15 октября 1970 года – день, который перевернул историю пассажирских авиаперелетов в нашей стране. Скорее всего, вы знаете об этом страшном событии, но мы все-таки напомним. Хотя бы потому, что за прошедшие с того времени 50+ лет подобное, к сожалению, случалось не раз и нет никаких оснований считать, что каждый такой случай окажется последним. И еще для того, чтобы напомнить: судьба дама суровая и всегда платит по счетам.
Трагедия над Черным морем
В этот день самолет Ан-24 Сухумского авиаотряда совершал перелет из Сухуми в Краснодар с посадкой в Батуми. 46 пассажиров, четыре летчика и стюардесса Надежда Курченко. Да, о ней сразу отдельно, потому что остальные полсотни человек вернутся на землю (кто куда, правда), и только эта 19-летняя девочка навсегда останется в небе.
Это ее, Надю, через четыре минуты после взлета подзовут к себе сидящие в первом ряду два пассажира, мужчина средних лет и мальчик-подросток, и отдадут записку: пилотам немедленно выключить связь с землей и поворачивать на Турцию, иначе всем – смерть, у нас, мол, полная сумка оружия.
Стюардесса успела крикнуть «Это нападение» и загородить собой дверь в кабину летчиков, но старший из террористов (не было тогда такого слова, но кто они, если не террористы?) дважды выстрелил в нее в упор. Надя умерла мгновенно, и это был первая в истории советской авиации попытка угона самолета, в которой погиб член экипажа.
У этих отморозков и правда было оружие, и они стреляли. Ранили троих летчиков, двоих – тяжело, командиру Георгию Чахрахия пуля попала в позвоночник. Ситуация – критичная, в салоне люди, есть маленький ребенок, один пассажир также ранен обезумевшими идиотами. Лететь в Турцию оказалось единственным разумным решением, и пилоты дотянули-таки до Трабзона.
Собаке собачья смерть
Жестокая поговорка, правда? Только Пранас Бразинскас ее заслужил. Советский террорист №1, угнал самолет, убил молодую девушку, ранил четверых, да еще и втянул во все это своего 15-летнего сына Альгирдаса.
Биография этого «человека» (тут без кавычек никак) – просто находка для сценаристов боевиков: во время Великой Отечественной войны служил немцам, после ушел в «лесные братья» (отряды литовских бандитов, окопавшихся в литовской глубинке в середине 1940-х), был дважды судим, даже менял фамилию – в общем, враг как он есть. Люто ненавидел все советское, мечтал об Америке – там, дескать, свобода, а не то что тут у вас в совдепии.
Только со свободой и с «американской мечтой» не сложилось. Приняв израненный Ан-24, турки тут же арестовали Бразинскасов, правда, посадили ненадолго: папаша получил 8 лет, сыночек как несовершеннолетний – два. Выйдя на свободу, они улетели-таки в Америку, но долго мыкались без гражданства и нормальной работы («добросовестно» трудились малярами, вряд ли они мечтали об этом в СССР). Никому они там, в Америке с ее свободой оказались не нужны, хотя Бразинскас-старший все время заявлял, что он, дескать, не бандит, а борец с тоталитаризмом.
Все это здорово сказалось на его характере: ему на каждом шагу мерещились агенты КГБ, а однажды он заподозрил в этом собственного сына. Опять вытащил пистолет, опять пытался стрелять, но сынок оказался проворнее: восемь раз приложил папеньку по голове бейсбольной битой (по другой версии это была гантель). Убил, конечно. Так что там насчет поговорки про собачью смерть? Перед самыми злыми собаками неудобно…
«Домой не вернулась лишь Надя одна…»
Существует мнение, что легендарная песня Александры Пахмутовой и Николая Добронравова «Надежда» посвящена героической стюардессе Наде Курченко. И что песня группы «Цветы» «Звездочка моя ясная» тоже посвящена ей и написана от имени Надиного жениха (свадьба должна была состояться в конце того самого 1970 года). Правда это или только легенда, мы даже выяснять не собираемся, потому что эта девушка заслуживает того, чтобы о ней пели.
Доподлинно нам известно, что советские пионеры семидесятых переделали текст популярной тогда песни «Огромное небо», которую исполняла суперзвезда Эдита Пьеха (специально для молодежи: бабушка Стаса Пьехи). В новой версии были слова: «… и жизнь пассажиров была спасена, домой не вернулась лишь Надя одна…». А еще в честь Надежды Курченко названы улицы, старинный парк в Сухуми, горный пик в Средней Азии, морской танкер и даже астероид. Вот уж поистине: песни у людей разные. Какие люди, такая и память…
А для всех нас эта история обернулась тем, что именно после этого случая были введены продажа авиабилетов по паспортам и тщательные проверки пассажиров перед полетом. Теперь оружие просто так на борт не пронесешь.