Олег Всегдаев в соавторстве с Валерием Чернышевым и Хаялом Мусаевым
(Продолжение. Начало в 1-й части данной серии публикаций)
Нашей землёй парадокс хороводит
Хоть и французы весёлый народ,
Стал планетарным их Дух Свободы
И ускорил развития общего ход,
И других он коснулся народов.
Я решил подарить им свободную волю.
Чтобы умными стали они, благородными,
Как французы добры и красивы душою.
Чтобы чаяния были у них мушкетёрские.
Приключения чтобы любили отчаянно.
В путешествия чтобы стремились заморские.
И влечение не было чуждо им к тайнам.
Уважать научились бы других людей.
И конечно же были бы сами тем дороги.
Чтобы были открыты для крестьянских детей
Все возможности и все дороги.
Видел в людях я только освободителей.
С их боролся плебейской природой.
С шеи сбросить народа хотел вредителей,
Чтобы Воли сияла звезда в небосводе.
Прежде чем Англию покорить,
С войском пойти я решил на Россию.
Крепостников её освободить,
Объединить свои с ними силы.
Не соблюдал Александр Первый
Наш договор заключённый в Тильзите.
Он обрастал окружением скверным
Был под влиянием иезуитов.
Тщетно пытался прогнать из России
Он эту братию. Как бы не так.
С ним нас в итоге они и стравили.
Нам не давали сдружиться никак.
Был Александр умён, образован.
Даже стремился ввести конституцию.
От крепостного хотел он позора
Землю избавить русскую.
Но не всегда безраздельная воля
Принадлежит особам монаршим.
Чаще всего в их судьбе только горе,
Да во предательстве люди погрязшие.
Павшим от рук заговорщиков был
Павел – отец его. Он это знал.
Это сбавляло наследника пыл
И умаляло начальный запал.
Некто умело преподносил -
Что унижением было для русских
Мир, что в Тильзите мы с ним заключили.
Я ж заключался с ним в братские узы.
Недруги слухи в народ распускали -
Мол Александр безволен и слаб.
И ничего ему не оставалось
Как объявить, что России я враг.
Я же считал, что российскому люду
Равенство, братство, свободу несу.
Думал, за это меня не осудят
Думал, что русские братья поймут.
Но на холодной российской земле
Не был я понят, и был отвергнут.
Толи не верили русские мне,
Толи настойчив был я чрезмерно.
Может быть зря я пытался силой
Правду народу России нести?
Что же наделал я?! Их просветить бы,
Прежде чем с войском в их земли идти.
Надо и даже врагам ретивым
Долго и тщательно всё объяснять.
Не утверждается истина силой.
Лучше мотивы свои раскрывать.
Может быть так, что и не понимают
Те, кого вызволить хочешь из бед,
Или об этом и вовсе не знают -
Смысла тогда воевать уж и нет.
То осознал я отчётливо, ясно.
Как же обидно мне славный Хаял.
Эх, не донёс я до русских напрасно
Всё то что видел я и сознавал.
Царь же их был лаконичен и прост.
Славу покрыв он так воинства русского,
Дивный вручил Александровский мост,
Великодушно, народу французскому.
И вопреки ожиданиям,
Русский солдат был весьма благородным.
Тут же он нёс от своих наказание
Если был груб к побеждённым.
Большая часть же российского войска,
Хоть у хозяев и впала в немилость,
Пооставалась во Франции после.
Их не прельщала иная действительность.
Холод России и рабская данность
Или свободный и тёплый ветер?
Выбор вполне очевиден и явен -
Тот, кто свободен уже не беден.
Истине надобно всё победить,
Так же, как солнцу светить ей надо.
Необходимо вставать и идти.
Тот не летал кто не падал.
Истину звать на Разумный Суд
Надо всегда, то во что бы ни стало!
Истина дарится Богом за труд,
С ней же - отважность и слава!
Я ведь сражался, боролся за истину.
Так и не смог - не дошёл, не дополз.
Хоть я и шёл напрягаясь неистово.
Было обидно мне, друг мой, до слёз…»
(Продолжение в сл. 2- х частях данной серии публикаций)
Канал "Людие" - всё о славянстве.