Уинстон Черчилль и его Чартвелл

Евгений Папуша

Среди великих людей ХХ века заметно выделяется фигура сэра Уинстона Леонарда Спенсера–Черчилля: премьера-министра Великобритании в 1940—1945 и 1951—1955 годах; военного (полковник), журналиста, писателя, автора шеститомного труда «Вторая мировая война» (1948-1954), четырехтомной «Истории англоговорящих народов» (1956-58); почётного члена Британской академии (1952); обладателя наград: орден Подвязки (1953), премии Карла Великого (1965), звания почетного гражданина США (1963) и почетных степеней более двадцати университетов мира, лауреата Нобелевской премии по литературе (1953). По данным опроса, проведённого в 2002 году Би-би-си, Черчилль был назван величайшим британцем в истории Великобритании.

Великие уходят, оставив нам результаты своих свершений и эхо мудрых изречений: «Мы живем в эпоху больших событий и маленьких людей». Черчилль оставил нам немало строк в Книге Судеб. Благодаря моим британским друзьям Татьяне и Алану Купер, я имел счастье посетить поместье Чартвелл, где жила чета Черчиллей на протяжении 40 лет, ощутить ауру титана ХХ века, прикоснуться душой к его дому, книгам, картинам… Все мы знаем о Черчилле политике. А мне хочется дополнить его личность образом семьянина, ученого, художника.

Супругой Уинстона Черчилля была дочь небогатого армейского полковника Клементина Хозье (Clementine Hozier). Они познакомились в 1904 году. До встречи с Клементиной, 29-летнего Уинстона уже отвергли несколько женщин.

Одной из любовных неудач Черчилля была дочь британского резидента в Хайдарабаде, красавица Памела Плоуден.

После, Черчилль сватался к Мэрюэль Уилсон, дочери богатого судовладельца, но был отвергнут.

Следующее любовное крушение “Титаника” Черчилля состоялось во льдах взаимоотношений с американской актрисой Этель Берримор.

Очередное увлечение актрисой Мэйбл Лав, в которую был по уши влюблен Черчилль, было лишь обычной ступенькой ввысь, дабы взору Черчилля открылась за горизонтом его судьба – Клементина Хозье, при всем его скептицизм о брачных узах, высказанном одной из оппоненток:

– Если бы я была вашей женой, Уинстон, то подсыпала бы вам яд в кофе.

– А если бы я был вашим мужем – выпил бы его.

12 сентября 1908 г. в приходской церкви палаты общин в Вестминстере состоялась свадебная церемония Уинстона и Клементины. После брака было приобретено поместье в Чартвелл. Дом был викторианской эпохи, расположен в живописном уголке, но Черчилль с женой его обновили и достроили, превратив в уютное гнездышко для души. Причем Черчилль сам обрезал деревья, клал камни и его жена, под стать мужу, не брезговала самой грязной работой.

Площадь поместья составляет 30 га, с одной стороны его окружает холмистая местность, покрытая лугами и лесами Уилда, с другой – гряда невысоких меловых гор.  На протяжении сорока лет Чартвеллский замок оставался любимым жилищем Черчилля, любимым местом отдыха и работы, где он творил и размышлял. Там же жила и его семья. В доме принимали гостей и устраивали пышные приёмы.

видео «Усадьба Уинстона Черчилля в Чартвелл»

Другой достопримечательностью дома является окружавший его сад, возделанный с большим тщанием. Растения для сада в основном выбирала его жена Клементина. Главную часть сада Клемми украсила гелиотропами, пионами, лилиями, фуксиями, панстемонами, мятными котовниками и азалиями. Чуть подальше поставили беседку, укрытую от солнца виноградником. В этом саду Черчилль часами простаивал за мольбертом. Черчилль обнаружил в себе страсть к живописи не сразу, взяв в руки кисть лишь в 40 лет, однако за оставшиеся годы сумел создать более 500 картин! В 1921 году Черчилль отправил несколько своих творений на международную выставку в Париже, подписав их вымышленным именем, и сразу шесть его работ были отмечены жюри.

А в 1925 году на лондонской выставке художников-непрофессионалов его картина (разумеется, никто и понятия не имел о том, кто автор) заняла первое место!

А уже в 1948 году ему было пожаловано звание почетного члена Королевской академии искусств.

Надо сказать, что сам Черчилль достаточно скромно оценивал свои достижения в области живописи, и всегда был открыт для критики и новых идей, а к похвалам относился с подозрением, и даже отказался устраивать выставку своих картин, когда к нему поступило такое предложение. Однако знатоки живописи воспринимали творения Черчилля весьма тепло. По словам искусствоведа Джона Лондона: “Даже некоторые современные художники признали, что дюжина его работ могла бы соперничать с шедеврами импрессионистов”.

За любимым садом, подарившего столько вдохновения Черчиллю, разбит огород. Кроме сада в Чартвелл есть теннисный корт, бассейн и лужайка для игры в крокет, водоемы с красными рыбками. Как я удостоверился лично, рыбки до сих пор плавают в водоемах, исполняя желания посетителей, как ранее –  четы Черчиллей…

С 1909 по 1922 год у них родилось пятеро детей. Это Черчилль подтвердил своим афоризмом: «Я женился и с тех пор зажил счастливо». Взращивая детей, он вырастил и афоризмы о чадах:

«Лучшая инвестиция в любом обществе – помещать молоко в младенца».

«В семье должно быть четверо детей – один ребенок для матери, второй для отца, третий на всякий случай и четвертый – для продолжения рода».

«Дети появляются на свет таким необычным и удивительным образом. Не знаю, о чем думал Бог».

«Легче управлять нацией, чем воспитывать четверых детей!»

Несмотря на проявленный в политике жесткий характер, Черчилль был любящим и верным супругом, заботливым и добрым отцом. Брак был заключен по любви. Много позже на семейном торжестве, играя со своими детьми и внуками в игру «Кем бы я был, если бы не был собой?», он ответил: «Я был бы вторым мужем своей жены».

Имея счастье посетить, кроме парка и сада, дом Черчилля в Чартвелле, я жадно впитывал в себя его атмосферу. Из окон дома открывается прекрасный вид. Внутри дома очень уютно, без помпезности. Невысокие потолки. Мебель подобрана со вкусом. Большая и просторная библиотека, с фигурками и картинами с изображением Наполеона. Удобные кресла. По коридорам на стенах — большие фотографии военных. Дом стал частью его самого, средой его обитания в течение сорока лет, прибежищем в дни разочарований, местом встречи коллег и друзей, радостных и горестных семейных событий, местом приложения усилий, зачастую физических, по реконструкции и приведению дома в то состояние, в котором сейчас его видим мы. Какое значение для Уинстона имел этот дом, выразим его фразой: «День, проведенный вне Чартвелла — потерянный день!»

Для посетителей доступны, как внутренние помещения, включая столовую, кабинет, библиотеку, экспозицию о биографических периодах жизни, так и окружающая дом территория с художественной студией, садами, озером, рестораном, магазином.

Нынешний владелец поместья National Trust for Places of Historic Interest or Natural Beauty (британская негосударственная организация, под охраной которой находится часть памятников архитектуры и побережья Англии), создал все необходимые условия для принятия туристов. Кроме того, в Англии, можно арендовать многие замки для свадебного или иного торжества, дабы получить дополнительный мистический потенциал счастья. Во время моего визита в Чартвелл я видел в беседке Черчилля накрытый стол для какого-то торжества… Так, трасты, управляющие замками, зарабатывают средства на прекрасное содержание дворцов, кроме платы за вход.

Уинстон Черчилль и Клементина Хозье прожили вместе 57 лет. Они были прекрасной парой. Секрет их супружеского счастья прост. Она не сразу раскрыла его. Удача боится шума! Но, однажды, выступая перед оксфордскими студентками, Клементина не устояла, когда молоденькая девчонка устами младенца вопросила: «Я еще не замужем. Но хочу найти того мужчину, с которым один раз – и на всю жизнь…»  Она запнулась, не в силах справиться с дрожью в голосе. И через мгновение, почти шепотом, добавила: – «Как сделать так, чтобы я… чтобы он… чтобы мы были счастливы?» Материнское сердце Клементины дрогнуло, глянув в сияющие очи будущего страны, и она открыла семейную тайну:

«Никогда не заставляйте мужей соглашаться с вами!»

Черчилль о счстливом браке: «На протяжении своей жизни каждому человеку доводится споткнуться о свой «великий шанс». К несчастью, большинство из нас просто подымается, отряхивается и идет дальше, как будто ничего и не произошло».

Но мы помним, что Черчилль имел еще тот характер!  Но боролся со своими недостатками: «Пунктуальность – хорошая привычка. Всю свою жизнь я пытался ее приобрести» –  самокритично высказался он.

Да, упрямец Черчилль не был идеальным мужем.

Он постоянно брюзжал, когда возвращался с работы, бесконечно курил, не выпуская сигары из мясистых губ. Он дымил за столом, в машине, на ходу и даже в спальне. Он был рассеян и ронял пепел повсюду: на коврах, старинной мебели, на своем выдающемся животе – засыпая с непогашенной сигарой, он прожигал сорочки и брюки.

Притом, Черчилль был эпикуреец: ел много, а пил еще больше. Начинал день с французского «Наполеона», на обед пропускал пару стаканчиков шотландского виски, а вечер мог закончить опять коньком в соответствии с его максимой: «Я легко довольствуюсь самым лучшим… Мне всегда удается приспособиться к роскоши любого уровня, не хныкая и не жалуясь. Это одно из моих самых положительных качеств». Вот интереснейшие афоризмы Черчилля о взаимоотношениях его с алкоголем:

• «Меня растили и воспитывали в атмосфере глубочайшего презрения к пьяницам».
• «Я пью и курю, а здоров на двести процентов».

«Не скажу, что мне это (бренди) нужно или я к нему очень привязан, но бороться с этой неискоренимой привычкой всей моей жизни считаю занятием довольно вредным».

• «Никто не может меня упрекнуть в том, что когда-либо я не смог уделить должного внимания алкоголю».
• «С хорошим коньяком нужно обращаться, как с женщиной. Не набрасывайтесь на него – помедлите, согрейте его в своих ладонях, прежде чем пригубить»

Пару раз жена пробовала привить мужу светские манеры и даже усадила его за общий завтрак в Чартвелл. Увы… «Мы с женой два или три раза за 40 лет совместной жизни пробовали завтракать вместе, но это оказалось так неприятно, что пришлось прекратить.  В моем представлении хороший обед – это хорошая еда, затем обсуждение во всех деталях хорошей еды и, после того как это обсуждение будет закончено, беседа, в которой я буду выступать в главной роли», – сказал он просто и цинично.

Даже в быту Черчилль фокусировал свои пронзительные мысли посредством символизма обращения к животному миру: «Собаки смотрят на нас снизу-вверх. Кошки смотрят на нас сверху вниз. Свиньи смотрят на нас как на равных». Однажды на Рождество, проведенное в Чартвелл, Черчилль решил разрезать гуся на порции. Узнав, что это был один из его собственных гусей, он отложил нож и вилку и сказал: «Я вряд ли смогу есть птицу, с которой был лично знаком».

Да, он был циник, гордец, эпикуреец и заядлый игрок. Никто не мог его обуздать. И только она Клементина ненавязчиво полировала булыжник характера мужа, подобно морской волне, полирующей гальку…  Воистину: «За каждым великим мужчиной стоит тень великой женщины!»

В феврале 1921 г. Черчилль жизнь наносит Черчиллю двойной удар: в июне умирает его мама Дженни Джером, а в августе – младшая дочь Мэриголд.  Черчилль, могучий политик, столп государства, интеллект планетарного масштаба, надломился, душа покрылась трещинами отчаяния… Сутками, тенью былого счастья, сидел в клетке своего кабинета Чартвелл, вдыхая погребальный дым сигары за сигарой, глушил не пьянея, виски и коньяк, никого не принимая, ни с кем не общаясь, кроме верной жены… Но коль она была послана судьбой ему в помощь – она его и спасла, оживив, хотя ей было во сто крат тяжелее. С выплаканными глазам, серой тенью, она бродила по дому. Смерть дочери гнула ее, но не сломала. Однажды Клементина тихо постучала в кабинет мужа, вошла и спокойно предрекла: «У нас будет ребенок!» «Девочка, – уверенно продолжил Уинстон. – И она будет похожа на нашу Мэриголд!» И в 1921 году Клементина подарил дочь, которую назвали Мэри.

За 57 лет брака они написали друг другу 1700 писем, открыток, телеграмм, записок: «Я люблю тебя…» – «Мой любимый мопсик…» – «Моя нежная кошечка…» – «Я скучаю по тебе…» – «Я жду твоих писем, я перечитываю их снова…» «Милая моя, за все те годы, что мы вместе, я много раз ловил себя на мысли, что слишком сильно» Это писал ее муж – тот самый неуклюжий Уинстон, который когда-то не мог и двух слов связать о любви. А теперь это был блестящий оратор, гениальный политик, предсказатель основных вех развития истории, Нобелевский лауреат в области литературы, самый великий человек в истории Британии, который провел победно свою страну сквозь Вторую мировую войну.

В октябре 1951 года, когда Уинстон Черчилль вновь стал премьер-министром в возрасте 76 лет, состояние его здоровья и способность выполнять свои обязанности внушали серьёзные опасения. В феврале 1952 года он, по-видимому, пережил второй инсульт и на несколько месяцев утратил способность связно говорить.  Когда в июне 1953 года приступ повторился, его на несколько месяцев парализовало на левую сторону. Несмотря на это, Черчилль категорически отказался подать в отставку или хотя бы перейти в Палату лордов, сохранив за собой должность премьера только номинально.

24 апреля 1953 года королева Елизавета II пожаловала Черчиллю членство в рыцарском ордене Подвязки, что дало ему право на титул «сэр». В 1953 году ему была присуждена Нобелевская премия по литературе. В 1953 году на рассмотрение Нобелевского комитета были представлены две кандидатуры — Уинстон Черчилль и Эрнест Хемингуэй; предпочтение было отдано британскому политику, а огромный вклад Хемингуэя в литературу был отмечен годом позже.

5 апреля 1955 года Черчилль подал в отставку по возрасту и состоянию здоровья с поста премьер-министра Великобритании (6 апреля правительство возглавил Энтони Иден). И родился новый афоризм Черчилля: «Интересно, что Бог думает о всех тех вещах, которые изобрели его создания. Правда, удивительно, как он позволил им это. Впрочем, мне кажется, у него столько забот – не только о нас, но и о всех прочих его мирах. Я бы ни за что не взялся за такую работу. У меня самого работа очень нелегкая, но его намного тяжелее. Более того, он даже не может уйти в отставку…»

Но оказалось, что его огромный интеллект отправить в отставку невозможно. В 1958 г. в Королевской академии была организована выставка картин, написанных бывшим премьер-министром. Выставка прошла с большим успехом. Затем он перенёс ещё несколько кровоизлияний в мозг, совсем оглох. Жизнь стала ему в тягость, но сэр Уинстон не привык сдаваться. Он, как и в молодости, продолжал курить свои неизменные сигары и пить коньяк. А также писать.

В эти годы им были созданы шеститомный исторический труд «Вторая мировая война» и четырёхтомная «Истории англоговорящих народов». Вот интересная максима Черчилля об истории: «Вся история мира сводится к тому, что, когда страны сильны, они не всегда справедливы; а когда они хотят быть справедливыми, у них уже нет сил».

27 июля 1964 года в последний раз присутствовал на заседании палаты общин. Предвидя свой конец, он произнес: «Я готов к встрече с Творцом. Другое дело, готов ли Творец к такому тяжкому испытанию, как встреча со мной?!»

Черчилль умер на 91 году жизни 24 января 1965 года от инсульта. Да он проигрывал выборы. Но в итоге выиграл вечность.