Дикий был приступ, просто дикий. Не каждый выдержит. Жел чный. Живот болел так, что я орала на крик. Часов 7. Рвота, задержка стула. В животе, как будто ребенок буянил, то здесь голова вылезет, то здесь. И боль. Как схватки.,, Рожала " весь день. Потом умудрилась встать,вернее, сесть, напиться таблеток и преднизолон не забыла, что удивительно- была от боли в прострации, обе зболов и спазzмол итиков. И фен оzепам. ТемPература поднялась до 39. Был ужас ужасный. Поплелась в туалет и ужаснулась в очередной раз : mo ча коричневого цвета. Трясло до ночи, не ела, пила мало, сахар упал до 3.
Наверное, все-таки , протрясло меня как следует с этими поездками во Владимир. Ела перед приступом творог и кефир без хлеба, больше ничего спровоцировать не могло.
Надо опять самой искать клинику, где удалят желчный под сев ора ном. Все самой, никому я не нужна. Только не надо мне писать- моя бы дочь всех врачей на уши поставила, и всю Москву. У меня никто никого не поставит, тем более, в Москве, которую никто не знает, тем более, у меня нет дочери, а сноха есть сноха. Я никому не нужна. Всем будет только легче, если я сыграю в ящик. Всем надоело со мной возиться. То одно, то другое. Не особо возятся, кстати.
А если со снохой изначально не было тёплых отношений, им неоткуда взяться сейчас. Меня, как будто нет в их жизни. Попросишь что-то- могут помочь, а могут и нет. Хотя только помогала и никогда не ругалась ни со снохой, ни со сватьей. Тогда мы еще более менее нормально жили с БМ, он получал военную пенсию и работал зав. заочным отделением, я подрабатывала и старалась все для детей. Обставила квартиру, которая досталась снохе от бабушки, купила гараж, БМ отдал им машину для них первую. Так что помощь была, и не малая. Потом они поменялись на двушку, я опять помогала. И деньгами, и окна сразу меняли, я оплачивала, и мягкую мебель новую покупала. Конечно, на наши совместные деньги с БМ. Потом они родили внучку и решили переехать в трёшку. Но опять денег не хватало, хотя и был задействован материнский капитал. Опять мы добавляли. Я всю жизнь коплю деньги, во всем урезаю себя. 20 лет ходила в одном пальто и сапогах, вязаный шапочке. Еще из Германии. В этом наряде лук чистила. Но хотелось облегчить детям жизнь. Благодарности не получила. Принято все было, как должное. А сейчас и вообще все забыто.
Так что сама терплю, сама ищу нар коз, сама справляюсь с болячками. Единственно- могут забрать из аптеки таблетки, которые я заказала и выкупила.
Да, с БМ жилось легче в просветах между запоями. Хоть в магазин ходил, картошку чистил, носки одевал. Жалею ли я? Если бы не пил- жалею. Сейчас- даже не знаю. Повторю только- очень тяжело одной. Как вспомню приступ, не могла ни воды налить, ни до туалета дойти. Единственное мое желание- в дом престарелых. Может, какие-то люди там есть.
Которые подадут стакан воды.
Лежу сейчас. Температура 37, 7. Не ем ничего, боюсь. Воду пью. Сноха мне никогда не звонит. Не считает нужным. А уж помочь...Об этом не может быть и речи. Я пишу правду, но сомневаюсь, что до кого-то достучусь.
Ваша Гражданка Собакина