Именно с дела заместителя министра обороны России Тимура Иванова начались громкие скандалы в ведомстве. Предполагается, что показаний теперь уже бывшего чиновника хватило, чтобы взять нескольких "жирных" фигурантов. Однако в один день скончались два свидетеля по делу уже самого чиновника-"говоруна". Совпадение это, злой рок или чей-то злонамеренный план?
Сначала стало известно о смерти начальника управления государственной экспертизы Министерства обороны России Магомеда Хандаева. Он работал под началом Тимура Иванова и стал свидетелем в уголовном деле шефа. На здоровье генерал Хандаев не жаловался. Смерть его была скоропостижной. Похоронили генерала тоже быстро. По мусульманской традиции на следующий день после кончины.
Целый ряд источников говорят, что в скором времени Хандаев должен был из статуса свидетеля перейти в статус подозреваемого. Не исключено, что генерал и сам знал об этих рисках, потому испытывал серьёзный стресс. Вот организм и дал сбой… Впрочем, семья от любых экспертиз и претензий отказалась, так что теперь мы можем только строить догадки.
Спустя несколько дней после известий о кончине Хандаева, стало известно, что в один день с ним скончался и основной фигурант уголовного дела Тимура Иванова – бизнесмен Игорь Котельников, ему было 52 года. Задержали Котельникова, заявив, что именно он передавал взятки руководству в Минобороны России, в том числе, Иванову – так фигурант заключал крупные контракты с ведомством, а чиновники получали откаты за помощь. Член Совета по правам человека Ева Меркачёва говорит, что Котельников скончался в результате отрыва тромба. Однако для этого, как говорится, были созданы все условия…
Дело в том, что условия содержания в блоке, где находился арестованный Котельников, прямо скажем, неидеальные. Однако касается это не только предпринимателя, но и всех, кто сидит в СИЗО №4 ("Медведь"). Выяснилось, что в качестве камер там часто используют и карцеры. Помещают туда не одного заключённого, а нескольких. Места мало – проветривание нулевое, это может привести к серьёзным последствиям для отбывающих срок ареста. Так вот в карцере последние дни находился и сам Игорь Котельников. По документам, поместили его туда за провинность. Теперь следователям придётся выяснить, действительно ли Котельников нарушил дисциплину, или его поместили в карцер из-за того, что места в СИЗО не было. В целом, схему помещения в карцер в этом СИЗО Меркачева описывает так:
"Некоторые заключенные сидят там в режиме «нон-стоп»: сначала за ту или иную провинность обвиняемому дают максимальный срок пребывания в карцере (15 суток), потом помещают ненадолго в карантин и снова отправляют в карцера. Некоторые заключенные проводили там в общей сложности не один месяц".
Причём, по словам правозащитницы, именно в этом московском СИЗО карцеров больше, чем в других. На что в СПЧ указывали неоднократно, напоминая, что после содержания в карцере бывали и самоубийства, и бунты.
Стоит отметить и ещё кое-что. Вполне вероятно, что карцерами пользовались из-за переполненности изолятора. И переполненность СИЗО, к слову, проблема для России глобальная. В некоторых регионах страны места нет в принципе, потому арестованных переводят в соседние субъекты федерации. А ещё, как мы уже не раз говорили, проблема изоляторов в низком контроле действий арестованных со стороны сотрудников ФСИН. Из-за этого, в частности, стал возможен бунт в ростовском СИЗО, где исламисты захватили несколько человек и смогли даже транслировать свои действия в прессе. Позже и вовсе выяснилось, что заточки радикалы купили у сотрудников изолятора. Каждая стоила всего-то 5 тысяч рублей. Схему передачи оружия придумали специалисты ФСИН – они предложили арестантам устраивать небольшие бунты, чтобы отвлечь других сотрудников СИЗО, не задействованных в схемах. Пока все занимались шумящими арестантами, коррупционеры и передавали запрещённые предметы.
Как нам кажется, вся система ФСИН в свете последних событий требует проверок. Не мешало бы провести и ротации, чтобы разбить действующие коррупционные схемы. По всей видимости, это будет эффективнее, чем бить по хвостам…