Больно! Боже, как же больно! Как будто её отхлестали розгами. Причём сделали это у всех на виду. Привязали к "позорному" столбу посреди грязной, испещренной затхлыми, несохнущими даже в летний зной, лужами, площади и унизили... Сначала продемонстрировав на всеобщее обозрение её беззащитную, дрожащую от предвкушения скорой расправы, спину, а потом, рессекая ту спину, острыми, как сотня ножей, розгами, и превращая женское тело, а главное душу, в кровавое огненно красное месиво... - Я их видела... Он держал её за руку... Они целовались... Как же сложно было "удержать лицо", когда знакомая с садистским сочувственным выражением лица, рассказывала, как Иван... ЕЁ Иван!.. Вчера... В кафе... А ведь за пол часа до этого он провожал её домой. Они целовались в подъезде и весело спорили о том, кто из них сильнее любит другого... Кстати, за ним тогда было последнее "я сильнее..." В висках стучала одна единственная и на сто процентов справедливая фраза: "отомсти... сделай так же... иди домой