не оставив никакой возможности отследить ход времени. Но вот постепенно начинало светлеть, болото, подернутое зеленоватым туманом, просыпалось и несмотря на то, что от костра расходилось приятное тепло, человек дрожал всем телом. Уже готовый бежать, драться, кричать или сделать хоть что-нибудь, чтобы прекратить томительное ожидание, он едва не подскочил, когда внезапно как по команде все существа встали, и всё также, не издавав ни звука, пошли обратно в топь, постепенно растворяясь в утреннем тумане, который проглатывал фигуры одну за одной, пока человек вновь не остался один. На мгновение ему показалось что из его ног удалили все кости и рухнув на землю, он выпустил из легких весь воздух, чувствуя, как постепенно уходит сковавшее его напряжение. Пальцы нащупали на земле что-то склизкое, и отдернув руку, он с удивление увидел лежащую возле костра небольшую зеленоватую монетку, покрытую пахнущей рыбой слизью. Далеко не с первого раза человеку удалось справиться с дрожью в руках, и поднять ее. Протерев небольшой кругляшок, он разобрал профиль статной женщины с короной на голове, но детали оттиска утратились из-за возраста монеты, и повинуясь минутному порыву, он спрятал эту своеобразную плату в карман. Пришло время двигаться дальше, но за ночь человек, не только не отдохнул, но казалось, еще больше устал, причем моральная усталость давила на него сильнее физической. Так что, прислонившись к дереву, он постарался хоть немного расслабиться и лишь после того, как даже звуки шагов ночных гостей затихли в тумане, человек встал, и медленно побрел дальше.