Для ряда говоров южных областей России характерно весьма специфическое произношение согласного звука «г», которое в простонародье называется «гэканьем». С точки зрения науки такой звук называется фрикативным (термин, производный от латинского глагола fricare, «перетирать»), а при транскрибировании русской устной речи фиксируется как «ɣ». Нет сомнений в том, что этот звук проник в наш язык во времена глубочайшей древности, но вот когда именно и как образом у него получилось это сделать – вопрос довольно сложный.
История «гэканья»
Вне всяких сомнений фрикативное южнорусское «г» является приобретенным звуком. Это становится очевидным благодаря достижениям такой научной дисциплины, как сравнительно-историческое языкознание.
Ближайшими языковыми родственниками всех славян (образно говоря, двоюродными братьями) являются представители балтской языковой семьи. Будучи когда-то очень распространенной, в историческое время эта общность сжалась до двух народов – литовского и латвийского. В их языках, ровно как и, например, в языке более далеких родственников – немцев, фрикативного «г» нет. Это означает, что звук проник в славянские языки уже позже их окончательного разделения с балтами.
Помимо этого примечательно, что «гэканье» не сумело распространиться на все говоры славян, а является характерным для изолированных групп: русских с юга, украинцев, чехов, но никогда не используется северянами.
Отчасти это можно списать на то, что центр почти всегда невольно навязывает свою речевую норму периферии. И, фактически, язык столицы – равно литературной норме. Примерно таким образом московская форма «аканья», появившаяся по филологическим меркам почти вчера – в позднем Средневековье, сумела вытеснить из языка восточных славян традиционное «оканье». Вообще пример «оканья» интересен тем, что позволяет осознать, какие регионы в старину находились на периферии московского мира и где культурная роль центра ослабевала. Старинное «окающее» произношение сохранилось по медвежьим углам Русского Царства, пропадает в южных и центральных регионах страны, но по-прежнему безраздельно царит в языках западных славян.
Возможно, если бы Русь объединила не Москва, а, например, Брянск, то мы бы считали нормой «гэканье», а твердо этот звук произносили бы только где-то в далеких селах Архангельской области.
Однако, такое объяснение неудовлетворительно по отношению к появлению «гэканья», так как это явление распространено среди народов, которые никогда не входили в пределы одной державы, поэтому культурного влияния какого-то одного центра быть не могло. Это указывает на глубочайшую древность южнорусского фрикативного «г». И ответ на вопрос его происхождения надо искать в дисциплинах, смежных с археологией.
Для этого надо сопоставить следующие данные: очертить круг древних культур, с которыми соседствовали ранние славяне, и, отследив развитие их языков, определить, кто бы из них мог заронить этот звук в русскую речь.
В хрестоматийном труде советского историка В.В. Седова «Происхождение и ранняя история славян» было высказано предположение, что «гэканье» могло зародиться в северном Причерноморье в первые века нашей эры среди носителей так называемой Черняховской археологической культуры.
Черняховская археологическая культура
Черняховскую археологическую культуру (приблизительно I – IV век нашей эры) следует относить к одной из самых древних достоверно славянских. Реалии жизни в те далекие времена были таковы, что представители разных племен и народов могли долгое время сосуществовать чересполосно: поэтому недалеко от славянских могил можно найти поселения скифов, готские курганы и следы жизни других древних племен.
Это этническое многоголосье угасло в IV веке нашей эры из-за опустошительного нашествия гуннов. Народы, которых приютило гостеприимное побережье Черного моря, были вынуждены в спешке разбредаться кто куда. Славяне Черняховской причерноморской культуры пережили сильный удар, но сумели выстоять, впоследствии регулярно объединяясь и контактируя с другими древними группами своих сородичей (в частности, с пшеворскими славянами).
Среди прочего, насиженные места у берегов теплого моря были вынуждены покинуть потомки иранских кочевников, скифы. Они долго блуждали по миру в поисках новой отчизны и в конце-концов нашли новый дом в Кавказских горах. Осев там, они со временем превратились в народ, который сегодня известен нам как осетины. В наше время осетины являются последними прямыми потомками грозных хозяев степей древности – скифов и сарматов. И в их языке, который является естественным развитием речи древних иранских скотоводов, есть очень много характерных фрикативных звуков.
Опираясь на наличие фрикативного «г» у современных осетин, достоверное проживание их предков и славян в пределах одного региона, можно утверждать, что южнорусское фрикативное «г» — результат древнейшего славяно-иранского контакта, случившегося на заре нашей эры.