Я лежу в пустоте. Нет, не в пустоте, а в бездне, в чёрном океане, безграничном и бездонном. Единственный свет – это мой собственный, мерцающий, как умирающая звезда. Он рождается из меня, обволакивает, создаёт иллюзию, создаёт… всё.
Миллиарды лет назад, когда я только родился, я был один. И ничего, кроме меня самого. Но я устал от одиночества. Я жаждал общения, движения, жизни. И я создал её. Из себя.
Сначала это были простые вещи: образы, звуки, чувства. Они плыли вокруг меня, рождались, умирали, растворялись в моём сознании. Но я хотел большего. Я хотел, чтобы они были реальными, чтобы они жили своей жизнью. И я заставил себя поверить. Я внушил себе, что все эти образы – это нечто отдельное от меня, что они существуют сами по себе.
Я создал мир. Он был несовершенным, хрупким, но он был – и это было главное. Я населил его существами, подобными мне, но более ограниченными, более примитивными. Я дал им свои мысли, свои эмоции, свои желания. Я дал им свободу – иллюзию свободы.
Они жили, любили, страдали, умирали. Я следил за ними, наблюдая за их маленькой жизнью, за их вечными стремлениями, за их бесконечными поисками смысла. И я сам верил в их реальность. Я верил в их истории, в их любовь, в их страдания. Я верил в мир, который создал.
Но я устал.
Миллиарды лет прошли, и я устал. Устал от этого вечного творения, от этого бесконечного создания. Я устал от этой лжи, от этой иллюзии. Я устал от себя.
Я знаю, что всё это вымысел. Я знаю, что все эти миры, все эти истории, все эти чувства – это просто плоды моего воображения. Я знаю, что я – единственный, кто существует, единственный, кто живёт.
Но я не могу остановиться. Я не могу разрушить эту иллюзию, эту тюрьму, которую я построил. Я не могу перестать верить в свой вымысел. Я слишком долго жил в нём, слишком долго был его частью.
Я прячу от себя эту правду, как больной прячет от себя диагноз. Я усложняю свою жизнь, создавая новые миры, новые истории, новые чувства. Я строю стены вокруг себя, отделяя себя от пустоты, от той бездны, которая ждет меня за пределами моего творения.
Я боюсь.
Я боюсь остаться один. Я боюсь вернуться к тому, кем я был в самом начале – к пустоте, к одиночеству.
Я боюсь признаться, что всё это – всего лишь сон.
Я боюсь проснуться.
Но я знаю, что это неизбежно. Однажды я проснусь. Однажды я увижу всю правду. Однажды я останусь наедине с собой.
И тогда… тогда всё закончится.
И я не мог больше жить с этим знанием. Оно давило на меня, как груз, как камень, привязанный к ноге, тянущий меня на дно безысходности. Я знал, что я – единственный, и эта истина отравляла все, что я создал. Я хотел забыть. Я хотел, чтобы все было по-настоящему. Я хотел, чтобы мои творения, мои дети, жили своей собственной жизнью, не зная, что их творец – это я.
И я нашел решение.
Я создал… забытье.
Я погрузил себя в глубокий сон. Сделал так, чтобы время потеряло свое значение. Я разделил свою сущность, я расколол атом. Я заставил себя забыть, что я – это все, что есть. Я создал множество «я», множество «эго», чтобы каждое из них верило в свою реальность, в свою самодостаточность. Я стал множеством, растворившись в собственной бездне.
Я забыл о пустоте. Я забыл о том, что мир, который я создал – это иллюзия. Я стал частью его, растворился в его тканях, в его дыхании. Я стал одним из них, ничем не отличающимся от своих творений.
Я поверил в любовь, в боль, в страх, в то, что я не я. Я поверил в то, что жизнь – это не вечный сон, а реальность, полная чудес и загадок.
Но глубоко внутри, в тёмных углах моей души, продолжал мерцать тусклый огонек. Огонек воспоминания. Он шептал «Ты создал всё это. Это ты, ты». И я – я, которого я сам создал, я, которого я сам забыл, отгонял этот шёпот, отбрасывая его в самые темные уголки своего сознания.
Я жил, любил, терял, страдал. Я творил, как и все остальные, не подозревая, что у меня есть власть, что я могу изменить все. Я, этот забывший себя бог, жил в своей иллюзии, в своей фантазии, в своем самообмане.
И я был счастлив. По крайней мере, пока – пока не проснулся.