В предыдущей серии:
Эрика, настоящая, перестала наконец радоваться неизвестно чему и проговорила:
— Похоже, он и вправду в штаны наложил...
— Это ты постаралась?
— Ну разумеется, подкинула ему немного безотчётного ужаса и паники...
— Эрика, я... Ты просто невозможна!
— Я знаю...
— Что будет на записи?
— Как и планировали.
— Отлично!
— Я посмотрел на часы.
— Минут через десять болваны из О.С.И. будут здесь.
Надо спешить... Эрика снова взялась за угол полотнища и вернула его обратно. И мы пошли к выходу.
Вы, наверное, спросите, а что тут, чёрт возьми, вообще происходит... И я вам скажу, что ничего хорошего. Совсем ничего.
Звонок.
— Ты где?
— О-о-о, Лира, а где привет? Ладно, шучу, а то ты кричать сейчас начнёшь, я к этому не готов... А на твой вопрос... Сейчас... Переключу на видео... Я нажал значок камеры и вытянул руку перед собой.
И да... Она всё же начала кричать.
Через минуту она поняла, что громкую я не включил, и остановилась, злобно глядя на меня с экрана.
Теперь можно и звук.
— Главное не то, где я, главное, с кем я...
Я чуть повернул камеру, чтобы в кадр попала Эрика. Она помахала рукой экрану и весело прокричала:
— Привет, Лира! Лира замерла, потом закрыла глаза, потом снова открыла их...
И отключилась. В смысле, связь прервала. Неожиданный поворот.
Эрика посмотрела на меня с недоумением.
— Чего это она?
— Понятия не имею, но это мне не нравится! Но, тем не менее, не хотите ли пройтись, юная леди? И я галантно предложил ей свою руку.
Мы не спеша шли вдоль офисных зданий, стеклянных, бетонных, кирпичных, по широкому мощеному тротуару. Людей на улице было немного, хотя дождь уже закончился и где-то там, за свинцовыми тучами, обнаруживался какой-то просвет. Неужели? Мы увидим свет?
Просвет исчез.
— Как думаешь, что она сделает?
— Кто? А, Лира... Всё зависит от того, насколько она в теме всей этой фигни.
— Думаешь, она тоже замешана?
— Не знаю, милая, но если да, то я не хотел бы это знать.
— Ты становишься сентиментальным.
— Я просто хочу покончить со всем этим как можно быстрее и без ущерба для себя. И для тебя. А если Лира «в деле»... То просто уже не будет.
— Ты всё ещё...
— Замолчи, Эрика. Никаких «всё ещё». Всё уже. И давно. Если она связана со всем этим, то кому тогда вообще можно не доверять даже, а просто верить...
— Ты же всегда кичился тем, что ты одиночка и никто тебе не нужен, что ты никому не веришь, никому не доверяешь, никто тебе ни друг, ни брат...
— А вот видишь, как оно теперь...
— Хуже некуда.
— Вот именно.
— Ну ладно, а мы-то что будем делать?
— А мы теперь, милая, будем ждать. Жирдяй Эрхио уже сообщил своему дяде о том, что произошло. Дядя человек разумный, рассудительный и практичный, он отправит агентов в морг, они опросят персонал, который расскажет им, что с самого утра в морге царила мёртвая тишина и спокойствие, агенты посмотрят запись и получат подтверждение этому.
— Чего-то я не догоняю, к чему ты клонишь?
— Гнусные Хранители, откуда ты нахваталась таких слов? Не догоняю...
— Ох, не ворчи...
— Не догоняю, а... Поверить не могу.
Эрика несильно, но чувствительно пихнула меня локтем в бок. Локти у неё острые. Даже через одежду так себе ощущение.
— Поясняю...
И в этот момент моя многословная речь была оборвана телефонным звонком решительно и бескомпромиссно.
А ведь я готовился, там, у себя в голове, параллельно беседуя с Эрикой. Выстроил прекрасное, стройное здание из доводов, аргументов, фактов, украсил его версиями, домыслами и слухами... И пока телефон трындел у меня в кармане, я с грустью наблюдал, как здание рушится, превращаясь в пыль и мелкие осколки... Или этот абзац должен был быть позже?