К одной женщине пришла бывшая золовка. Бывшая потому, что женщина давно развелась с первым мужем, и теперь у нее другая – очень хорошая семья.
Дружили когда-то, вот и пришла.
Положила на стол пироги и сказала: «Мама померла, помяни. Долго мучилась, тяжело было. Все на моих руках. Никто не помогал, я чуть не рехнулась. Тебе звонить не стала, все равно бы не пришла. Решила просто так заглянуть. О прошлом говорить не будем, с чаем помяни».
Женщина сделала вид, что печально на душе: «Нехорошо так говорить, но лучше, чем мучиться».
Бывшая золовка долго рассказывала о жизни матери в последние годы. Женщина слушала, соглашаясь, головой кивала.
Надо бы отломить кусочек пирога, откусить и сказать, что все в прошлом, что все под Богом ходим. Но она неожиданно рассердилась:
- Твоя мать радовалась, когда я уходила. Помнишь? Я вещи собирала, а твоя мать буквально голосила, что я по рукам пойду. По каким рукам? Твой братец сам виноват, что все случилось. Я свою жизнь спасала, потому и ушла. А твоя мать кричала, чтобы я обручальное кольцо оставила, потому что денег стоит. Укорила, что это она купила. Хотела я бросить в стену, но удержалась, на столе оставила.
Бывшая золовка побледнела, в душе пожалела, что пришла: «И зачем поперлась с пирогами? Добренькой захотела показаться, что ничего не помню».
А вымолвила только одно: «Зачем же так? Ее нет уже, ушла. Зачем»? Не удержалась, заплакала.
А женщина уже остановиться не могла: «Ее глаза не забуду, ее слова не забуду. По рукам пойдешь! Вот еще! У меня хороший муж, не чета некоторым. Добрый и непьющий, и двое детей у нас. А она такое сказанула! Бог, конечно, судья. Но я тогда молодая была, ничего не понимала. Шла по улице с сумкой и плакала. Я ее дом поджечь хотела! Так что знай. От злости хотела, от ненависти».
Бывшая золовка встала: «Сожалею, что пришла».
Пошла к дверям, а женщина крикнула: «Пироги не оставляй, в горло не полезут».
На том и расстались. И плакали обе. Одна от обиды, от горечи, а вторую ушедшая злость захлестнула. Вернулась и захлестнула.
Ходила по квартире, раскраснелась, повторяла: «По рукам пойдешь. А я не пошла, я жена и мать, и своей семьей горжусь. А ее Бог наказал, поэтому и мучилась в последние годы».
Морская волна, налетит на берег, смочит прибрежный песок и вернется в море. Так и злость.
Успокоилась женщина, вспомнила другое. Как-то сильно заболела. Даже матери позвонить пришлось. Испугалась мать, купила билет, чуть ли не без сознания прилетела.
Лежит больная, свекровь рядом сидела и говорила: «Тебе жить надо, и будешь жить. Ты хорошая и добрая, светлое сердце у тебя. Не бойся ничего, немного потерпеть надо, все хорошо будет».
И ухаживала, и жалела, и сочувствовала.
Сватья приехала - вдвоем выходили. Когда все закончилось, поехала мать домой, на пороге обнялись – две сватьи, добрые слова друг другу говорили.
Было это? Было, разумеется.
И нехорошо внутри: «Чего это меня понесло? Зачем так-то? И пироги вернула. Есть во мне злое, есть. И ее обидела, а она же неплохая, всегда мне добра желала».
Отправила сообщение: «Прости меня, пожалуйста».
И почему мы иногда людей незаслуженно обижаем? Наговорим лишнее, а потом стыдно, так стыдно. Прошлое отпускать не умеем.